Доверься мне (ЛП)

Не сейчас, машины по производству детей.
— Хватит на меня так смотреть.
Я моргаю, мотая головой.
— Как?
Картер выпячивает бедро и подмигивает.
— Я выгляжу отлично, не так ли?
Мои плечи вздымаются.
— Так себе.
— Так себе? — он подходит ближе, бросает быстрый взгляд через плечо — Аланна занята невероятно энергичными прыжками, поэтому его губы касаются моей щеки, моей челюсти, моей шеи. — Я думаю, что выгляжу сексуально. Из меня бы выйдет чертовски хороший дилф22, не так ли, малышка Олли?
Мое сердце бьется буквально между бедер, и, прежде чем я успеваю притвориться, что эта мысль не приходила мне в голову, рядом появляется Аланна.
— Кто такой дилф?
— Это папочка, с которым я хотел бы п… — Картер захлопывает рот, глаза выпучены, когда он в панике смотрит на меня. Я не собираюсь его спасать. Он сам в это ввязался. Вот и посмотрим, как он из этого выберется. Он улыбается Аланне и гладит ее по голове. — Порыбачить вместе. Папочка, с которым я хотел бы порыбачить вместе.
Она морщит нос.
— Разве это получается не дилфв23? Потому что «вместе» начинается с «В». Так что тебе нужно добавить «В», Картер, — она наклоняет голову, окидывает его оценивающим взглядом и снисходительно похлопывает по руке, а затем уходит. Я закусываю губу, пытаясь не рассмеяться над милым, удивленным лицом Картера.
— Ты… — Картер угрожающе тычет пальцем мне в лицо: — Прекрати.
Я поджимаю губы и делаю вид, что выбрасываю ключ.
— Да, сэр.
Он поворачивается за Аланной.
— Эй, нахальные штанишки!
Она поворачивается, дьявольски улыбаясь ему.
— Ты готова кататься на коньках?
Вместо ответа она оглушительно вопит, выбегает из комнаты, взлетая вверх по лестнице. Через полчаса мы вчетвером выходим на лед арены Роджерс, где я никогда не ожидала оказаться. Но быть капитаном команды «Ванкуверских гадюк» дает тебе определенные привилегии, например, убедить руководство позволить тебе покататься на льду, пока они не привели его в порядок к сегодняшней дневной игре.
Я пристегиваю Джема к груди, где он уютно устроился. Картер помогает мне переступить порог, и я медленно прокатываюсь по льду, восхищенно рассматривая то, что он видит на каждой домашней игре. Ну и пятнадцать тысяч болельщиков.
— Я не хочу надевать шлем.
— Ты должна надеть шлем.
— Но ты не наденешь шлем.
Я поворачиваюсь на звук препирательств: руки Аланны уперлись в бока, она спорит с Картером. Он протягивает ей шлем, а она непреклонно смотрит куда угодно, только не на него. Маленькая вреднючка.
— Я взрослый, — единственный аргумент Картера. Этот я использую чаще всего. — Мой мозг развит полностью, а твой — нет, — он стучит по своей голове. — Нужно защищать эти растущие клетки мозга, Лэнни.
— Но…
— Никаких «но». Шлем или никакого катания, маленькая мисс, — он пожимает плечами. — По-моему, выбрать несложно.
О боже. Здесь жарко, или только мне так кажется?
Аланна со тоном откидывает голову, делает шаг вперед и позволяет Картеру закрепить ей шлем.
Он потряхивает ее шлем.
— Вот так. Не так уж и плохо, да?
Я вижу ее улыбку отсюда, когда она отмахивается от его руки.
— Ты прямо как мой папа.
— Красавчик?
— Бесишь, — со смехом она выскакивает на лед, выхватывает шайбу из-под его ничего не подозревающих ног и уносится прочь, как летучая мышь прямо из ада.
Картер не отстает от нее, и не успевает она опомниться, как шайба оказывается у него на кончике клюшки, и он кружится вокруг нее.
— О, чувак! Ты слишком быстрый!
Через некоторое время я сажусь на скамейку и вынимаю Джема из слинга, усаживая его к себе на колени. Он что-то лепечет, размахивая руками, пока мы смотрим, как Картер и Аланна скачут по льду. Я делаю несколько снимков и улыбаюсь, когда Картер начинает давать Аланне советы по перехватам и правильному движению запястьем, чтобы достичь идеальной подачи в ворота.
