"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Пришел, наконец-то!
— Да, мамочка, — Денис обошел преградившего путь Стюарта и вывалил на стол пойманную рыбу. — Рыбки вот наловил, на ужин.
— Что за дрянь ты принес?! — Стюарт брезгливо потрогал верхнюю рыбину в связке. — Учти, завтра в шесть утра подъем!
— В шесть?! — возмутился Денис. — Зачем вставать в такую рань?
— А затем, что турбинник до Устья в семь вылетает.
— Он что, единственный?
— Нет, но чем раньше начнем, тем быстрее доберемся до истины! — Стюарт мечтательно причмокнул. — И там меня будет ждать Кэт. А будешь слушаться папу Стюарта, и тебе, обалдую, девица перепадет.
Денис отмахнулся и, скинув сапоги, плюхнулся на свободное кресло.
— И четыре девицы будут ждать нас, пылая страстью. — Он вытянул гудящие ноги, и подхватил со стола початую бутылку местного пива.
— Несомненно!
— С чего ты так уверен? — Денис отхлебнул добрый глоток.
— С того, что четыре незамужние женщины двадцати четырех лет, если они работают в космосе, от избытка романов не страдают! И если уж вернулись в кои веки на поверхность, то отрываются по полной, не хуже нас.
— Погоди, так они все в космосе работают?
— А то! — Стюарт прямо таки лучился довольством. — Кэт и Мари орбитальные буксиры водят, а Хелен с Аннет в администрации промышленного комплекса трудятся. Тоже месяцами на орбите, а служебные романы не приветствуются, чай не в изыскательском корпусе!
Несколькими мощными глотками Денис допил бутылку, и потянулся за следующей, но на полпути рука его замерла.
— Двадцать четыре говоришь?
— По правде, двадцать пять! — оторвался от своей бутылки Стюарт.
— Стю, они на три года старше нас!
— А тебе не все ли равно? — довольно хохотнул навигатор. — Им же не тридцать!
С кровати раздался недовольный голос Зарембы:
— Э, молодежь, что вы имеете против тридцатилетних женщин?
— Мы? Ничего мы не имеем, оставляем их таким старперам, как вы, господин второй лейтенант! — хихикнул Стюарт.
Заремба лишь вздохнул в ответ, но умудрился вложить столько эмоций в этот короткий звук, что Денис прекрасно понял, каким болваном только что обозвали Стюарта. А тот если и уразумел, то вида не подал, продолжая предвкушать завтрашний вечер.
***
Проснулся он сразу, словно где-то щелкнул выключатель, переводя его из состояния сна в бодрствование. Спать не хотелось совершенно, тело полнилось легкостью и силой, даже не верилось, что пару дней назад он просыпался развалина развалиной. Денис нащупал лежащий на тумбочке возле кровати коммуникатор. Пять пятьдесят восемь, ну надо же!
В комнате, укрытой глубоко под скальной толщей, царил полумрак ночного освещения. Остальные еще спали, похрапывая, и Денис решил подождать пару минут, пока сработает будильник. Сегодня он попадет на вечеринку! Два года ему не случалось бывать на вечеринках с каникул после первого курса училища. И душа пела в предвкушении.
У Стюарта сработал таймер, но на его пронзительный звон среагировали только командир и Заремба. Навигатор промычал что-то невнятное и повернулся на другой бок. Не тут-то было, поднявшийся Кшиштинский запустил в него подушкой.
— Подъем, навигатор! Начать прокладку курса к бабам!
Посмеиваясь, Денис наблюдал, как приятель, с трудом разлепив глаза, уселся на кровати.
— Что, пора уже? — не удержавшись, Стюарт широко зевнул.
— Шесть утра! Ты сам будильник ставил.
Возразить было нечего, поэтому Стюарт кряхтя поднялся и, натыкаясь на стены, поплелся в душевую. Денис проводил его насмешливым взглядом и, чтобы не терять времени, заправил кровать. Душа пела. Дождавшись своей очереди, он привел себя в порядок, и все вместе они наскоро перекусили в офицерской столовой на жилом уровне базы. До вылета турбинника оставалось еще около получаса, их как раз хватило, чтобы не спеша добраться до посадочной площадки у границы базы.
