Обычная магия 4 (СИ)

Последнюю фразу он прокричал, глядя вверх.
Ветер усилился, швыряя снег горстями.
Глаз как будто разболелся сильнее. Руслан огляделся. От стаи не осталось и следа. Рядом с ним и наставником только настороженный Тимофей, Игорь и Катя. А, ну и Сабрина с другом в высоте.
— Да… — хрипло ответила девушка. — Сэмми, ты как?
— Как мясо в мо…
  
— Берегись! — хором крикнули Тимофей и Катя.
Руслан инстинктивно отскочил в сторону. Рядом метнулся к дереву Игорь, влекомый Тимофеем. Мелькнул Катин пуховик, но присматриваться было некогда.
Иголки в глазу будто разом накались добела.
А на месте, где только что стоял Руслан, снег вспучился, пошёл буграми и начал подниматься. Жутко и неотвратимо, как в кошмарном сне.
Гигантское белое тело — не снег, а лёд и мерзлота — стремительно проросло и обрело четыре здоровенные лапы и огромную башку, чуть похожую на голову белого медведя с чёрными провалами вместо глаз.
Вся левая сторона головы у Руслана словно покрылась ледяным панцирем, который царапал кожу до самых костей и всё сжимался, норовя раздавить череп.
Рядом кто-то выругался. Руслан с трудом повернул голову и увидел ещё одного монстра рядом с наставником, прикрывающим Катю. А из-за деревьев на поляну уже ломился третий, самый огромный.
В чёрных провалах «медвежьих» глаз что-то тускло блеснуло. Монстр тряхнул головой, и из глазницы медленно потекла тёмная вязкая субстанция.
Руслан почему-то сразу понял, что это кровь. На секунду его накрыли слабость и дурнота, но он не поддался.
«Медведи» зарычали. Воздух задрожал, завибрировал, стал густым и тяжёлым. Его не вдохнуть и не выдохнуть. Это смерть. Надо бежать. Бежать. Господи, надо бежать!
Боль в глазу стала нестерпимой, и если бы не девичий окрик: «Берегись!», Руслан остался бы стоять, сжимая раскалывающуюся голову.
Вправо. Перекат. Назад. Знак.
Тут и там вспыхивали сияющие символы. Но твари только трясли огромными головами и продолжали переть на видящих.
Самый здоровый явно выбрал целью Тимофея и Игоря. Не слишком подвижный человек ограничивал маневренность скалящегося взъерошенного пса, и «медведь» рано или поздно поймает и убьёт или Игоря, или овчарку.
Второй монстр преследовал Бьёрна. Третий наметил жертвой Руслана. Стоило Кате встать между ними, как тварь чуть не сшибла её с ног. Девушка отпрыгнула, чудом уйдя от когтистой лапы.
Ветер свистел всё громче, бросая снег в лицо.
Что делать? Попробовать «бензинку»? Или надо, как с вожаком ледяной стаи, вонзить нож со знаками в голову зверя?
Однако шестое чувство подсказывало, что не стоит приближаться к этой твари вплотную.
«Медведь» стремительно ринулся вперёд, пытаясь башкой припечатать человека к дереву. Видящий метнулся в сторону — и напоролся на лапу: тварь поймала его обманным движением.
Страшный удар опрокинул Руслана на снег. Он упал, задыхаясь от боли. Кажется, внутри живота что-то порвалось. В левом глазу уже не иголки — спицы. Горло перехватило болезненной судорогой. Ни вздохнуть, ни закричать.
Краем сознания он заметил монстра. В окровавленных провалах глазниц Руслану померещилась усмешка. «Медведь» поднялся на задние лапы, метя передними в голову и грудь лежащего человека. Один удар — и всё. Это конец.
Кто-то больно схватил его за плечо, и в тот же миг яркая вспышка ослепила и человека, и монстра.
— Хватит валяться! Нашёл время!
Наставник вздёрнул его на ноги, и Руслан зашипел от судорожной боли в кишках, и жгучей — в голове и глазу.
Когда он смог более-менее воспринимать окружающий мир, оказалось, что все пришедшие спасать Сабрину стоят у дерева. Между ними и тремя чудовищами сиял сложный контур из полузнакомых знаков. Хорошо, можно пока расслабиться.
— Хватит ещё на минуту, — сосредоточенно сказала Катя. — Кто знает, что это за твари? На белую смерть похоже, но она, по-моему, не так крута.
