Здесь, на знакомых тротуарах... (СИ)

– Бедная ваша сестра! – печально проговорила Оля, когда, заперев за Соловьем входную дверь, юноша вернулся на кухню.
В ответ он лишь угрюмо пробурчал нечто невразумительное.
– Мы должны ее спасти! – пылко продолжила между тем бывшая статуя. 
– Как?! – огрызнулся Иван.
От его резкого окрика девушка вздрогнула.
– Сходить за ней – и забрать оттуда, где ей плохо… – предложила все же «план» она.
– Думаешь, это так просто сделать?!
– Я не знаю, – и вовсе поникла Оля. 
Каким-то дальним краешком сознания юноша отметил, что сипов и хрипов в ее речи будто бы стало чуть меньше – то ли они просто ему уже примелькались и теперь безотчетно фильтровались, то ли голосовой аппарат бывшей статуи постепенно разрабатывался. А может, разбойничья дыхательная практика помогла… Насчет этой чудодейственной методики стоило бы, кстати, еще разобраться, чему там незваный гость его подопечную научил!
– Что за упражнения тебе показал Соловей? – старательно гоня прочь другие, куда сильнее донимавшие его сейчас мысли (получалось пока, честно говоря, плоховато), спросил он у собеседницы.
– Сейчас покажу! – оживилась та – напротив, легко переключившись с темы на тему.
Соскользнула с табурета и села на полу в позе лотоса – без видимых усилий сплетя худые ноги. Влезть с утра в наверняка уже давно подсохшие после пролитого на них чая мешковатые джинсы Оля не позаботилась – как и накануне, щеголяла в футболке-платьице, и теперь задравшийся подол открыл взору Ивана несколько больше, чем диктовали любые приличия.
– О, совсем из головы вылетело: я же наш заказ получил! – хлопнул себя по лбу юноша, судорожно хватаясь за еще одну постороннюю тему.
Нет, почему же постороннюю? Очень даже актуальную и важную на самом деле! Прежде, чем грезить о чем-то грандиозным (причем, совершенно нереальном!), разве не нужно разобраться с текущими делами?!
Ведь так, да?..
– Сейчас принесу!
Метнувшись в прихожую, он вернулся с пакетом из интернет-магазина… и застал девушку окаменевшей.
Вот! А вы говорите! Ну, не говорите, думаете! Тут своих хлопот не оберешься! Вон, Соловей так и дал понять: Олины проблемы – теперь его, Ивана, забота! Ему под это даже немалые финансы выделили!
Приступов его подопечной, конечно, деньгами смертных не исцелить… 
Как и не выкупить за рубли у Кащея Машу.
Твою ж налево!
– Извините… – шевельнулась на полу «оттаявшая» девушка.
– На, выбери отсюда что-нибудь и надень, – глядя в сторону, дабы не видеть лишнего, протянул он ей пакет.
– А упражнение? 
– Потом, – скривившись, отмахнулся Иван.
Его подопечная поднялась на ноги, оправила наконец пресловутый подол, вывалила покупки на стол и стала их одну за другой разворачивать – с все возрастающим восторгом. Юноша нервно сглотнул. Ну да ладно, пусть хоть кому-то здесь будет хорошо…
Отложив в сторону особо приглянувшиеся ей предметы туалета, Оля принялась стягивать с себя футболку. Иван поспешно отвернулся к двери кухни – и напоролся взглядом на не пойми откуда взявшегося в коридорчике Серого.
– Приветик! – с наглой ухмылочкой бросил ему Волк.
– Это прям не дом, а проходной двор какой-то! – всплеснул руками юноша. – Тоже в замочную скважину посвистел? – почти зло спросил он у очередного гостя. 
– Зачем? – не понял тот.
– Да был тут один тип до тебя! Говорит, свистнул в замок – дверь и открылась.
– Соловей, что ли? – нахмурился Серый. 
Иван кивнул:
– Он самый.
– А от тебя-то что ему было надо?!
– Кредитку вручил, – хлопнул себя юноша по карману рубашки. 
Замешкался, не уверенный, стоит ли делиться с бывшим напарником прочими новостями – и если да, то как лучше те преподнести – но пока мялся, Волк уже заговорил сам:
– Повезло тебе: успел обзавестись картой! Разбойнику-то недолго осталось сидеть в банке! Ходят слухи, на его место Лихо Одноглазое прочат. А у этого пока что выцыганишь, даже и по праву – всю Явь трижды три раза проклянешь!