— Видишь, когда ты проверяешь кого-то на бортах, тебе нужно затаиться и закончить маневр ярко, — слышу я его слова, когда он слегка толкает ее плечом в бок.
 
— Картер! Мы не даем ей советов, как сесть на штрафную скамейку.
Картер шепчет ей что-то на ухо, отчего она хмыкает, прежде чем он смотрит в мою сторону, одаривая меня невинной улыбкой.
— Да, Олли, — он передает шайбу Аланне и говорит ей крутиться, а сам направляется ко мне. Он касается моего носа своими вонючими перчатками. — Хочешь, я покатаю Джемми?
— Конечно, — я передаю его, когда Картер бросает свои перчатки и клюшку, и он чмокает Джема в щеку, прежде чем прижать его к себе. — Будь осторожен.
— Осторожность — мое второе имя, Ол.
— Осторожность не твое второе имя. Ты даже не знаешь такого слова.
Он, естественно, игнорирует меня, и я с трепетом наблюдаю, как он кружится по льду с моим племянником на руках, который хихикает и заставляет Картера смеяться. Они так мило смотрятся вместе, и, если честно, я по уши влюблена в Картера сейчас.
Картер проносится мимо меня с раздражающе самодовольной ухмылкой и еще более самодовольным подмигиванием.
— Выглядишь так, будто хочешь родить мне детей.
Я смеюсь и отмахиваюсь от него. Кричать «да» кажется крайне неуместным, в конце концов.
— Это что, «черт возьми, да»?
— Это «твой-ребенок-уничтожит-мою-вагину».
— Хм, — он крутится вокруг себя, облизывает верхнюю губу. — Для меня это звучит как «да, черт возьми».
Еще. Как. Блять. Да.
После окончания его дневной игры Аланна спрыгивает с плеч Кары и бросается к нему, как только он выходит из раздевалки. На ее лице был нарисован, теперь уже размазан, его номер, и сразу через несколько часов после этого пресса решила: у меня уже есть дети, и Картер берет на себя роль отчима.
Картер подхватывает Аланну на руки, его вопросительный взгляд скользит по мне, затем возвращается к репортерам. Я пожимаю плечами. Джереми будет рад, если Аланну покажут по телевизору.
— А это кто, Картер? — спрашивает один из репортеров.
— Это моя подруга Аланна.
— Я тоже играю в хоккей, знаете ли, — говорит она им. — Это не только мальчишеский спорт. И я действительно хороша. Я быстрая. Супербыстрая. Мама говорит, что я как молния.
Все взгляды скользят в мою сторону, пока кто-то не спрашивает: — Это правда? А за какую команду ты играешь?
Аланна гордо улыбается, откидывая плечи назад.
— Я играю за «Лавину». Мы — синяя команда. И я центровая, как Картер.
— Точно! И тебе весело проводить время с Картером?
Она кивает головой.
— Прошлой ночью мы с Джемми ночевали у Картера. У нас была пицца и пирожные «Орео», потому что мы с Картером оба любим «Орео», и мы смотрели мультики, а потом Картер уложил меня в кровать, а сегодня утром я показала ему, как переодеть вонючую задницу моего братика, а потом мы позанимались в спортзале, и он взял меня кататься на коньках, — она глубоко вдыхает и выдыхает. — Картер — самый лучший на свете.
О, мой брат разозлится на последнее.
— Правда? — репортер не может сдержать своего удивления. Она смотрит в мою сторону, как и все остальные. — А что ты думаешь о том, что Картер встречается с твоей…
Я сопротивляюсь непреодолимому желанию закатить глаза. Они ходят вокруг да около, пытаясь выяснить: являюсь ли я матерью-одиночкой с двумя детьми.
Аланна все равно не дает ей шанса закончить вопрос. Она обнимает Картера за шею и прижимается щекой к его щеке.
— Я надеюсь, что они поженятся, и я буду девочкой с цветами, и у них будет много-много детей.
Вот дерьмо.
ГЛАВА 42
СТАНЬ МАМОЙ ДЛЯ МОЕЙ СОБАКИ