Девушка внимательно смотрела на монстров, сжимая в левой руке нож с длинным узким лезвием.
— Белая смерть и есть, — отозвался Бьёрн. — Но кто-то их прокачал. Видишь кровавые потоки?
— Ага.
Руслан окончательно стряхнул остатки слабости и присмотрелся. Внутри «медвежьих» тел почти незаметно что-то двигалось. Словно тёмные змеи проползали под шкурами из промёрзшего снега.
Вязкие капли теперь сочились не только из провалов глазниц, но и из оскаленных пастей, пачкая острые многочисленные зубы.
— Что делают с этой белой смертью? — хрипло спросил он.
И без паранойника понятно: риск не вернуться из Кириллова леса велик. Пожалуй, смерть, белая она там или нет, подошла сейчас как никогда близко.
Странно, но страха не было.
Сражаться. Сражаться до конца.
Может, хотя бы Катя спасётся, если эти твари пришли за ними. И позовёт на помощь, чтобы «спецы» спасли Сабрину и Сэмми.
Если это всё, что осталось, то это не так мало.
Рядом шевельнулся Тимофей. Сказал:
— Самого толстого беру на себя!
Руслан покосился на пса. Оптимизм и отвага — это здорово, но куда ему против таких тварей.
Тимофей и Игорь переглянулись, словно продолжая неслышимый для других разговор. Потом мужчина сел на снег, опершись на дерево, и кивнул четвероногому другу. Улыбнулся и махнул рукой остальным.
У Руслана сжалось сердце. Что они задумали?
— Пятнадцать секунд! — раздался голос Кати.
Тимофей не стал прыгать через защиту. Наоборот, он лёг, смешно подобрав лапы, и зевнул. То есть открыл пасть широко-широко, будто захотел набрать побольше снега.
А потом снег перед ним закружился и протаял до земли.
В воздухе на секунду запахло раскалённым песком и солнцем.
Голова Тимофея безжизненно рухнула вниз. Игорь тоже обмяк, но не потерял сознания. Он во все глаза смотрел на что-то перед носом пса.
Руслан успел заметить сотканную из ветра и песка фигуру большущей собаки. Совсем не похожую на Тимофея. Длиннолапый поджарый пёс, сотканный из песчаных вихрей, был хищным, подвижным и смертоносным.
— Всё! — крикнула Катя, уходя в сторону.
Защитный контур рухнул. Под дерево метнулись все три монстра разом, и то, что только что было Тимофеем, завыло сотней ураганов и мгновенно выросло раза в три. Метель вокруг тотчас утихла, будто существо впитало её в себя. Двух монстров отшвырнуло в стороны. Третий устоял и ответил низким глухим рыком.
— Береги человека с псом! — напомнила Катя.
Точно. Они сейчас беззащитны. Руслан шагнул между телами Игоря и Тимофея и беснующимся на поляне существами. Пёс из горячего ветра и самый здоровый медведь сцепились насмерть. Сплетённые яростью и жаждой смерти, они катались по снегу, вгрызаясь в тела друг друга.
Рядом с Русланом встал Бьёрн.
— Надо метить в сердце белой смерти, ученик.
Один из «медведей» кинулся к ним. Наставник рассмеялся, зло и азартно, и одним прыжком оказался у монстра на спине. Начал бить его в спину вспыхивающим знаками ножом. Руслан хотел броситься на помощь, но третий монстр уже подбирался к Игорю.
Рюкзаком его по морде! Защита засияла, заставляя «медведя» отпрянуть. Но половина знаков погасла безвозвратно.
Руслан глянул на наставника. Тот продолжал вбивать нож в основание шеи чудовища. Перед носом монстра мельтешил Шустрик, а над ним висела наведённая хозяйкой цепь знаков, не дававшая монстру убежать или встать на дыбы, скидывая со спины человека.
Будто почувствовав его взгляд, Катя повернула голову и крикнула:
— Лови!
  
Бросила что-то небольшое, блестящее. Руслан рефлекторно поймал. Кулон на цепочке, густо покрытый гравировкой из знаков.
Зачем? Некогда раздумывать. Он намотал цепочку на запястье и кинулся отгонять монстра от Тимофея.
«Медведь» уклонился от удара рюкзаком. Эта тварь явно быстро обучалась. И ещё смотрела пустыми провалами так, что мороз по коже.