Зелёный ужас.

— В этом вы ошибаетесь. Я был бы рад, если бы. Белл был именно таков. Разве вы не видите, что он осведомлен о «зелёной пыли»?
— Что? — воскликнул Мильсом и выпрямился.
Сон его как рукой сняло.
— Ясно. Он давно догадывается о «зелёной пыли».
Более того, он раздобыл даже её образец. Он пытался выведать о ней что‑нибудь у Сперанцы. Он догадывался, что я нуждаюсь в деньгах и хочу заполучить состояние старого Миллинборна…
Наступило молчание.
— Кто‑нибудь, кроме Белла, осведомлен обо всем этом? А что если его «пришить»?
— В таком случае нам следует это сделать сегодня, — ответил Гардинг. — По совести говоря, я подумывал об этом.
Снова наступило молчание.
— А почему и не пойти на это? — спросил Мильсом. — На карту поставлено слишком многое. Стоит рискнуть.
— Это должно произойти, прежде чем он обнаружит паддингтонскую фабрику. Это более всего беспокоит меня, — на этот раз Гардинг утратил свое обычное самообладание. — Там найдется достаточно улик, чтобы покончить с нами.
— Это правда, — поддакнул Мильсом. — Вы напрасно затянули производство. У нас и без того было заготовлено достаточное количество. Фабрику можно было ликвидировать еще на прошлой неделе.
— Я не мог этого сделать из‑за отсутствия средств. Мои рабочие подняли бы шум и привлекли бы внимание к фабрике.
Неожиданно их машина остановилась и разговор оборвался. Гардинг выглянул в окно.
— Мы находимся около Путней Коммона. Здесь нас должен был встретить Грегори и сообщить, нет ли новостей.
К машине приблизился человек. Гардинг окликнул его:
— Что‑нибудь случилось?
— Я видел на крыше зелёный свет, — ответил Грегори. (Мильсом не мог понять, каким образом Грегори опознал их автомобиль.
— Где Белл?
— Весь день сидел со стариком в отеле.
— Он не в полицейском управлении?
— После обеда он ходил в Скотленд‑Ярд.
— А как поживает девушка?
— Мой приятель лакей сказал, что ей стало лучше. У нее были сегодня два врача.
— Она все еще жива? — цинично заметил Мильсом. — И это после того, как в течение последних двух дней с ней возились четыре врача!
Гардинг наклонился к Грегори и спросил его вполголоса:
— Вы не видели мисс Гордон?
— Я видел её и сказал, что вы запретили ей приходить в лабораторию без вашего приглашения. Она спросила, когда вы уедете.
— Об этом ей не следует знать. Запомните это, Грегори.
И они поехали дальше.
— Вот вам еще одна задача, Гардинг. Как вы её разрешите? — улыбнулся Мильсом.
— О чем это вы? — недовольно осведомился Гардинг.
— О Гильде Гордон. Я видел её всего лишь пару раз, но этого достаточно, чтобы понять, что она обожает вас. И что вы намерены с ней делать?
Гардинг зажег спичку, на его лице заиграла улыбка.
— Она поедет за мной, — сказал он. — За пределами этой страны я найду ей применение.
— Но иное, чем она предполагает, — грубо заметил Мильсом. — Берегитесь. Вы наживете с ней неприятности.
— Подумаешь!
— Не дурите, Гардинг, — предостерег Мильсом. — Не будь на свете ревности, добрая половина тюремщиков сидела бы без дела.
— Гильда — славная девушка, — спокойно возразил Гардинг, — и она будет довольствоваться тем, что я ей предложу.
— Подобных женщин не существует в природе, — категорически заявил Мильсом.
Высадив Мильсома, Гардинг продолжил путь в одиночестве. К себе домой он приехал около полуночи. Вылезая из автомобиля, заметил притаившуюся в тени фигуру. Это был наблюдатель, поставленный Беллом. Гардинг улыбнулся — он знал, что за ним установлена слежка. Окна Белла были погружены в темноту, на дверях его квартиры красовалась бумажка, указывающая, где его искать.
Гардинг прошел в свою рабочую комнату.
— Ты?! — воскликнул он раздраженно. — Что ты здесь делаешь? Я ведь запретил тебе приходить сюда.
Гильда бросилась к нему. Он почувствовал, что произошло нечто необычайное. Девушка была взволнована, и вместе с тем на её лице отражалась гордость, удовлетворение, что она смогла оказать любимому человеку большую услугу.
— Я поймала его, Альфред! Я поймала его!
 
— Кого? — нахмурился он.
