"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Утром следующего дня маг и его ученик позавтракали квашеным молоком и лепешками; Альхейм чувствовал на себе пристальный, оценивающий взгляд бритоголового, но стоило поднять глаза – как детина принимался старательно протирать тарелки.
«Ох, непростой это парень,» – решил маг, – «надо быть начеку… как бы не случилось чего!»
Затем они отправились на знаменитый зимний базар.
Чего там только не было! И зерно, и скотина, и выделанные кожи, и красивые шкурки… Только вот рабов Альхейм не увидел. И, уж конечно, дэйлор на базаре и не пахло. Исходив торговые ряды вдоль и поперек, вспотев под теплой шубой, маг решил вернуться в таверну. Может быть, даже стоило порасспросить хозяина, уж ему-то наверняка были известны торговцы живым товаром.
– Учитель, а разве мы ничего не купим? – полюбопытствовал было Заметор, но, встретив свирепый взгляд Альхейма, торопливо втянул голову в меховой воротник.
– Прояви терпение, мой ученик.
И маг, кряхтя, потащился к «Приюту старого дядюшки».
Близилось время обеда; в зале помаленьку собирался торговый люд. Они тоже примостились у окошка, так, чтобы видеть всех присутствующих. Подошел текучей походкой воина бритоголовый.
– Осмелюсь спросить, вашмагическаясветлсть… Нашли то, за чем ехали?
Маг, прищурившись, оглядел мужлана с головы до ног. Тот, в свою очередь, беззастенчиво рассматривал его; взгляд узких, чуть раскосых темных глаз казался наглым и веселым.
«А, может, и выйдет чего путного», – сердито подумал Альхейм. И, задумчиво пожевав губами, ответил:
– Не совсем, милейший. То, что мы искали, особенный товар.
Хозяин «Приюта» усмехнулся уголком рта.
– На зимнем базаре в Талипо есть все, господин маг. Значит, вы плохо искали.
Заметор, не привыкший к столь вопиющей наглости, дернулся рядом – видать, хотел достать что-нибудь из магического арсенала; но Альхейм вовремя наступил ему на ногу – и, хвала Отцу-Небу, бестолковый ученик понял.
– Или, быть может, мы просто не спросили у тех людей, кто об этом знает? – как бы себе под нос пробормотал чародей, – у тех, кто давно здесь живет?
– Пожалуй, да, – на губы парня вспорхнула легкая улыбка, – если вы готовы… мм…
– О, за этим дело не станет, – поспешно заверил Альхейм, – я заключаю только честные сделки!
Почтенный хозяин таверны плюхнулся на лавку рядом с Заметором.
– Тогда, господин маг, я внимательно вас послушаю. И расскажу все, что знаю…
Альхейм, не раздумывая, выложил на дубовую столешницу полновесный золотой и подвинул монету к рукам тавернщика.
– Я ищу раба, но не просто – а дэйлор.
Золото как-то незаметно перекочевало в крепкие пальцы бритоголового; Альхейму вдруг пришло в голову, что в этих руках меч смотрелся бы куда уместнее, чем тарелки.
– Редкий товар. Но, думаю, если поискать, то найдется. Нелюдь редко живой в руки дается, в последнее время взяли за правило кишки себе выпускать, если видят, что не уйти…
Чародей подумал-подумал, и добавил:
– Лучше, если у этого дэйлор будут хоть какие-нибудь способности к их магии.
– Так вы, господин, ищите мага или раба? – парень пожал широченными плечами, – ни один маг никогда не будет рабом. Стоит только поймать такого, как он – фьюить – и исчезнет. А то еще и ловцов передавит. Им-то не нужны ваши побрякушки, у них Сила в крови…
– Гхм. Тогда, скорее, простого дэйлор. Раз уж маги недосягаемы.
– Но все-таки больше нужен маг, а?
Альхейм только кивнул. С другой стороны, кажется, настало время говорить напрямую…
Бритоголовый усмехнулся, шлепнул ручищей по столу.
– Ну, господа, считайте, что вам повезло. Потому как… Я могу вас отвести к дэйлор, которого вы ищете. Но я сперва должен убедиться в том, что вы не причините вреда этому доброму малому.
И он выразительно посмотрел на мага. Альхейм откашлялся.
– Если я начну вам объяснять, зачем мне маг дэйлор, уважаемый, вы все равно не поймете. Это… ээ… касается исключительно моих исследований.
– А как я узнаю, что вы не лжете?
