"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Впрочем, если бы не строгие инструкции на этот счет, Стюарт наверняка удрал бы к своей новоявленной подружке, несмотря на боль в уставших мышцах. По крайней мере, Денис имел все основания считать именно так. В ухлестываниях за женским полом Стюарту мало кто мог составить конкуренцию. У молодого навигатора имелась какая-то непонятная Денису харизма, внутренняя притягательность, что обезоруживала женщин и бросала их в объятия ничем не примечательного в принципе парня.
Денис подобными успехами похвастаться не мог, да и не хотел. Сердце его все еще принадлежало женщине, которая давным-давно его отвергла. И аскеза космического флота, явилась для парня спасением, возможностью залечить сердечные раны. Слишком свежи были в памяти черты той, кого он любил.
Так что он терпеливо ходил на процедуры, наращивал мышечную массу и восстанавливал потерянный организмом кальций. В конце концов, отпуск от него никуда не денется. Похоже, за прошедшие после разрыва месяцы он стал самым настоящим затворником.
И пока весь остальной экипаж считал оставшиеся до окончания процедур дни, Денис гулял по окрестностям «Гекаты», следя лишь, чтобы не забредать в запретные для посещений зоны. База, занимавшая несколько квадратных километров в подножии горного хребта, с запада омывалась водами широкой реки, носящей странное название: Кубена. Именно туда, на ее поросшие стройными земными соснами берега, и повадился гулять вечерами Денис. Он обожал сидеть на крутом берегу под деревьями, и глядеть, как медленно сплавляются вниз по течению ведомые крошечными буксирами баржи. Где-то там, в горах, находились железные рудники, и баржи везли обогащенную руду на побережье к металлургическому комбинату.
А уж когда Денис услышал, что в Кубене водится земная рыба, то и вовсе перестал появляться вечерами на базе, все свободное время просиживая с удочкой на многочисленных речных заводях. Рыба клевала охотно, и редкий вечер Денис приходил без дюжины, другой увесистых окуньков. К счастью, местные белки подходили земным организмам, и колонизаторы Иллиона не сталкивались с теми трудностями, что отравляли жизнь поселенцам Нового Авалона. Там планету колонизировали по второму типу, постепенно вытесняя местную биосферу, и войне той не было видно конца.
На исходе шестого дня, Денис снова задержался допоздна на реке, пр7идя уже когда миновал хур, дополнительный двадцать пятый час, равный на Иллионе сорока шести минутам. На этой планете, привезенная с Земли рыба, видимо слегка помешавшись от новых условий, активно продолжала клевать и после захода светила. Так что Денис никак не мог заставить себя сложить удочку и отправиться в долгий путь на базу. А спохватился только тогда, когда коммуникатор, оповещая о входящем звонке, издал протяжный колокольный перелив.
Денис отложил таки удочку и грязным пальцем ткнул себе в район уха, активируя прием.
— Н-да?
— Дэн, ты какого еще не спишь?!
Не желая пугать рыбу, видеосвязь он не включал, но даже без картинки сразу представил, как подпрыгивает от возмущения Стюарт. Эмоции приятеля он мог считывать, и не видя его.
— Рыбу ловлю.
— Какую к чертям рыбу, Дэн! Ты забыл, что у нас на завтрашний вечер запланировано?!
На самом деле Денис забыл. Рыбалка с детства была его хобби, и получив возможность посидеть, наблюдая за поплавком на одной из старейших колоний человечества, он выбросил из головы все прочее. Рыбалка великолепно успокаивала и помогала забыть, восстановиться, набраться сил. Так что он и правда не помнил, о чем честно признался Стюарту. Несколько секунд Бэйн пораженно молчал, натужно сопя в микрофон. Затем, все же вернув самообладание, ласково произнес:
— Дэн, пока твой друг, не покладая рук, договаривается с девушками, организует место, проводит рекламную кампанию твоих скромных достоинств, ты, значит, рыбу ловишь?
— Ловлю, — мрачно подтвердил Денис.
— Слушай, — заговорщицки перешел на шепот Стюарт, — а ты, часом, не в монахи ли подался? Или дозу радиации словил, несовместимую с половой жизнью?
 
— Иди ты, придурок! — не придумав достойного ответа, обиделся Денис. Стюарт временами мог быть чересчур острым на язык.
