Клеймо Солнца (СИ)

Модули похожи на диски, спрятанные под прозрачными куполами, но землянка не представляет, что внутри них находится искусственная атмосфера, пригодная для жизни людей. Над двумя крыльями виднеются по два пузыря, крупных и прозрачных, у Третьего крыла их три, а у Четвёртого — гораздо больше: шесть крупных и несколько маленьких. Однако это тот случай, когда «много» не означает «лучше». Купола истончены и покрыты дырами.
— Успех Тальпы стал возможен благодаря конструированию бесчисленных космических аппаратов в прошлом. В основе каждого лежали важные технические прорывы, которые позволяли инженерам строить более крупные корабли, пока не была создана космическая станция беспрецедентных размеров — самый масштабный и амбициозный проект в истории.
Голос продолжает рассказывать, пока кадры меняются, и мы видим то космическую станцию, затерявшуюся во мраке, то фрагменты из старых документальных фильмов об освоении космоса…
Украдкой я посматриваю на Габриэллу. Её грудь судорожно поднимается и опадает, а иногда девушка перестаёт дышать совсем.
— В течение более чем тридцати лет астронавты собирали эту невероятную конструкцию. Космическая станция оснащена искусственной гравитацией, чистой водой, прекрасными домами, вечнозеленой травой и деревьями. Всё это создано ради человечества. Теперь именно здесь создаётся его будущее.
Голос замолкает, пока на экране кадры сменяют друг друга. Со стороны станция кажется оплотом жизни, свершившимся чудом, сбывшейся мечтой. Именно такой граждане должны видеть Тальпу.
— Как это возможно? — шепчет Габриэлла, и я ловлю её взгляд, полный глубочайшего потрясения.
— Вряд ли я тот, кто сможет тебе объяснить, — признаюсь честно, завороженный взбунтовавшимся цветом её глаз. — Я и сам не понимаю.
— Четыре модуля, — продолжает голос в наушнике, — четыре крыла. Каждое из них олицетворяет стихию, и только все вместе они создают и поддерживают саму жизнь.
Габриэлла невольно подаётся вперёд, хотя перед нами только виртуальный экран. Она рассматривает всё, что мерцает и проскальзывает перед глазами: город, что разрастается кругами и утопает в кустарниках и деревьях всех оттенков пурпурного, а в самом центре — по спирали к небесам поднимается небоскрёб.
— Стихию огня олицетворяет величественный и элегантный Эпицентр, пульсирующее сердце Тальпы, — торжественно сообщает голос, пока камера плывёт над городом. — Красный клён, сандал и краснолиственные барбарисы были высажены здесь намеренно. Яйцевидные, округлые и пирамидальные кроны лилово-розового и оранжево-красного оттенка лишь изредка сменяются жёлтой и зелёной листвой деревьев других пород. Ночью дома подсвечиваются красным — цветом самой жизни, символизирующим активность и силу, а также власть. Её олицетворяет и Башня в небеса, каждый из этажей которой повёрнут относительно предыдущего на три градуса. Здание словно закручивается более чем на сто пятьдесят градусов. Сплошная лента гнутого остекления с постоянным наклоном по углам создаёт оптическую иллюзию, и в ней отражается панорама Красного города, перевёрнутая под углом в девяносто градусов к горизонту.
Я поглядываю на Габриэллу и замечаю, что она сжимает губы, словно у неё миллион вопросов, но она не готова их задавать, ведь пропустит то, что рассказывает голос:
— В Эпицентре кипит жизнь. Этот яркий, шумный город — светлая ностальгия по мегаполисам Земли. Кажется, он никогда не спит и продолжает развиваться. Двадцать девять лет продолжалось строительство города на стадии сборки станции, ещё столько же — уже в космосе. Однако и сегодня Первое крыло не прекращает расширяться.
На экране стремительно сменяются кадры: пугающе просторные залы предприятий, электрокары, мчащиеся по широким дорогам, небоскрёбы, отражающие в своих многочисленных зеркальных окнах Красный город, вертолёты, снующие над ним и жужжащие лопастями, подобно насекомым.