Альхейм выложил на стол еще два полновесных золотых, которые во мгновение ока исчезли под широкой ладонью осведомителя.
– Что ж, я вам верю. А теперь послушайте. Случилось тут недавно кое-что…
Маг тихонько вздохнул. Было видно, что тавернщик просто лопается от желания поведать им какую-то историю. А им с Заметором ничего не оставалось, как покориться судьбе.
* * *Хозяина таверны звали Коэн, и он, как и догадывался Альхейм, всего-то зим пять назад оставил свой разбойничий промысел в океане Дождей. Его преследовали родичи когда-то убитого им мелкого царька, и Коэн запутал следы, лишь добравшись до Талипо. Здесь он и обосновался; сперва поработал у славного малого по имени Сэйвериш, добрейшего старичка и владельца таверны, а затем, когда того источила болезнь, занял его место. Но – стоит ли удивляться тому, что молодая кровь бурлила в жилах, требуя чего-то иного, нежели ежедневный подсчет монет да ругань с кухаркой? Коэн подыскал крепких ребят, и они начали приторговывать рабами, да не просто – а захваченными в плен дэйлор. Нелюдь им удавалось сбывать в самые богатые притоны городов вниз по течению Эйкарнаса (Альхейм только покряхтел – и отчего ему не пришло в голову навестить «дом удовольствий» в Алларене?). Худо-бедно, но торговля шла, а кошельки добытчиков помаленьку наполнялись приятными на вид золотыми кругляшками.
Прошлой осенью Коэн отправился на охоту. Вовсе не за новыми дэйлор, а подстрелить дичинки себе на ужин. Денек выдался дождливый, капли назойливо щелкали по макушке, по плечам. Шелестел пестрый ковер мокрых листьев. И внезапно Коэн разглядел высунувшуюся из-под опавшей листвы белую руку.
– Вот те раз, – пробормотал он себе под нос. Спешившись, огляделся – вокруг было тихо. И принялся раскапывать бедолагу, проклиная стрелы нелюди.
«Не иначе, по грибы ходил», – думал Коэн, энергично разгребая листья, – «вот и доходился».
Мертвец лежал на животе, уткнувшись лицом в землю; а в спине зияла свежая рана. Коэн аккуратно отодвинул обрывки одежды; оказалось, что и умер-то мужик не от честной стали. Вокруг кровавой прорехи в слабой человеческой плоти расползся струпьями ожог; Коэн почувствовал себя неуютно. Такую рану мог оставить маг, а маг дэйлор поблизости от Талипо – скверная штука.
Коэн перевернул убитого на спину, стряхнул комья грязи с лица… И остолбенел. Потому как перед ним лежал дэйлор, причем самый настоящий.
– Тьфу, погань какая, – буркнул парень. Это ж надо! Он раскапывал дохлую нелюдь. Вместо того, чтобы выслеживать аппетитного олешку…
Отряхнув руки и на всякий случай вытерев их о жухлую траву, Коэн подошел к лошади, подтянул подпругу… Слух различил тихий, хриплый стон.
«Жив, значит», – Коэн покачал головой, потрогал охотничий нож, удобно сидящий в ножнах. Можно было просто уехать, но можно и добить нелюдь – все ж таки тварь живая, и, наверное, страдает.
Стон повторился. Затем – шорох. Белая рука дэйлор слепо шарила по листьям.
Коэн достал нож, присел на корточки над умирающим, готовясь нанести последний удар… Но в этот миг дэйлор открыл глаза.
Взгляд оказался на удивление чистым, осмысленным. И было в этом взгляде нечто такое… Коэн даже потом так и не смог объяснить, почему не отрезал нелюди голову, а взвалил тяжелое тело поперек седла и поспешил домой.
«В конце концов, я его выхожу – и продам. Чем не прибыльное дело?»
Он уложил нелюдя на свою кровать, промыл и перевязал рану – казалось, что никакие жизненно-важные органы не задеты. Разве что крови много вытекло, пока дэйлор валялся там, в лесу. Дышал раненный часто, но совсем неглубоко; лицо по-прежнему оставалось землито-серым. И Коэн, поразмыслив, влил ему в рот глоток самой крепкой браги, какую только нашел в своем холостяцком жилище.
Этот «эликсир жизни» подействовал почти мгновенно. Дэйлор захрипел, закашлялся, на губах выступила пена – Коэн невольно попятился, а ну как нелюдь болен чем заразным?.. Затем, глубоко вздохнув полной грудью, он открыл глаза и уставился на Коэна тяжелым, мутным от забытья взглядом.