Единственное желание. Книга 5 (СИ)

И вот тут-то хозяин Солрунга начал осознавать, что явившийся в ночи синеглазый рыцарь не чудится ему, а существует на самом деле. Он даже попытался привстать со своего одра, протянул дрожащую руку, покрытую мелкими струпьями. Но полукровка отстранился, не позволив ему коснуться себя.
— Кайл… — мучительно простонал старик. — Зачем ты здесь?
Северянин не сразу ответил, не сразу поднял глаза.
— Подумал… пора уже всё-таки нам что-то сказать друг другу…
— Говори! — тёмный взгляд обратился к полукровке. — Я готов выслушать твои проклятия. Говори, как ты ненавидишь меня! Я это заслужил. Всё это я заслужил. Уже полгода или больше я здесь прозябаю в одиночестве… Видишь, как мерзок и жалок я стал? Поверь, у меня было достаточно времени, чтобы поразмыслить о своей жизни! Многое я понял за эти дни. Я сам всё разрушил. И теперь расплачиваюсь за это. Ратур мне тогда сказал, что я пожалею… И я пожалел, Кайл. Я пожалел уже тысячу раз… Каждый день я проклинаю себя за то, что сделал однажды. Но это ведь ничего не изменит, так, Кайл?
— Ты продал меня… — напомнил Кайл, поражаясь в очередной раз собственному необъяснимому спокойствию. — Но за это я лишь благодарить тебя могу. Ты мне новую жизнь подарил, которую здесь, в Солрунге, я бы никогда не увидел. Но Анладэль… Как мне простить тебя за то, что ты… Я ждал тебя! Ждал, что ты спасёшь нас обоих. Я ждал, даже когда уже готовы были виселицы, когда надежды не осталось… Я всё равно ждал! Я верил, что ты явишься и спасёшь нас! Как ты мог убить её? Как ты мог?
— Она… — Форсальд сморщился, подбирая слова. — Я слишком её любил! Нелепо звучит, да… Но иногда любовь страшна. Я сошёл с ума тогда. От её слов, от того, что она хотела сделать. Если бы она раскаялась, я бы простил. Клянусь, Кайл, я бы простил её предательство! Но я не смог простить её презрение. Я верил, что дорог ей. А оказалось… Она меня ненавидела.
— А чего ты хотел? — у Кайла, в конце концов, закончилось терпение. — Ты отнял всё у моей матери! Всё! Даже её жизнь, в конце концов!
— А как же ты? — удивлённо воскликнул Форсальд. — Я дал ей тебя. Неужели это ничего не стоило? Я отнял её жизнь, но она навсегда осталась в тебе, и продолжится в твоих детях… Я даровал ей вечность. Но ты… ты всё равно меня не простишь, ведь так?
Кайл посмотрел на потрясённую Эйлит, что замерла у двери, боясь даже дышать, не то что слово молвить.
— Я приехал за этим… Не за ненавистью. Её и так было достаточно. Я просто хотел сказать тебе эти четыре слова: «Я прощаю тебя, отец!» Но, видимо, я ещё не готов это произнести.
— Я понимаю… — угрюмо кивнул владетель Солрунга.
— Что ты понимаешь? — вскинул глаза полукровка. — Что ты понимаешь? Разве ты можешь понять меня? Как ты позволил себя довести до такого? Мне сейчас больно и гадко смотреть на тебя! Ты даже презрения уже не заслуживаешь. Во что ты превратился? Что ты сделал с жизнью своей? У меня даже сил на ненависть не осталось! Я больше не хочу мести… Ты сам себе отомстил, сам себя наказал. Милорд Форсальд ар Вандар, только взгляни на себя!
— Так и есть, Кайл, так и есть, — угрюмо кивнул его отец. — Небеса всё видят… И каждый получает, что заслужил. Я сгину тут в одиночестве, зная, что не нужен никому в этом мире. А мог бы жить… долго и счастливо. Жить рядом с женщиной, которую любил, рядом с сыном… который теперь меня презирает…
— Ты не сгинешь, — покачал головой рыцарь. — Не умрёшь вот так. Я не позволю. Завтра я приду сюда. И не один, а с твоей женой. И ты вернёшься на своё законное место. Я не позволю Ольвин сжить тебя со света раньше срока.
Кайл обернулся к сестре.
— Эйлит, завтра я отдам распоряжение милорда Форсальда вернуть обратно в замок. И ты будешь за ним приглядывать! Ты, а не эта ведьма. Лекари в Солрунге есть толковые? Такие, которые не отравят?
— Есть! Одна… — торопливо кивнула девочка. — Мама моя. Я вас отведу к ней.
— Вот и хорошо, — улыбнулся полукровка, не разжимая губ.