— Дэн, — зашел с другого бока Бэйн, — Кэт пообещала, что девушки будут — просто пальчики оближешь! Ну, ты же знаешь, что в колониях любят космонавтов. Свежая кровь, и все такое.
Денис печально вздохнул.
— Стю, ты даже своей Кэт не видел, а уже за остальных говоришь.
— Ну не видел, и чего такого?
— Помнишь, что Заремба на крокодила поставил?
— Дэн, — протянул Стюарт, — женщинам, конечно, верить нельзя, но скажи мне, когда у тебя последний раз случался секс? Я так даже крокодилу присуну, подвернись такая возможность!
— Ну, так присовывай, я разве мешаю?
Увы, тон Стюарта показал, что на эту подколку он не обратил ни малейшего внимания.
— Дэн, четыре девушки ждут четверых бравых военных космонавтов! И они их получат! И между прочим, — Стюарт придал голосу торжественности, — я уполномочен передать, что господин первый лейтенант приказал пилоту немедленно явиться в расположение!
Сплюнув на омываемый ленивыми волнами речной песок, Денис стал сматывать удилище.
— Черт с вами, приказ есть приказ.
— Дэн, ну что ты, право, что ты зациклился на своей Нате?! Сколько уже времени-то прошло, очнись!
Выкинув в речку на корм рыбам оставшихся червяков, Денис неспешно потопал к виднеющимся из-за леса огням периметра «Гекаты». Стюарт продолжал его увещевать, но Денис больше любовался высыпавшими на небосклоне звездами, чем слушал аргументы друга. Он и так знал, что тот собирается ему сказать. Все это они много раз обговаривали и на борту такшипа, и на «Авере». Ситуацию Денис осознавал, но ничего не мог с собой поделать. Слишком много боли, ему просто нужно было время, поэтому он вежливо поблагодарил Стюарта и, прервав связь, вытащил коммуникатор из уха.
За прошедшую неделю мышцы значительно окрепли, и теперь путь от любимой заводи до ближайших ворот базы, занимал, пожалуй, вдвое меньше времени. Трудно поверить, что еще каких-то два с половиной года назад, он без труда мог покрыть полсотни километров лесной дороги. Теперь подобный подвиг, наверное, будет ему не по силам. Из космонавтов получаются отвратительные пехотинцы.
Чем ближе Денис подходил к периметру «Гекаты», тем громче становился шум разгружаемого в маленьком порту кораблика. На этой колонии очень распространились речные перевозки, пожалуй, сильнее, чем где бы то ни было в обитаемом космосе. Скалистый рельеф не очень-то способствовал развитию дорожной сети, а множество рек позволяли возить грузы достаточно быстро, и главное, дешево.
В первый раз Дениса остановили еще на подходе. Патруль из местной планетарной гвардии проверил его документы и, покосившись на кукан с нанизанными окунями, пропустил дальше. По мнению Дениса, местные вояки чересчур перегибали палку, демонстрирую свою боеготовность. Пока что аспайров не было даже в системе Трои, так на кой черт повышенная боеготовность? Все равно кораблям врага понадобятся недели пути от края гравитационной сферы.
Денис зябко поежился — скорее от ночной прохлады, нежели от мысли о враге. Ему, потомку древнего воинского рода, не пристало опасаться схватки. Солнечная Лига, сильная как никогда, а гибель сразу двух крейсеров в системе Каштура — что ж, это можно списать на неизбежные в космосе случайности.
Его документы проверили еще дважды. На внешнем периметре, и когда он, воспользовавшись одним из шлюзов, входил в высеченные под горой внутренности «Гекаты». Здесь, под скальной толщей, всегда царили одна и та же температура и влажность. Огромные вентиляторы без устали гнали по вырубленным в граните коридорам потоки воздуха. Даже по земным меркам «Геката» считалась бы крупной базой. Может, и прав был Кшиштинский, предрекая восстание на Иллионе?
Когда Денис вернулся, весь экипаж уже собрался в отведенной им комнате. Заремба по своему обыкновению валялся на койке, командир, сидя в наушниках, пялился в терминал, зато Стюарт, меривший комнату шагами, сразу кинулся к вошедшему другу.