Обычная магия 4 (СИ)

— Что стряслось? — спросил Руслан, когда Славик уселся с ногами на широкий подоконник.
Друг долго смотрел в окно, на заснеженные деревья возле университетских ворот. И лицо у него было такое, что Руслан не решился переспросить.
Через несколько минут Славик, не отводя взгляда от снежного зимнего пейзажа, сказал:
— У меня дед умер. Он… он самый лучший был. Болел долго. Тётка говорила: звал меня, ждал, что я приеду…
  
Губы Славика дрогнули, лицо на секунду исказилось, но он судорожно втянул воздух и продолжил.
— А я думал: успеется! На каникулах же перед Новым годом приеду обязательно. И не успел… Не успел, дурак!
Славик прижался лбом к стеклу и заплакал. Руслан не знал, что сказать, что сделать, как помочь другу. Поэтому молча стоял рядом. Лучше снова с чёрным человеком сразиться или с пещерным быком, чем вот так стоять рядом с другом, которому нельзя помочь.
Плечи Славика перестали вздрагивать, и он хрипло сказал:
— Извини. Дома-то мама, а перед ней держаться надо.
— Не извиняйся. Не надо.
— Ладно. Понимаешь, он мне как отец был. Пока я мелкий был, он… а я думал: успею же, а пока надо к зачёту готовиться, сериал посмотреть, на свиданку сбегать… А он же ждал меня, он…
Славик спрятал лицо в ладони и замолчал.
Руслан помедлил секунду-другую, потом протянул руку и положил другу на плечо.
Славик долго шарил по карманам, искал платок. Наконец нашёл, привёл себя в порядок и ещё более хрипло проговорил:
— Но я к тебе не за этим. Там по вашей части, кажется, проблема есть. Деда второй день похоронить не могут. Дядья на знакомом кладбище в метель попали и выйти не могли до позднего вечера. А, ещё три человека с температурой свалились и лежат плашмя. Как бы нормально, но заболели только мужчины, никто больше. И самое главное: вся дедова родня видит один и тот же сон. Мне тётя рассказывала, но я и других расспросил: и тётя Аня, и баба Катя, и Иришка, и Игорёк, и… ну в общем все, кто со мной поговорил, видят одно и то же со дня смерти деда.
— А что видят? — Руслану действительно было интересно.
— Описывают немного по-разному, но в целом… как будто их спящих заматывают в какие-то тряпки или бинты. Жуть жуткая, от страха и одышки просыпаются. Не знаешь случайно, кто это? Или что это?
Руслан покачал головой:
— Нет, не знаю. Но определённо это что-то противоестественное. Хорошо, что ты мне сказал.
— Я вечером в деревню. Можешь со мной? Если ты занят, то ничего. Посоветуй только, к кому обратиться. Ваших же можно нанять для проверки?
То, что говорил Славик, звучало разумно: да, нужно найти для него хорошего опытного видящего, а самому не соваться непонятно куда, ведь тот, кто нанял Дениса, может в любой момент открыть охоту.
Но перепоручать проблемы друга специалисту не хотелось. Не хотелось поступать как Сергей, хотя, строго говоря, ничего плохого в подобном варианте не было.
— Я с тобой поеду. Только Бьёрну позвоню, ладно?
Руслан связался с наставником, и тот решение ехать к Славиковой родне неожиданно одобрил. Ещё и сам с ними поехать вызвался.
— Если с нами ещё и Бьёрн будет, твои родственники не слишком напрягутся? — спросил Руслан, пряча телефон.
Славик пожал плечами:
— Если там что-то есть, и вы это что-то изгоните, я потом скажу родне, что вы специалисты. А если нет, то тёти-дяди, конечно, не одобрят, что я с собой на похороны друзей таскаю, но сделать-то мне ничего не сделают. Ну пошепчутся, поругаются, посмотрят косо и пусть. Пригородный автобус в шесть сорок, если что.
— Хорошо. На автовокзале и встретимся тогда.
До шести нужно было успеть предупредить Бьёрна, собрать вещи, сказать родителям, что он уезжает ориентировочно на пару дней, перекусить и на всякий случай дважды проверить, не следят ли за ним.