— Стихия Второго крыла — вода. Неудивительно, что синий цвет является символом Архипелага, или плавучего Голубого города, расположенного на искусственных островах. Здесь круглый год лето, и граждане других крыльев могут в любой момент приехать сюда на отдых. Пляжи, ночные клубы, кафе и рестораны… Во Втором крыле есть развлечения на любой вкус, даже самый притязательный, какой свойственен жителям Эпицентра. По размерам Второе крыло гораздо меньше, чем другие, но оно уходит вглубь, туда, где под водой находятся водонепроницаемые жилые строения.
 
На экране возникают полупрозрачные здания купольной формы, а камера проникает внутрь их, демонстрируя роскошные залы и комнаты, пока не спускается ниже, прямо под воду, и не показывает купола общего пользования, соединённые с рядами жилых отсеков.
Габриэлла прикрывает рот рукой, сдерживая удивлённый возглас. Не представляю, что она чувствует, видя всё это. Не представляю, что чувствовал бы я, расскажи она мне, что происходит на планете… Вряд ли такое когда-нибудь произойдёт.
— Для их создания использовались материалы, способные выдержать высокое давление и сопротивляться коррозионному эффекту воды. Новое общество, живущее на глубине, каждый день любуется невероятным видом, открывающемся в окнах их домов. Это прикосновение к чудесному подводному миру, который нам удалось сохранить.
На экране появляются очертания совсем другого поселения, и голос сообщает:
— Стихия Третьего крыла — воздух, но его символом стал зелёный — цвет самой жизни и природы. Белый город расположен на трёх островах, утопает в деревьях и цветах, опоясан Рекой и Морем, а ночью мерцает разноцветными огнями. Материк покрыт массивами лесов и рядами ветряных мельниц. Здесь налажена смена времён года, как это было на Земле. Здесь находятся самые удивительные здания.
На экране показываются три острова — в форме капли, прямоугольника и — самый большой — в форме незавершённого круга. Мы видим Дом правительства, напоминающий Маяк, шестиэтажное здание МОРиОНа с панорамными тонированными окнами, Стеклянный дом такой же высоты и купол Сферы, Хрустальное святилище, Площадь правды и наконец жилые районы.
— Здесь находится Нимфея, или Кувшинка — не просто развлекательный центр, но невероятное творение человека, место, где каждый может прикоснуться к природе и отдохнуть по-настоящему.
Камера пролетает над десятиэтажным зданием с обширной смотровой площадкой наверху.
— Связь с природой, умиротворение и гармония позволяют жителям плодотворно работать на благо всей станции. Третье крыло подарило Эпицентру многих трудолюбивых профессионалов.
Я хочу шепнуть, что именно здесь находимся и мы, но голос продолжает рассказывать:
— Смена времён года стала для Четвёртого крыла самым важным фактором, который повлиял на возможность выращивать здесь продукты питания и сырьё для промышленности.
С высоты птичьего полёта видно массивы лесов, сады и теплицы, изредка сменяющиеся на небольшие поселения, а потом — на обширные угодья.
— Вполне ожидаемо, что именно жёлтый цвет стал символом этого крыла, а его стихией — земля. Самое крупное поселение получило название Город Солнца. Всем известно, что жители Четвёртого крыла, оказавшись не самыми рассудительными гражданами Тальпы, своим неповиновением и бунтами подвергали серьёзному риску и себя, и других, нанесли непоправимый урон всей станции, однако, несмотря ни на что, как заботливый отец, Эпицентр продолжает поддерживать в нём жизнь и восполнить потери. Однако до сих пор Четвёртое крыло остаётся в изоляции, в целях безопасности всей Тальпы и её жителей.
На экране снова появляется синий круг в зелёном обрамлении, похожем на венок с вплетённой золотой лентой, раскрытыми ладонями и красной бабочкой над ними.
— Красный, синий, зелёный и жёлтый — цвета крыльев объединяет символ всей станции. Только вместе мы поддерживаем и улучшаем жизнь. Только вместе боремся ради человечества и его будущего.
Звучит торжественный, немного оглушающий гимн, наваливающийся, как падающие с горы булыжники, и я замечаю, что Габриэллу начинает бить крупная дрожь. На её лице не остаётся и намёка на румянец, а глаза, хотя и смотрят на меня, вдруг кажутся растерянными и пустыми.