– Ну, повезло – значит, повезло… Так как ты сюда вошел? – вернул разговор к заболтанному было предмету Иван.
 
– Элементарно. У тебя там в стене дыра, домовыми заделанная. А я уже, кажется, рассказывал: эти хитрецы завсегда лазейку оставят! Нужно только уметь ее найти. Соловей, простофиля, не умеет, а я, сам знаешь – да.
– А можно как-то эту лазейку на фиг ликвидировать? – мрачно осведомился юноша.
– Если только с внутренней стороны вручную – без волшбы то бишь – кирпичами заложить, ряда в два. А еще лучше – с обеих сторон!
– С обеих, боюсь, не вариант, – на автомате буркнул Иван, в красках представив, что ему скажут в управляющей кампании, вздумай он городить на лестничной площадке кирпичную заплату.
– Ну, тогда хотя бы изнутри, – пожал плечами Серый. – Так тыкаться все равно будут, но, наткнувшись на преграду, иной, глядишь, и отступит… Кто тебе, кстати, так красиво стену-то проломил? Сивка-Бурка, что ли, копытом наподдал?
– Это я… – из-за спины юноши скромно выступила подопечная – уже в новом сарафане, с пестрым картонным ярлыком магазина на воротнике, срезать который она, видимо, не догадалась. – Извините…
– А ты у нас кто? – с любопытством прищурился на нее Волк.
– Я Оля!
– Это Оля, – в один голос с ней ответил Серому Иван.
– То-то все никак не мог понять, что за странный запах чую, – хмыкнул гость. – Та самая Галатея, значит… – задумчиво пробормотал он. – Как же, наслышан!
– Я – Оля! – настойчиво повторила девушка. 
– Так говоришь, Оля, это ты Ване стену раскурочила, к лешим?
– Да, – потупилась та. – Извините…
– А еще так можешь?
– Я больше не буду… – глядя в пол, пробубнила девушка – похоже, готовая расплакаться.
– Что ты до нее докопался? – встал было на защиту подопечной Иван, но Серый сделал ему решительный жест не лезть.
– А если, наоборот – надо будет? – спросил он у Оли. – Сумеешь?
– Сумею, – кивнула та.
– Даже не верится… А ну-ка, покажи! – велел гость.
Бывшая статуя послушно замахнулась, целя кулаком в стену коридора.
– Эй, стоп! – судорожно ухватил ее за локоть юноша. – С ума сошли – квартиру крушить?! 
– Ну меня же попросили!.. – пролепетала, снова потерявшись, подопечная.
– Если приспичило что-нибудь развалить – идите вон, на улицу, к гаражам! – бросил Иван – уже не ей, Волку. – Только с хозяевами потом сам будешь разбираться! 
– Сходим, – невозмутимо кивнул Серый. – Непременно сходим! Ты даже не представляешь, Гала – то есть, пардон, Оля – как нам с тобой повезло! – горячо заявил он затем девушке. 
– Правда? – просияла та.
– Истинная! Только тебя в моем гениальном плане и не хватало! Думал помянутого Сивку привлечь, да тот не захотел – говорит, от такой работы кони дохнут. А сам, вообще-то, с натяжечкой конь – верховой шотландский пони!
– Я вообще не конь и, кажется, уже умирала, – резонно заметила бывшая статуя.
– Эй, во что это ты ее собрался впутать?! – угрюмо осведомился у Серого юноша.
– Ну… – замялся на миг Волк. – Как ты смотришь на то, чтобы похитить у Кащея Жар-Птицу? – выдал он затем.
* * *
– А мы тут как раз недавно об этом говорили! – радостно сообщила гостю что-то разошедшаяся Оля, пока Иван, фигурально выражаясь, поднимал с пола свою отпавшую челюсть.
– Что, в самом деле? – явно удивился Волк. – А вам-то как такое пришло в голову?
– Маша – ну, Жар-Птица – оказывается, моя сестра по отцу, – обрел наконец дар речи юноша. – Мне только что Соловей сообщил. И еще сказал, что не позднее, чем через год, она в неволе умрет.
– Второе – правда, – охотно подтвердил Серый. – А вот первое… Это все нежданно усложняет, – задумчиво заметил он. – И сильно!
– Почему? – спросил Иван.
– Видишь ли… Я ведь как хотел: украсть Жар-Птицу, а потом Кащею же ее и вернуть. Небезвозмездно, понятно. А откажется раскошелиться – предложить добычу Яге…