"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Действительно, о мотивах Агнесс никто не спрашивал. Никому не было интересно, что думает эта серая мышка и отчего она вдруг решила стать королевой. На безумно влюбленную она была непохожа, но и в корыстные мотивы мне было сложно поверить.
— А какое дело вам до ее мотивов, если уж ее цели так удачно совпадают с политикой страны?
Катонец некоторое время поколебался, видимо не зная, стоит ли со мной делиться. Но, похоже, сидение в одной яме, равно как и путешествие в одной карете, располагает к откровенности.
— Я обещал ее матери, что не позволю принцессе совершить что-то, о чем она потом будет жалеть. Думаю, что брак по расчету входит в эту категорию.
Нет, ну нельзя же при такой профессии быть таким наивным. Она принцесса, и рано или поздно ей все равно придется выйти замуж по политическим соображениям или не выходить вообще. Только единицы дочерей королевской крови могут избежать подобной участи.
— Не думаю, что здесь есть расчет, по крайней мере, только расчет, — сказала я. — Возможно, присутствуют еще интерес и расположение, если уж не влюбленность.
Действительно, если так подумать, то с первой нашей встречи Агнесс немного изменилась. Вопрос только, в чем? Как же трудно с этими скрытными катонцами.
— Я наблюдал за вами, леди Николетта. Вы очень поспешно судите о людях и не склонны менять своего мнения. Когда-нибудь ваша самонадеянность вас погубит. — Он произнес это со снисходительностью человека, который вдвое старше меня годами.
— Пусть так. — Кидаться в атаку из-за легкой критики глупо. — Но почему бы вместо того, чтобы сидеть здесь и гадать, не спросить ее саму?
Пауль усмехнулся:
— Я настолько увлекся созданием образа строгого воспитателя, что теперь не могу вытянуть из нее и слова в своем присутствии.
— Значит, пора менять образ, только и всего, — с уверенностью ответила я, но при всех усилиях так и не смогла представить катонца в роли «доброй нянюшки».
— У вас все проблемы имеют простое решение.
— Я никак не пойму, как, имея такой талант, можно его настолько бездарно использовать?
Катонец засмеялся, обнажив острые неприятные зубы.
— Смотрю, вы и впрямь думаете, что способны найти ему гораздо лучшее применение. Что ж, могу научить на досуге.
— Так и думала, что это не врожденная способность, — победоносно заключила я.
— Что же породило в вашей светлой голове эту мысль?
Он явно иронизировал, но у меня не было желания поддаваться на провокации: внутреннее чувство подсказывало, что Пауль не тот противник, которого я бы смогла победить в словесной перепалке.
— Просто видела, как один раз вы не распознали ложь.
— И когда же?
Я с радостью заметила, что смогла поколебать его уверенность:
— У короля нет придворного художника.
Пауль неловко шевельнулся и впился в меня острым колючим взглядом, будто бы если я сейчас не продолжу говорить, то он вырвет правду под пытками. Атмосфера в яме стала неуютной — как бы нелепо это ни звучало.
— Вас обманула принцесса Виолетта, сестра прежнего короля, и вы этого даже не заметили.
— Ну давайте же, здесь нечего стесняться, — увещевала я катонца. — Никому ничего не скажу, честно-честно.
— Дело не в стеснении — я уже стар для подобных фокусов. — Пауль игриво посмеивался: время, проведенное в яме наедине, не прошло даром. — Ну и молодежь сейчас пошла!
— О боги! Да идите же сюда. Иначе мы так и помрем в этой яме со скуки.
— Но смотрите, если меня обнаружат в таком виде, скажу, что это вы меня соблазнили.
— Я умоляю, кто поверит сорокалетнему мужчине?
— Мне еще год до сорока.
— Тем более!
Невзирая на все пререкания, Пауль послушно подошел и встал передо мной на одно колено, сцепив руки в замок. Я без зазрения совести поставила ему на ладони ногу в аккуратной замшевой туфельке и, оттолкнувшись от земли, с помощью поддержки катонца смогла дотянуться до одного из толстых корней почти у самого края ямы, а затем и вовсе выползти на животе из опасной ловушки.
