Война и миръ (СИ)

Не было больше в системе случайных людей, пустых карьеристов с длинными родословными и громкими титулами. Кафедра Управления финансами и экономикой Императорского Московского университета имени Ломоносова, основанная Витте и Хилковым, обучала всего треть студентов на коммерческой основе (в основном иностранцев), а две трети были стипендиатами Императорского фонда подготовки кадров, или лично Канцлера (в момент учреждения ещё министра Финансов), или Председателя Госсовета (министра Транспорта и Развития Сибири). Низкий им обоим поклон. То есть, всем троим, конечно.
Граф Евгений Иванович Алексеев, своими деяниями на благо России, тоже заслужил переименования города в свою честь (город Джуно на Аляске теперь носит его имя). Стараниями Алексеева, Святогеоргиевск (не Токио, Сан-Франциско или Шанхай) стал столицей не только Наместничества Российской Империи на Дальнем Востоке, но и всего Тихоокеанского региона. Под его руководством, агломерация Святогеоргиевска и Владивостока стала крупнейшим городом мира, с населением больше пяти миллионов человек, крупнейшим финансовым, научным и производственным центром. Честь и слава!
Новым Канцлером, Николай назначил дипломата, уже больше двадцати лет исполняющего должность министра Иностранных дел, графа Александра Петровича Извольского. Мы ни в коем случае не планируем предотвратить Вторую Великую войну, мы пытаемся заложить надёжный фундамент мира, после неё. Извольский, как член Комитета развития с двадцатилетним стажем, в опеке не нуждается. Свои дела он делает намного лучше, чем смог бы на его месте Николай, начиная с продажи поляков Рейху и финнов шведам. Профессионал высшей категории, ему и карты в руки.
Николай уже четыре года не вмешивался в текущее управление Империей, за исключением назначений на ключевые должности. Он отлично понимал, что нынешний уровень принятия решений, давно превысил его компетенцию трижды полковника, а его послезнания истончились до уровня гаданий. Россией давно управляют люди, которых в прошлой истории не было. Губернаторы и министры, генералы и адмиралы, староверы и евреи, купцы и мужики. Графы Извольский и Столыпин остались последними патронами в старой обойме, вот им теперь и рулить. Столыпина Николай назначил Председателем Государственного Совета, с сохранением должности Председателя Комитета Министров и Госплана. Потянет Пётр Алексеевич, помощников у него хватает.
Наместником Дальнего Востока и Русской Америки, Николай назначил зятя, доктора наук, тайного советника, светлейшего князя Олега Фёдоровича Дубасова-Босфорского. На Дальнем Востоке ему самое место. Он и моряк (капитан первого ранга), и учёный океанолог (а Святогеоргиевский университет гораздо круче, чем в Романове-на-Мурмане), и сын Канцлера, имя которого теперь носит столица Сахалинского губернаторства. Мечтал сделать Сахалин полуостровом? Вот и делай. Если всё получится, подумаем, как потом Евразию с Америкой объединить в один континент, перекрыть дамбой Берингов пролив. Это ведь намного круче, чем выиграть Великую войну.
В марте 1919 года, на одном из необитаемых островов в северной части Марианского архипелага испытали атомную бомбу из оружейного урана-235, мощностью около двадцати килотонн в тротиловом эквиваленте. Перед этим, на острове, командой, из приговорённых к пожизненному каторжников, были построены три десятка типичных европейских зданий различной этажности и пара сотен конструкций типа барак и изба – вполне себе городок, тысяч на десять жителей.
Взрыв и разрушение этого городка снимали четырьмя синемакамерами, двумя на острове, с удалённых возвышенностей в западной и восточной оконечностях, и двумя на самолётах. Кто снимал на острове? Так сами урки кандальные и снимали, причём, авторитетные «иваны». Даром, что душегубы, но не все они полные кретины, а процесс управления неподвижной камерой совсем не сложный.
Выживших каторжников теперь лечат в Евпатории, в специальном изоляторе. Сам граф Мечников ими занимается. Душегубов лечим не потому, что жалко, а ради получения опыта. Ядерные реакторы скоро станут электростанциями и корабельными двигателями, чрезвычайные происшествия и аварии неизбежны, так что опыт лечения этих нелюдей нам очень пригодится.
  
Как докладывал потом ответственный за испытание, Председатель ИСБ, генерал Джугашвили, в кают-компании «Витязя» на обратном пути царили уныние и меланхолия. Примерили на себя морячки, ага. То-то же, а то «Гогенцоллернов» им подавай, как будто у нас казна бездонная.
