Проклятый бывший

– Мы сделали это, – поправила Виви, а затем обняла Гвин и Элейн, смеясь, даже когда слезы выступили у нее на глазах.
– Я люблю вас, девочки, – сказала Элейн, промокая глаза. – А теперь пообещайте мне, что никогда, никогда больше не будете смешивать водку и колдовство.
– Торжественно клянусь, – немедленно сказала Гвин, и Виви кивнула.
– Урок более чем усвоен, поверь мне.
  
– Так что… похоже, я не умру?
Они обернулись и увидели Риса, просунувшего голову в пещеру, и Гвин указала на него.
– Волосы все еще делают Свое Дело.
– Так и есть, – согласилась Виви, заработав подмигивание Риса, прежде чем он ткнул большим пальцем в сторону входа в пещеру.
– В таком случае мы можем убраться отсюда? Проклят я или нет, предпочту провести Хеллоуин в другом месте.
  
Глава 34
 
Вивьен сияла, когда они возвращались в город, и Рису было трудно смотреть на дорогу, а не на нее.
– Это было так, как… как будто внутри меня была река, только река была волшебной, и я чувствовала это, действительно чувствовала, как она покидала мои руки, и это было как «вжууух», – восторженно сказала она, жестикулируя обеими руками. Ее щеки порозовели, глаза заблестели, и Рис засмеялся.
– Ты уже говорила об этом, cariad.
Опустив руки, Вивьен улыбнулась ему.
– Прости. Я немного сама не своя, правда?
– Учти, ты спасла целый город и мою жизнь своей магией, – напомнил он ей. – Тебе можно.
Откинув голову на спинку сиденья, Вивьен снова рассмеялась.
– Я так и сделала. Я смогла. Я теперь официально крутая ведьма.
– Крутая, как вареные яйца, – согласился Рис, барабаня пальцами по рулю, – а также, возможно, немного Пьяная от Магии.
– Да, это вполне возможно, – согласилась она, а затем снова улыбнулась ему улыбкой, тепло которой Рис ощутил каждым дюймом своего тела.
Он сам был более чем в состоянии эйфории. Чудесное спасение от смерти так действует на мужчину, и хотя он не мог предсказать, как его отец воспримет новость о том, что Грейвс-Глен больше не является территорией Пенхоллоу, сейчас ему было на это наплевать. Это была проблема для Будущего Риса, и, несомненно, этот дерзкий придурок сумеет ее разрешить.
Виви внезапно потянулась и схватила его за руку.
– Остановись.
Рис подозрительно посмотрел на нее.
– Тебя же не вырвет, правда?
– Фу, нет, – откликнулась она, скорчив гримасу, а затем указала на лобовое стекло. – Прямо здесь.
Рис последовал ее указаниям, остановив машину на грунтовой стоянке на краю холма, глядя вниз, в долину. Луна светила достаточно ярко, чтобы он мог разглядеть поле под ними, окружающие холмы, темные силуэты на фоне темно-синего неба.
– Здесь мы и встретились, – тихо сказала она. – День летнего солнцестояния. Прямо там, на том поле.
Рис понял это в тот самый момент, как припарковал машину. Он вспомнил эти холмы, вспомнил, как сидел с ней и смотрел на них, вспомнил ту цветочную корону, криво водруженную на ее волосы, и ее милую улыбку.
– Могу я открыть тебе секрет? – спросила она тихо, настроение у нее стало немного более подавленным.
– Он ведь заключается не в том, что ты на самом деле не сняла проклятие и привела меня сюда, чтобы столкнуть с этого холма, не так ли?
Она рассмеялась, на этот раз тише, ее волосы рассыпались по плечам, когда она покачала головой.
– Я любила то лето, – сказала она. – Я вспоминаю его как идеальную, чудесную пору и говорю себе, что это только потому, что все тогда было впервые, понимаешь? Первый магический обряд, на котором я побывала, первое лето в колледже, первый парень, в которого я влюбилась.
Когда она повернулась к нему, в ее глазах было выражение, которому Рис не мог дать названия, но, как бы оно ни называлось, оно согрело его сердце и его душу.
Боже, он любил ее.