— Так ты… — изувеченная старческая рука снова потянулась к нему. — Всё-таки прощаешь меня?
 
— Чтобы тебя простить, мне надо памяти лишиться, — качнул устало тёмной головой полукровка. — Позабыть всё… А я так не умею. Эйлит, идём!
— Кайл, подожди! Подожди! — закричал ему вслед старик, дёрнулся из последних сил. — Дай сказать! Ты не простишь, я знаю, но я скажу… Я хотел бы всё повернуть вспять, всё исправить! Я был глупцом. Я никогда бы не сделал этого теперь. Не отдал бы тебя, не отправил на смерть Анладэль! Не поддался бы на эти уговоры. Я бы… В Бездну все эти законы!
Голос сорвался, но Форсальд продолжал шептать с одержимостью безумца.
— Кайл, я ведь хотел тебя спасти! Знаю, ты не поверишь… Но тогда они все требовали… По закону короля следовало повесить тебя. Ольвин всех моих рыцарей настроила. И я тоже знал, что они правы, что так должно… Я увёз тебя к Ратуру, чтобы они не заставили тебя повесить. Не заставили, как твою мать… Я бы никогда не отдал тебя добровольно…
— И ты сам в это веришь? — скривился Кайл. — Ты! Хозяин этой земли… милорд Форсальд ар Вандар, Покоритель Прибрежных Земель! Ты не боялся ничего в этом мире! Но поддался на уговоры толпы, что требовала казни по закону? Казни твоего единственного сына? Теперь-то зачем ты врёшь, врёшь мне и себе?
— Это всё, во что я могу верить, сын мой! Если я допущу мысль, что выбор был, и я по собственной воле так поступил, то всё, что мне останется — шагнуть в это окно…
— Не торопись! — холодно отозвался полукровка. — Знаешь, моя жена говорит: «Никогда не поздно!»
— У тебя жена есть? — улыбнулся Форсальд.
— Есть, — кивнул синеглазый рыцарь. — Пожалуй, я даже тебя с ней познакомлю. Впрочем, что я говорю? Вы встречались. Пойду… Я вернусь с ней завтра. Если заставлю себя поверить, что у тебя и вправду не было выбора. Светлой ночи! Жди!
— Я буду ждать, сын мой! — заверил Форсальд.
— Только на одно не надейся — что я тебя отцом назову…
Старик печально ухмыльнулся.
— Достаточно и того, что мне есть кому сказать: «сын мой»…
* * * 
Они стремительно выскользнули в коридор, прочь из затхлой тесной каморки. Эйлит таращилась на него так, что даже в кромешной темноте глаза сверкали, будто драгоценные камни.
— Никому не говори! Ясно?
— Конечно ясно! — фыркнула девчонка. — Так, на самом деле, ты… вы… не милорд Элиол? И вообще… не милорд?
— Я — милорд Кайл, по прозвищу Северянин. Я давно не раб. Получил вольную. Титул же мне даровал король Кирлии, у которого я служу. А теперь я выполняю поручение её величества Эриледы. Так что тут я не солгал ни словом. А имя… Что оно значит?
— Оно много значит! — изумлённо возразила девчонка. — Очень много. Это ж можно умом повредиться! Ты — тот самый полукровка, отцов наследник, о котором столько баек в замке ходит.
Она замерла, больно сжав его ладонь.
— Ой, так выходит… Ты — брат мой? Ну, по отцу-то…
— Выходит, — кивнул рыцарь, увлекая её дальше, вниз по лестнице.
— Ты поэтому меня отослать хотел? — в темноте полукровка не видел её лица, но уловил в тоне лукавую улыбку. — А я решила, что просто некрасивая для тебя…
— Ты красивая, — терпеливо промолвил Кайл. — И, разумеется, я понял, что ты — моя сестра, когда ты сказала, что дочь Форсальда. Но это тут ни при чем. Разве та причина, которую я прежде назвал, тебя уже не устраивает? У меня есть любимая. Видела даму, которая с нами приехала? Моя жена.
— Ого! — ахнула девчонка. — Ну, тогда конечно…
— Что?
— Она — настоящая красавица.
— Эйлит, — серьёзно сказал Кайл, когда они, наконец, выбрались из башни на улицу, — То, что я сказал… Ты приглядишь за милордом Форсальдом?
— Пригляжу, — послушно кивнула рабыня. — Не чужой ведь! Дали бы только… Боюсь, миледи Ольвин…
— С Ольвин справимся как-нибудь, — пообещал полукровка.
* * * 
Эйлит испуганно вскинулась, когда Кайл поутру осторожно коснулся ей плеча. Огляделась спросонок растерянно, потом вспомнила, заулыбалась.