В апреле 1919 года, в Северодвинске Архангельской губернии начал работу судостроительный завод. Его основной продукцией были рыболовецкие траулеры, сейнеры и перерабатывающие плавбазы (плавучие консервные заводы), а две верфи строили подводные лодки. Быстро строили, из модулей, по отлично отработанной в Иркутске технологии. Каждые три недели на воду в Северодвинске спускали по два подводных крейсера. Фантастика, ставшая реальностью, за которую вице-адмирал Вирен получил «Андрея Первозванного» и чин адмирала.
В мае 1919 года началась Британо-Аргентинская война за острова – Южной Джорджии и Фолклендские (Мальвинские). В июне САСШ аннексировали отошедшие Бразилии (вернее нам отошедшие, но мы их уступили) после Первой Великой войны острова Тринидад-и-Тобаго, Гренада, Сент Винсент и Гренадины.
Действовали они, очевидно в сговоре, а целью было запугивание латиноамериканцев Атлантического берега, для принуждения к «взаимовыгодным» договорам. Англосаксы хорошо выучили урок Первой Великой войны и повторять ошибки с недружественным нейтралитетом самых значимых держав Южной Америки не собирались.
Запугать получилось, их новые флоты с восемнадцатидюймовыми мегалинкорами впечатляли, а вот принудить – нет. Двадцать шестого (тринадцатого) июля 1919 года, в Гётеборге, по инициативе представителя Рейха, Лига Наций потребовала немедленно остановить агрессию и начать мирные переговоры, угрожая выступить в защиту Аргентины и Бразилии единым фронтом. «За» проголосовали все, даже представитель Колумбии, чья страна находилась в состоянии необъявленной войны с Бразилией.
К полномасштабной войне со всем миром, англосаксонские нацисты готовы не были, большая половина их флота ещё не вступила в строй, поэтому «фраер сдал назад». С островов они, конечно, не ушли, но мирные переговоры начали. Там же, в Гётеборге, при участии посредников.
Одновременно с мирными, начались переговоры почти всех (кроме Перу и Эквадора) Южно-Американских государств с Испанской Империей – о создании общей системы безопасности, взаимных гарантиях, взаимопомощи и вообще за всё хорошее против всего плохого. А чего бы и не поговорить о таких интересных процессах? Полномочным переговорщиком от Испанской Империи, Сандро назначил кардинала Родриго Писарро. Ватикан ведь больше всех в этом заинтересован, вот и пусть старается.
В июне 1919 года, Императорский морской кадетский корпус закончил Великий Князь Александр Николаевич Романов. С отличием закончил, лучшим на курсе, снова без подсуживания, Николай за этим следил. Двадцать шестого (тринадцатого) июня, лейтенант Александр Романов сочетался браком со светлейшей княжной Анастасией Савельевной Изюмовой. Ну, а чего тянуть? Для Великих Князей, супружество – дело государственное. Не дай Господь, сгинет морячок (в подводный флот назначение получил), так хоть внуки после него останутся.
В августе 1919 года, в Михайловское артиллерийское училище поступил Великий Князь Иван Николаевич Романов. Младший пошёл, эта жизнь Николаю определённо удалась.
В сентябре 1919 года, в Романов-на-Мурмане, по приглашению Николая, прибыли Кайзер Вильгельм Второй и Канцлер, гросс-адмирал, князь Альфред фон Тирпиц. Первые две подводные лодки типа «К» (крейсерские) - К-3 и К-7 были признаны готовыми к выполнению боевых задач.
Хорошие получились лодочки. Четыре торпедных аппарата (моряки настояли), с боезапасом в тридцать две торпеды; две пушки - лёгкая сорокакалиберная шестидюймовка (для стрельбы прямой наводкой) и зенитная автоматическая трёхдюймовка Максима-Норденфельта; максимальный надводный ход семнадцать узлов, экономический одиннадцать; максимальный подводный – девятнадцать узлов, в режиме подкрадывания – восемь; глубина погружения рабочая – сто пятьдесят метров, предельная – двести пятьдесят; автономность семнадцать тысяч миль надводным экономическим ходом, или семьдесят суток (по запасу продуктов питания). А главное, они были очень дёшевы в производстве и эксплуатации (пятьдесят лодок как один «Гогенцоллерн») и экипаж всего сорок восемь человек, из которых четверо офицеры.