Девочка Сокола (СИ)

— Кира, не накручивай себя, — негромкий голос разрезал тишину.
— Я так предсказуема? — хотела произнести ровно, но куда там. Научусь когда-нибудь контролировать эмоции?
— Я тебя чувствую, девочка моя. И сейчас ты зря нервничаешь. Иди сюда, — следя за дорогой, свободной рукой притянул к себе, поцеловал в висок. — С отцом поругались, не хотел тебя волновать.
— Что-то серьезное? — Артем мотнул головой. Думала, не расскажет, а он заговорил:
— Денег требовал. Теперь он считает меня обязанным, пытается надавить.
— Из-за меня? — хоть и прозвучало это вопросом, почему-то даже не сомневалась, что окажусь права.
— Не бери в голову, я решу.
А мне стало обидно за маму. Получается, он шантажирует сына своими отношениями с женой.
— Я никому не позволю встать между нами. Ты моя, Кира. Запомни.
Хоть в горле и стоял ком, который ни вытолкать, ни проглотить, я расслабилась. Теперь я понимала, почему Артем не хотел мне ничего говорить. Я словно пропиталась чужой гнилостью, от которой хотелось отмыться. Артем ведь его сын, как можно?!
— Где твое кольцо?
— В кармане, — полезла я за ним и надела на палец. Если бы я его потеряла, Артем был бы менее обескуражен, пришлось объясняться: — Не знала, как сообщить об этом, поэтому и убрала. Все происходит так быстро, меня словно с ледовой горки толкнули, у которой не видно края. Я обязательно скажу…
— Если ты хочешь, мы можем позвать твоих друзей в гости и сказать вместе. Я буду рядом.
«Я буду рядом» — и вот почему он такой хороший и понимающий? Я уже начинаю привыкать быть женщиной, за спиной которой находится сильный понимающий мужчина.
— С завтрашнего дня мы собираемся начать тренироваться, можно собраться после тренировки, — лицо Артема застыло, так было каждый раз, когда речь заходила об играх.
— У меня на работе завал, Кира. Не смогу лично с вами заниматься, но к завтрашнему дню у вас будет наставник.
— А Женя?
— К воркауту не имеет никакого отношения.
Я всегда мечтала влюбиться в мужчину, которой не будет похож на отца, но Артем превосходил все мои девичьи ожидания. Мне стоило подумать о проблеме, как он предлагал пути решения. Поддавшись порыву, я потянулась к нему и поцеловала в уголок губ. Мы как раз съехали с основной трассы, направлялись в сторону дома.
— Кира, провоцируешь, — прорычал Артем. Внизу живота появилась знакомая тяжесть, солнечное сплетение расцветало волнением, предвкушением.
— Не буду, — флиртуя, медленно попыталась отстраниться.
Рука Артема оказалась на затылке, он притянул меня к себе и жадно впился в губы. Скорость упала, мы не ехали, а ползли, при этом страстно целуясь. Как всегда, стоило ему дотронуться до меня, как я забыла обо всем на свете. Внизу все скручивалось в тугой узел. Артем ударил по тормозам.
— Иди ко мне, моя сладкая девочка, — срывающимся голосом. Когда мужчина на тебя смотрит, как на богиню, мир меркнет. Каждый нерв оголен. Растворяюсь в его взгляде, тихих, но таких проникновенных фразах.
— Мы почти у дома.
— Я тебя еще в машине не любил, — усмехнулся Артем, целуя в лоб.
— Я не против продолжения в машине, мы еще не все горизонтальные поверхности испробовали… — это была шутка. Артем познакомил меня с поверхностью рабочего стола в своем кабинете, а ведь я зашла, чтобы позвать его ужинать. — Но мы заняли проезжую часть, боюсь, соседи начнут сигналить в самый волнительный момент.
— Поехали, — завел мотор, и мы тронулись. Взгляд Артема обжигал.
Звонок телефона прервал предвкушение нашего томного уединения.
«Папа…» — достав смартфон, увидела я.
  
Глава 22
 
Сокол 
С лица Киры исчезают краски. Моя девочка бледнеет, рука, держащая телефон, дрожит. Я не вижу, кто ей звонит, но готов на ремни порезать человека, который вызывает в ней такой страх. Забираю телефон — «папа». Я помню информацию, которая до сих пор лежит у меня в сейфе на этого мудозвона.
— Ты можешь не отвечать, — спокойно произношу, притягивая ее обратно к себе. — Кира, ты чего так дрожишь? Маленькая, а ну успокойся. Я никому не дам тебя в обиду, слышишь? Никому. Ты меня сейчас даже оскорбляешь. Я за свое зубами глотку перегрызу, — шепчу ей в волосы, а свободной рукой глажу спину. Мы подъехали к воротам, но въезжать не спешу. Звонок обрывается, но через несколько секунд телефон вновь оживает.
 