Лежа на траве, дала себе небольшую передышку. Солнце над головой уже начинало клониться к закату — похоже, что в яме мы провели гораздо больше часа. В сладком воздухе разносился жаркий стрекот кузнечиков. Интересно, наши бравые следопыты уже нашли короля и принцессу? Хорошо же они прочесывают лес, если за все это время около злополучной ловушки не прошло ни единого человечка.
Я встала на колени и наклонилась над краем ямы:
— Вот видите, радикулит вас все-таки не хватил.
— Вы меня вытаскивать собираетесь? — Катонец щурился, глядя на меня против солнца.
— Не-э-эт.
— Неблагодарная девчонка, я чуть не надорвался, выталкивая вас. — Мой бывший «соямник» немного занервничал, видимо определив, что я не вру.
— Неужели вы всерьез полагаете, что мне под силу вас вытащить? Пойду за помощью. Только никуда не уходите.
Катонец, конечно, был костлявым как смерть, но ему пришлось бы провести в яме не одну неделю на голодном пайке до того, как я оказалась бы в состоянии его вытянуть.
— Жестокая!
Я встала с колен и осмотрела свое платье. М-да, видок такой, будто пьяные ежики играли мной в вышибалы по всему лесу. Картина моего выхода к людям будет крайне душещипательной — можно надеяться на лучший кусок от туши косули, которую повар уже наверняка начал жарить. Настроившись на такой оптимистический лад, я даже не успела начать соображать, в какой стороне находится наша стоянка, как из ближайших кустов раздалось лошадиное ржание, а потом меня окликнул удивленный и до ужаса знакомый голос:
— Леди Николетта?
— Ваше величество?
Король и принцесса Агнесс вели лошадей под уздцы и всем своим видом напоминали скорее пару на прогулке, нежели несчастных заблудившихся. Что-то не так я представляла себе нашу встречу. Это король должен быть помят и в земле, а не наоборот!
— Что с вами случилось?
— Мы упали в охотничью яму. — Мой голос звучал гораздо более жалобно и надтреснуто, чем полагалось.
Если бы у меня не было столь очевидных доказательств, никто бы мне не поверил.
— Мы? — Король наклонился над ямой и с еще большим удивлением обнаружил там катонца. — Хватайтесь за руку, я вас вытащу.
— Ваше величество, может, не надо? Давайте позовем кого-нибудь на помощь.
Я уже с ужасом представляла, как Ратмир II падает в яму и ломает себе шею. Страна мне этого не простит.
— Зачем столько сложностей?
Монарх ухватил Пауля за руку и практически без проблем помог тому выбраться.
— Спасибо, ваше величество. — Спасенный поспешил проявить должную благодарность.
Принцесса Агнесс, до этого момента не проронившая ни слова и с каждой минутой становившаяся все мрачнее, при виде своего воспитателя и вовсе сделала непроницаемое лицо.
Я укоризненно взглянула на катонца. Да, господин шпион, вы окончательно и бесповоротно запорете свое задание. Если только я вам немного не помогу…
При моем появлении около кухонной палатки у повара вытянулось лицо:
— Что с тобой случилось?!
— Как ты и предрекал — стая зайцев, — усмехнулась я. — Оказалось, ушастые очень агрессивны в это время года.
— А с голосом что? Только не говори, что собираешься петь тюремные романсы.
Повар подшучивал, но вместе с тем выглядел озадаченно. Хорошо хоть больше не сердился — та его версия мне совсем не нравилась, я даже была согласна на язвительные реплики.
— Лучше бы дал что-нибудь попить, вместо того чтобы издеваться. Иначе тюремные романсы я буду петь в два часа ночи под твоими окнами.
— Ладно-ладно, только прекращай давить на жалость. — Рыжий скрылся где-то за шатром.
Почему бы и не подавить, если, как оказалось, есть на что.
С возвращением короля все успокоились. Поисковые группы возвращались из леса, оживленно переговариваясь между собой, — к счастью, отсутствие монарха не перешло ту грань, за которой вся суматоха перестала бы казаться большинству из наших гостей еще одним увеселением.