Американская фантастическая проза. Книга 2 (антология)
— Сэр! — воскликнул старик. — Возможно ли, что вы согласны, что вы готовы…
— Можете на меня рассчитывать! — сказал Бринн.
Старик бросился пожимать ему руку. Что до Джанны, то она только взглянула на своего избавителя, но этот взгляд стоил жаркого объятия.
— Уезжайте сейчас же, не откладывая, — волновался старик. — Не будем терять времени. Возможно, в эту самую минуту нас караулит враг.
— Но я не одет для дороги…
— Неважно! Я снабжу вас всем необходимым…
— …к тому же друзья, деловые свидания… погодите! Дайте опомниться!
Бринн перевел дыхание. Приключения в духе Гарун-аль-Рашида заманчивы, спору нет, но нельзя же пускаться в них сломя голову.
— У меня сегодня деловой разговор, — продолжал Бринн. — Я не вправе им манкировать. Потом можете мной располагать.
— Как, рисковать жизнью Джанны? — воскликнул старик.
— Уверяю вас, ничего с вами не случится. Хотите — пойдемте со мной. А еще лучше — у меня двоюродный брат служит в полиции. Я договорюсь с ним, и вам будет дана охрана.
Девушка отвернула от него свое прекрасное печальное лицо.
— Сэр, — сказал старик. — Пароход отходит в час, ни минутой позже!
— Пароходы отходят чуть ли не каждый день, — вразумлял его Бринн. — Мы сядем на следующий. У меня особо важное свидание. Решающее, можно сказать. Я добиваюсь его уже много лет. И речь не только обо мне. У меня дело, служащие, компаньоны. Уже ради них я не вправе им пренебречь.
— Дело дороже жизни! — с горькой иронией воскликнул старик.
— Ничего с вами не случится, — уверял Бринн. — Ибо сказано: "Зверь в джунглях пугается шагов…"
— Я и сам знаю, что и где сказано. На моем челе и челе дочери смерть уже начертала свои магические письмена, и мы погибнем, если вы нам не поможете. Вы найдете Джанну на "Тезее" в каюте-люкс "2А". Ваша каюта "ЗА", соседняя. Пароход отчаливает ровно в час. Если вам дорога ее жизнь, приходите!
Старик с дочерью встали и, уплатив по счету, удалились, не слушая доводов Бринна. В дверях Джанна еще раз на него оглянулась.
— Ваша сушеная рыба, сэр! — подлетел к нему официант. Он все время вертелся поблизости, не решаясь беспокоить посетителей.
— К черту рыбу! — взревел Бринн. Но тут же спохватился. — Тысяча извинений! Я совсем не вас имел в виду, — заверил он оторопевшего официанта.
Он расплатился, оставив щедрые чаевые, и стремительно ушел. Ему надо было еще о многом подумать.
— Эта сцена состарила меня лет на десять, она мне стоила последних сил, — пожаловался Лан Ил.
— Признайтесь: она доставила вам огромное удовольствие, — возразила Джанна Чандрагор.
— Что ж, вы правы, — энергично кивнув, согласился Лан Ил. Он маленькими глотками цедил вино, которое стюард принес им в каюту. — Вопрос в том, откажется ли Бринн от свидания с Бакстером и явится ли сюда?
— Я ему как будто понравилась, — заметила Джанна.
— Что лишь свидетельствует о его безошибочном вкусе.
Джанна поблагодарила шутливым кивком.
— Но что за историю вы придумали! Надо ли было наворачивать столько ужасов?
— Это было абсолютно необходимо. Бринн сильная и целеустремленная натура. Но есть в нем и этакая романтическая жилка. И разве только волшебная сказка — под стать его самым напыщенным мечтам — заставит его изменить долгу.
— А вдруг не поможет и волшебная сказка? — заметила Джанна в раздумье.
— Увидим. Лично мне кажется, что он придет.
— А я на это не рассчитываю.
— Вы недооцениваете свою красоту и актерское дарование, моя дорогая! Впрочем, поживем — увидим.
— Единственное, что нам остается, — сказала Джанна.
Часы на письменном столике показывали сорок две минуты первого.
Бринн решил побродить по набережной, чтобы восстановить душевное равновесие. Зрелище огромных судов, стоящих в гавани, всегда действовало на него умиротворяюще. Он размеренно шагал, стараясь осознать, что с ним произошло.