— Он не успокоится, пока я не подниму, — тяжело вздохнув.
— На громкую поставь, — моя злость направлена не на Киру, но скрыть металл в голосе не удается.
— Пап, привет.
Меня накрывает от того, что она силится говорить ровно и скрывать дрожь в голосе.
— Здравствуй, дочь. Где та сука, что тебя родила? Почему трубку не берет? — мужик выплескивает агрессию. Он пьян, судя по тому, как тянет слова. — Замуж вышла?! По морям катается?! — он орет, а я с трудом держу себя в руках. Лучше бы ему заткнуться, контроль трещит по швам. — А ты с кем все это время была? Блядовать начала в Москве? — я забираю телефон у Киры. — Так я эту лавочку быстро прикрою! Вернешься…
— Иди в дом, — киваю на дверь. Вижу, не хочет, но я не намерен спорить. — Кира, — требовательно и жестко. Мужик слышит мой голос, не в курсе его мыслей, но он на какое-то время затыкается.
— Кира, это кто там такой борзый?
— Артем меня зовут. Жених Киры, — в динамике повисает тишина. Думал, что он забыл, зачем звонил, но тут он подал голос:
— Жених, говоришь? Так я завтра приеду, гляну, что ты за жених.
— Буду ждать. Обидишь хоть взглядом дочь, разговор будет коротким, — специально перехожу на «ты», чтобы у кого-то не возникало иллюзий, что перед ним заискивают.
— Щенок, ты мне угрожаешь? Ты хоть знаешь, с кем?..
— Знаю… — жестко перебиваю и пересказываю те сведения, которые запомнил из отчета. Не все, но их достаточно, чтобы отец Киры потерялся.
— Ты кто?.. Откуда?.. Это секретная…
— Из того досье, что на тебя собрали, — не упоминаю о том, что он терроризировал дочь и жену.
Кира мне досталась девочкой, это не может не рвать крышу хищнику, что сидит внутри меня. Я помешан на том, что кроме меня ее никто не касался, не ласкал грудь, не трогал складочки, не слышал ее стонов, не видел, как красиво она кончает, но я понимаю, какой ценой все это мне досталось. К этому мудозвону благодарности не испытываю.
— Завтра жду. Адрес скину. Всего доброго, — отбиваю звонок.
Переписываю номер телефона отца Киры к себе в контакты. Я не помню, как его зовут, нужно с утра заглянуть в отчет. Я не собираюсь проводить его в дом, предварительно не побеседовав. Звоню в офис и отдаю ребятам поручение отследить перемещение «абонента». Завтра его встретят и привезут ко мне. Увидится он с дочерью или нет, будет зависеть от того, как мы поговорим.
Вхожу в дом, Кира сидит в кресле, лицо белее мела, взгляд застывший. Неужели паническая атака?
— Иди ко мне, — подхватываю на руки и сажусь вместе с ней на диван. — Ты чего напугалась? Я ведь рядом, маленькая. — Целую лицо, ключицы, шею. Одного взгляда хватает, чтобы ширинка трещала по швам, но сейчас я пытаюсь ее отвлечь, прогнать холод из глаз, расслабить тело, в котором каждый нерв натянут, как тетива. — Кира, он тебя не обидит. Мы договорились встретиться и поговорить. Без тебя.
— Я боюсь не за себя, — наконец-то моя девочка отмирает, но в голосе нет жизни, и взгляд потухший. — Я боюсь, что он что-нибудь с тобой сделает.
Не привык, чтобы за меня так переживали и боялись. Только мама, но это было давно. В груди разливается тепло, но не хочу, чтобы Кира хоть чего-то боялась. И я точно знаю, что эта девочка любит меня не из-за денег и власти. Не думал, что судьба преподнесет мне такой подарок. В ней мое счастье. Буду беречь и пылинки сдувать. 
— Кира, я смогу защитить тебя, твою маму и наших будущих детей.
— Детей? Артем, ты хочешь детей?
— Не откажусь от девочки и мальчика, — улыбаясь. Глаза Киры округляются, поэтому я не говорю, что мечтал бы о большой семье. — Но только когда мамочка будет к этому готова…