К пяти часам погода испортилась, и в шесть было уже совсем темно. Мелкий снежок, казалось, не падал с неба, а нёсся со всех сторон одновременно и даже поднимался с земли и летел вверх.
Здание автовокзала со светящимися окнами выглядело как последний оплот человечества в каком-нибудь сериале про зомби-апокалипсис.
Руслан поёжился и поспешил внутрь.
Бьёрн и Славик уже ждали его у газетного киоска.
— Билеты я купил на троих, — сказал Славик. — Ехать долго и тряско, так что морально готовьтесь.
— А твоя мама с нами не едет? — уточнил Руслан.
— Не, она утром уехала.
Полупустой автобус тронулся в путь, как и полагалось, в шесть сорок. Ехать предстояло почти четыре часа, и было совершенно непонятно, чем их встретит незнакомая Руслану деревенька Краюхино.
За окном метался во все стороны снег, и изредка разрезали вечернюю тьму фары встречных машин. По сторонам от дороги темнел лес.
Руслан с трудом отвлёкся от медитативного созерцания дороги и уставился на карту Краюхино.
— Вот тут дед живёт… жил, — показал пальцем Славик. — Вот там кладбище деревенское.
Деревня, судя по карте, была совсем невелика: пять улиц и два переулка. Но в Краюхино было и кладбище, и фельдшерский пункт, и почта, и даже школа.
— Мамка тут родилась, — пояснил Славик, — потом учиться уехала в город. У неё три сестры и брат, они все в Краюхино остались. Так что у меня там семь кузенов и кузин! А, Артур только уехал учиться в соседний город. Уже на четвёртом курсе. Это старший сын дяди Вовы. Кстати, а вот когда…
Славик всю дорогу вспоминал родню из деревни, и Руслану было стыдно от того, что он, знакомый со Славиком с пяти лет, только сейчас узнал о многочисленных родственниках друга и смешных историях, случавшихся в детстве с ним и его родными.
Бьёрн сидел позади Руслана и в разговор не вмешивался.
Люди входили и выходили, то заполняя автобус, то оставляя видящих и Славика наедине с водителем.
Наконец, автобус дотрясся до конечной. После душного салона на улице было зябко и свежо.
К Славику тут же подошли две пожилые женщины, высокий мужчина с седыми усами и две девчонки лет семи-восьми.
— Славик приехал!
— Славик!
— Ну здравствуй, родной! Как вырос-то!
— Жалко, дед не дожил…
Одна из женщин всхлипнула, девочки зашмыгали носами, а вторая женщина зашикала:
— Ну-ка хватит сырость разводить! Славик, ты мальчиков-то своих представь, а то стоят, смущаются чего-то.
Славик уже успел пожать руку седоусому мужчине, обнять девчонок, расцеловать в обе щёки заплаканную женщину.
— Тёть Катя, тёть Лен, дядь Вова, это мои друзья — Руслан и Бьёрн.
— Как? Бьёрн? Ох и имена нынче пошли! — покачала головой тётя Лена.
— А у нас в классе, — сказала одна из девочек, — есть Ратмир, Мирослав, Алесия и Люция!
— А у нас только Ванесса, а остальные все обычные.
— Вот я и говорю: ох и имена…
Встречающие повели гостей к дому. Решено было, что Славик с матерью поселится в доме деда, а его друзей разместят у дяди Вовы, в соседнем доме.
Руслан к такому количеству людей не привык — ему хотелось тишины и покоя. И еды. Почему-то за время пути он ужасно проголодался.
Во дворе глухо и сердито лаял пёс.
— Пятый день лает! — всплеснула руками тётя Лена. — Вот как у бати видения начались, так Барс и начал лаять. А Мурза к Вовке сбежал, а…
— Да не было у отца никаких видений! — строго перебила тётя Катя.
— Были!
— Не было!
— Были! Он же видел чудищ всяких! Сам мне жаловался!
— Раз-другой померещилось — это не видения. У него ж температура поднялась под сорок!
Женщины взялись спорить, а одна из девочек тихонько шепнула:
  
— Деда монстра видел… И мне показывал, но я не увидела…
Руслан хотел расспросить девочку поподробнее, но они уже подошли к нужному дому.
Разговоры, знакомства, ужин, баня заняли много времени, так что остаться наедине со Славиком удалось только в час ночи.