Рейсовый турбинник прибыл почти вовремя. Довольно старая модель «Нэфаз», с короткими ярко-оранжевыми пилонами. На Земле такие уже практически не встречались, этот же, судя по виду, произвели едва ли не вчера. Вытянутая, как сосиска, летающая машина лучше любых статей инфосферы наглядно показывала технологическое отставание колонии. Даже такой старой колонии, как Иллион. Программные коды для орбитальных заводов попадали сюда с изрядным опозданием.
 
Завывая турбинами, «Нэфаз» плюхнулся на площадку, и в две распахнувшиеся двери тут же ломанулась изрядная толпа отпускников. Больше всего в этой толпе виднелось черных десантных беретов — в «Гекате» дислоцировалась первая десантная дивизия. И десантники буквально оккупировали близлежащие городки. «Вряд ли такие соперники по душе местным парням», — пронеслось в голове Дениса. Здоровенные десантники наверняка пользовались популярностью у местного слабого пола и, соответственно, заслуженной ненавистью пола сильного.
Флотских в турбинник забралось едва ли с дюжину. Помимо экипажа «девятнадцать двадцать шестого» к заднему тамбуру прислонились двое парней из пятого дивизиона. Остальные, судя по эмблемам, спустились прямиком с «Гордости Лиги». Матросы с линкора держались обособленно, собравшись кучкой возле задней двери.
— Пижоны, — буркнул в их сторону Стюарт.
Полностью согласный с ним Денис кивнул. Экипажам крупных кораблей не было нужды в недельной реабилитации на поверхности. Постоянная половинная гравитация жилого модуля надежно оберегала их мышцы от деградации. Большие размеры жилых модулей позволяли жить с комфортом и потому экипажи крупных кораблей даже на первый взгляд отличались ухоженным внешним видом. Что не прибавляло им любви со стороны служивших на такшипах и корветах, где не было искусственного тяготения.
«Нэфаз» дернулся, тяжело оторвался от бетона и набрал штатные три сотни метров, держась вдоль речного русла.
Оставив бесплодные попытки пробиться к окну, Стюарт тяжко вздохнул:
— Эх, будь у нас пара лишних часов, можно было речного трамвая дождаться.
— Кого? — поинтересовался Кшиштинский, зажатый между двумя мускулистыми десантниками.
— Мимо «Гекаты» дважды в день пассажирский корабль ходит. — Стюарт отпустил поручень и обтер покрывшийся испариной лоб. — Там на палубе хоть ветерок обдувает.
Снова согласившись с другом, Денис угукнул. В салон набилось слишком много народа, и кондиционер «Нэфаза» не справлялся с нагрузкой. Кшиштинский, которому тоже приходилось несладко, спросил:
— Тогда чего мы в этой банке забыли?
— Турбинник до Устья десять минут летит, а трамвай часа полтора по воде ковыляет.
Заремба, единственный успевший занять сидячее место, хохотнул:
— Я полтора часа свидания тратить не намерен. И вообще, не так уж и жарко.
На Зарембу покосилась, пожалуй, половина салона. Посчитать здешнюю температуру комфортной мог только коренной житель Сахары, причем тот, кто жил в нетронутой ирригацией центральной части пустыни. Здоровяк взгляды проигнорировал, снова застыв эбеновой статуей самому себе.
Турбинник качнуло, и скорость стала ощутимо снижаться. Похоже, прилетели. Будучи пилотом, Денис подобные маневры чувствовал пятой точкой. И, правда, женский голос в динамиках оповестил:
— Устье.
Из турбинника вышли почти все, дальше полетело лишь несколько местных. Стюарт, едва ступив на бетон остановки, довольно потер руки:
— Ну вот, прямиком на праздник!
Встав рядом с ним, Денис огляделся. «Нэфаз» приземлился на площади, окруженной двухэтажными домами из пластика и пенобетона, стилизованными под старину. Из некоторых крыш, к удивлению Дениса, торчали самые настоящие печные трубы. Такие он видел только в старинных фильмах и в учебниках истории. Здесь же, похоже, открытый огонь применяли на полном серьезе.
— На какой праздник? — рядом возник вездесущий Кшиштинский.
— Зря не копались в сети, командир. Сегодня имеет место быть «праздник лодки». Празднование в честь чудесного спасения первых поселенцев от голодной смерти. У них тут на второй год накрылись гидропонные системы, и запасов продовольствия на всех не хватило бы. Ситуацию спасли несколько десятков рыбачьих лодок с сетями, описания которых нашлись в корабельной библиотеке.