— Белла! — выдохнула она. — Великого Белла! Хитреца Белла!
И она нервно рассмеялась.
— Он пришел ко мне. Он хотел меня арестовать, но я одурачила его.
— Сядь, — строго приказал он ей, — Кто пришел к тебе?
— Белл. Он пришел ко мне и хотел у меня выведать, куда ты спрятал Оливу Крессуелл. Ты в самом деле увел её? — настойчиво спросила она.
— Дальше, — сказал Гардинг.
— Он угрожал мне, хотел меня арестовать, Альфред, он сказал, что я похитила заказные письма. Но я не испугалась. Я боялась за тебя. Ужасная мысль о том, что тебя посадят в тюрьму… О, Альфред…
Она бросилась к нему, глаза её наполнились слезами, но он холодно отстранил её и заставил сесть.
— Успокойся! Ты должна мне рассказать обо всем. Что случилось потом?
— Он настаивал на том, чтобы я отвела его к тебе. Он сказал, что знает, что ты в Лондоне.
— Дальше.
— Тогда я подумала… Девушка взглянула ему в глаза. — Я помолилась Богу, и Он просветил меня, указал, что следует предпринять. И я сказала Беллу, что отведу его к тебе.
— Ты сказала ему, что отведешь его ко мне? И куда ты изволила его отвести?
— На паддингтонскую фабрику, — сказала она.
— Куда? — Он изумленно поглядел на нее.
— Выслушай меня, — взмолилась Гильда. — Прошу тебя, не сердись. Я провела его через все двери. Я взяла у него карманный фонарик и после того, как заперла за ним вторую дверь, я успела прошмыгнуть через последнюю дверь и захлопнуть её перед его носом.
— Значит, он…
— Он сидит там взаперти. Не сердись, Альфред. Разве я это не ловко сделала?
— Ты давно здесь?
— Не более десяти минут. Я не знаю. Я тут же направилась к тебе.
Гардинг стоял у стола и о чем‑то напряженно думал.
-- …И как раз там, — бормотал он.
— Альфред, я сделала все, что могла, — уверяла девушка.
Он насмешливо поглядел на нее.
— Разумеется, ты ведь женщина, и у тебя нет ни капли ума…
— Я думала…
— Ты думала… — издевался он. — Кто тебе сказал, что ты способна думать? Ты глупа. Неужели ты не поняла, что все это с его стороны было только блефом и что он лишен возможности арестовать меня? Неужели ты не поняла, что все это было только ловушкой? Известно ли было ему о том, что ты бывала у меня?
Она кивнула.
— Я так и полагал, — Гардинг горько усмехнулся. — Он знал, что. ты влюблена в меня, и знал, что ты испугаешься. Ах, ты, дура, и, пожалуйста,, без слез. Выпей немного вина, это поможет тебе.
— Мне не остается ничего другого, как свести счеты с этим Беллом, — зловеще сказал он после некоторого молчания. — За вами никто не следил?
— Нет, нет, Альфред, — поспешила заверить Гильда. — Я была осторожна. — И она описала ему все детали поездки.
— Быть может, ты умнее, чем я предполагал.
Он отпер одно из отделений письменного стола, вынул дальнобойный револьвер и проверил его готовность.
— Полагаю, что мне пора посчитаться с этим молодчиком, но я бы предпочел обойтись без этого оружия, — он задумчиво поглядел на револьвер и спрятал его в карман. — Быть может, нам удастся задушить его газом. Во всяком случае ты больше не можешь ни навредить, ни помочь мне, — цинично усмехнулся он и прикоснулся губами к её щеке. — Быть может, то, что ты сделала, и к лучшему. Быть может, Белл на самом деле пронюхал о великом плане и мне пора исчезнуть….На самый короткий срок, — добавил он, заметив её горе. — А потом мы будем богаче всех людей в мире.
— Я знаю, тебе удастся твой замысел, — воскликнула девушка. — Если бы я могла тебе помочь! Скажи, что такое «зелёная пыль»? Новое взрывчатое вещество?
— Теперь иди домой. На улице ты столкнешься с сыщиком, но не думаю, что он станет следить за тобой.
Выпроводив девушку, Гардинг последовал за ней. Не смущаясь, прошел он мимо своего невольного спутника и сел в такси, полагая, что избавился от преследователя. На Бейкер‑стрит он отпустил машину и дальше пошел пешком. Открыл калитку, ведущую во двор фабрики, свернул с пути, по которому недавно шел Белл, и попал в помещение фабрики, где люди трудились над изготовлением вещества, грозившего человечеству гибелью.