– Но в этот раз было еще лучше, – сказала она, наклоняясь ближе. А потом улыбнулась.
– Могу я поцеловать тебя?
Сердце Риса почти болезненно забилось о ребра.
– Сейчас?
– Если в твоем расписании для этого найдется окно.
– Ну, к счастью для тебя, я сейчас свободен как ветер, – ответил он, и она засмеялась, когда он притянул ее к себе, перелезая через сиденье, чтобы она могла пристроиться на его коленях.
Рис давно уже не занимался ни с кем сексом в машине. Каким-то образом они справились, ее платье задралось до талии, у него расстегнулась ширинка, и они только дважды нажали на автомобильный гудок.
И когда он был внутри нее, ее руки обнимали его, ее волосы касались его лица, он понял, что должен рассказать этой великолепной, волшебной женщине, в которую влюбился дважды, о своих чувствах.
После, обещал он себе, и это после пришло.
Но сначала он хотел почувствовать, как она тает под ним как горячий воск, хотел услышать, как она издает эти едва слышные, тихие стоны, и почувствовать, как ее зубы покусывают мочку его уха.
Он получил это все и даже больше, и когда она лежала, тяжело дыша, у него на груди, он откинул ее волосы назад, целуя потную кожу ее шеи.
– Вивьен, – начал он, и она вздохнула, еще глубже прижимаясь к нему.
– Я буду скучать по тебе, Рис, – сказала она мягким и мечтательным голосом.
Вот тогда-то он и понял, что это было. Она привела его сюда, в это место, где они встретились, занялась с ним любовью.
Так она попрощалась.
Было уже за полночь, когда они вернулись на гору к Элейн, и когда они с Рисом поднимались по ступенькам крыльца, свободно сцепив пальцы, Виви кивнула на небо.
– Самайн закончился. Теперь официально наступил День всех святых.
– И я официально не проклят, а ты официально самая профессиональная ведьма из всех, кого я знаю.
Хихикая, Виви сделала небольшой реверанс, все еще слегка возбужденная магией, сексом и мистическим сочетанием того и другого.
На самом деле, подумала она, когда они остановились перед дверью Элейн, она, возможно, могла бы попробовать еще немного того и другого.
– Зайдем внутрь? – спросила она. – Не так уж и часто я приводила мужчин в свою комнату в этом доме, но, честно говоря, не думаю, что Элейн будет против.
Рис улыбнулся на это, но улыбка вышла мимолетной, и когда он протянул руку, чтобы убрать волосы с ее лица, Виви почувствовала, что знает, что он собирался сказать.
– Как бы мне этого ни хотелось, cariad, боюсь, завтра мне нужно вернуться.
Виви слегка откинулась назад, ее руки упали с его талии.
– Обратно, то есть в… в Уэльс?
– Именно туда, – сказал он. – Моему отцу нужно рассказать обо всем этом, а такой разговор получится только при личной встрече. И работа станет более напряженной с приближением праздников…
Виви почувствовала себя так, словно ее окунули в холодную воду, и все это глупое, волшебное счастье покинуло ее, когда она стояла на крыльце, глядя в голубые глаза Риса.
– Правильно, конечно, – выдавила она и заставила себя улыбнуться. – Я имею в виду, мы оба знали, что это временно. Твоя жизнь там, моя здесь.
– Точно, – произнес он, и его улыбка тоже казалась немного натянутой. – Конечно, – добавил он, притягивая ее к себе, – я мог бы попросить тебя уехать со мной. Встать на колени, вышло бы очень драматично, настоящая сцена.
  
Она тихонько рассмеялась над этим, даже закрыв глаза от внезапных жгучих слез.
– Я бы очень хотела это увидеть. – И она говорила правду, вот в чем дело. Она хотела, чтобы Рис серьезно попросил ее уехать, хотела знать, что значит для него.
Но он показал ей это, не так ли? Он заботился о ней, он всегда будет заботиться. Но он был не из тех парней, которые могут оставаться на одном месте. Это шло вразрез с его жизненным кредо.