Эта прелестная, убитая горем девушка…
Да, но как же долг, как же труд его преданных служаших — веда именно сегодня ему предстояло завершить и увенчать его на письменном столе у Бакстера. Он остановился и стал глядеть на корабль-гигант. Вон он, "Тезей". Бринн представил себе Индию, ее лазурное небо, щедрое солнце, вино и полный, блаженный отдых. Нет, все это не для него. Изматывающая работа, постоянное напряжение всех душевных сил — такова доля, которую он сам избрал. Пусть это даже значит лишиться прекраснейшей девушки в мире — он так и будет тащить свой груз, коченея под свинцово-серым нью-йоркским небом!
Но почему же, спрашивал себя Бринн, нащупывая в кармане замшевый мешочек. Материально он обеспечен. Дело его само о себе позаботится. Что мешает ему сесть на пароход и, стряхнув все заботы, провести год под южным солнцем?
Радостное возбуждение охватило его при мысли, что ничто этому не помешает. Он сам себе хозяин, у него есть мужество и сила воли. Если у него хватило духу создать такое дело, то хватит и на то, чтобы от него отказаться, сбросить все с плеч и последовать велению сердца.
К черту Бакстера, говорил он себе. Безопасность девушки важнее всего! Он сядет на пароход сейчас же, сию минуту и пошлет своим компаньонам телеграмму, где все им…
Итак, решение принято. Он круто повернулся, спустился вниз по сходням и без колебаний поднялся на борт.
Помощник капитана встретил его любезной улыбкой.
— Ваше имя, сэр?
— Нед Бринн.
— Бринн, Бринн… — Помощник поискал в списке. — Что-то я не… О да! Вот вы где. Да, да, мистер Бринн! Ваша каюта на палубе А за номером 3. Разрешите пожелать вам приятного путешествия.
— Спасибо, — сказал Бринн, поглядев на часы. Они показывали без четверти час.
— Кстати, — спросил он помощника, — в котором часу вы отчаливаете?
— В четыре тридцать, минута в минуту, сэр!
— Четыре тридцать? Вы уверены?
— Абсолютно уверен, мистер Бринн.
— Мне сказали, в час по расписанию.
— Да, так по расписанию, сэр! Но бывает, что мы задерживаемся на несколько часов. А потом без труда нагоняем в пути.
Четыре тридцать! У него еще есть время. Он может вернуться, повидать Бена Бакстера и вовремя поспеть на пароход! Обе проблемы решены!
Благословляя неисповедимую, но благосклонную судьбу, Бринн повернулся и бросился вниз по сходням. Ему удалось тут же схватить такси.
Бакстер был низенький, плотный здоровяк с бычьей шеей и плешивой как колено головой. Мутные глаза без всякого выражения глядели из-за золотого пенсне. На нем был обычный рабочий пиджак, украшенный на отвороте рубином в венчике из жемчужин — эмблемой смиренных служителей Уолл-стрита.
Бринн добрых полчаса излагал свои предложения, ссылаясь на господствующие тенденции, намечая перспективы. И теперь, обливаясь потом, ждал ответного слова Бакстера.
— Гм-м-м, — промычал Бакстер.
Бринн ждал. В висках стучало, пустой желудок бил тревогу. В мозгу сверлила мысль, что надо еще поспеть на "Тезей". Он хотел скорее покончить с делами и ехать в порт.
— Ваши условия слияния обеих фирм меня вполне устраивают, — сказал Бакстер.
— Сэр! — только и выдохнул Бринн.
— Повторяю: они меня устраивают. Вы что, туш на ухо, брат мой?
— Во всяком случае, не для таких новостей, — заверил его Бринн с ухмылкой.
— Лично меня очень обнадеживает слияние наших фирм, — продолжал Бакстер, улыбаясь. — Я — прямой человек, Бринн, и я говорю вам безо всяких: мне нравится, как вы провели изыскания и какой подготовили материал, и нравится, как вы провели эту встречу. Мало того, вы и лично мне нравитесь! Меня радует наша встреча, и я верю, что слияние послужит нам на пользу.
— Я тоже в это верю, сэр.
Они обменялись рукопожатиями и встали из-за стола.
— Я поручу своим адвокатам составить соглашение, исходя из нашей сегодняшней беседы. Вы получите его в конце недели.