"Фантастика 2025-16". Компиляция. Книги 1-14 (СИ)

— Какие-такие «раки»? Жуков ты раками называешь? — удивился старик. — А на кой нужна эта гадость?
— Гадость? — вытаращил я глаза. — Да вы что? Сварить их правильно — пальчики оближешь!
— Чтоо?! — глаза у деда Васила стали еще больше моих. — Есть эту дрянь?!!!
— Не, капец какой-то. У вас пиво или там эль делают?
— Как, не делают? Конечно, делают. Эль у нас в деревне очень хороший, а самый лучший у Милоша.
— Так вот, вареные раки, одна из лучших закусок под эль. Руку на отсечение даю. Придем домой, возьмем пару кувшинчиков эля, я приготовлю раков, и увидите тогда, гадость это или объедение. Да и без эля они вкусные.
— Кхех, щучьи серьги. Эля говоришь? Пару кувшинчиков? — закряхтел дед Васил. — Ну, не знаю… а в ваших краях едят этих жуков, что-ли? Кхе…
— Да, не только в наших. Их много, где едят. Вот сами убедитесь.
— Ну, ладно. Складывай в короб своих раков. Но смотри, если смеешься надо мной, не посмотрю, что здоровый лоб, вожжами пройдусь так, что сидеть не сможешь! — погрозил дед.
— Договорились, — я весело рассмеялся.
Проверив остальные четыре верши, я добыл три уже ранее встречавшихся здесь мне чебака и наполнил раками короб на две трети. Пройдя вдоль берега еще метров сто, мы вышли действительно на очень удобный берег. Пологая прибрежная полоса упиралась в быстро набирающую глубину реку. Дно, которой, у берега местами заросло травой. А в паре — тройке метров от реки зеленой стеной стояли ивы, вербы и клены.
— Чудо, а не место, — искренне обрадовался я. — Здесь просто обязано клевать.
— А, то! — подтвердил дед. — Знамо, дело. Я на этой реке все места знаю.
— А какое дно? Коряги есть?
— Не, нет тут коряг. Мы тут невод заводили, поэтому, что и было вычистили. Ровное дно, песок и ил, а у берега трава растет.
— Замечательно! Значит можно донку [30] ставить.
— Это что за донка такая, щучьи серьги?
— А я покажу. Вот приготовлю только сейчас все.
— Ну-ну, давай, готовь. Посмотрим, что наготовишь, да наловишь, — проворчал старик.
Рядом торчал из земли старый пень, а напротив него в дно реки уже были вставлены ивовые рогульки. Было видно, что это место постоянно используется стариком для рыбалки. Я достал лопатку и топорик. Дед, глядя на инструмент, восхищенно поцокал языком, развернул две свои удочки, чем-то наживил крючки и забросил их в воду, положив удилища на рогульки. Я быстро накопал червей и вперемешку с землей наполнил специально взятый для этого горшочек. Затем из вербы вырубил две полутораметровые жерди и метровую палку, двухметровое удилище, рогульку под удочку, а также вырезал метровую толстую ветку с заостренным ответвлением на конце в виде небольшого багорчика.
Подойдя к берегу, невдалеке от старика воткнул рогульку для удочки. Отойдя шага четыре в сторону глубоко воткнул метровую палку для донки и привязал к ней леску, сложив ее на берегу кольцами рядом с палкой. Снасть я подготовил с вечера, благо в комнате горела лучина, и хоть кое-как, но было видно и леску, и крючки. Леску отмерял на глазок, для удочки прикрепил один крючок, для донки — два, для перемета [31] — восемь, примерно в метре друг от друга. Для перемета и донки я выбрал самую толстую леску, что у меня была. И крючки покрупнее. А на удочку — леску средней толщины и два небольших крючка. Отойдя еще на пару шагов, снова разделся, залез в воду и крепко вбил две полутораметровые жерди и привязал к ним перемет. Получилось удачно, — как раз у края травяных зарослей. Затем наживил червяков на перемет и донку.
Дед Васил с интересом посматривал на меня и вроде уже что-то выудил из воды, так как распрямил плечи и глядел настоящим орлом. Я раскрутил и забросил донку. Обрезал ножом небольшую веточку, расщепил ее и подвесил к леске. «Сигналка» готова! Так я делал всегда, облегчая себе наблюдение за клевом. Подойдя к своей рогульке, прикрепил поплавок, привязал леску с крючками к удилищу и аккуратно забросив снасть, положил удилище на рогульку. «Ффух! Вроде готов к труду и обороне». Повернулся к деду Василу, у того в ногах уже валялись 2 крупных карася.
  
— Ого! Здорово, поздравляю, — похвалил старика. — А из чего у вас леска?
— Дык известно из чего: из пеньки, из льняных нитей и конского волоса есть. Шелковую лесу привозят из Лаомина, но она быстро портится. А у тебя какая? Я что-то отсюда не пойму.
— А я не знаю, — соврал на голубом глазу. — Купил еще дома у заезжего торговца. Дорогущая — ужас. Но, хорошая.
Тут пошла поклевка на удочке, заставив полностью сосредоточиться на рыбалке. Сначала выудил одного, потом второго карася, затем сразу попались две мелкие плотвички одновременно. И тут дернулась «сигналка» на донке. Метнувшись к ней, быстро подсек и сразу почувствовал, — что-то попалось. Я ловко начал выбирать леску. Когда надо — ускоряясь, когда надо — приотпуская добычу, чтобы она не порвала снасть и быстрее устала. Когда подвел рыбу к берегу, схватил с земли багорчик, подскочил и, зацепив за жабры, вытянул на берег крупного сазана, килограмм, этак, на шесть. Не забрасывая донку и удочку, нарезал плотвичек на насадку и пошел проверять перемет. За несколько шагов до снасти уже было видно утопленную и ходуном ходящую леску. Добыча! Снял с перемета двух сомиков килограмма по два. После этого перезарядил перемет и донку нарезкой плотвы, а на удочке оставил червей.
Как только снасти были заброшены в реку, сразу пошла поклевка. Я постоянно бегал между своими орудиями лова и только и успевал вытаскивать рыбу. «Как давно я не испытывал такого удовольствия», — думал про себя и наслаждался простыми радостями. Жив, здоров, молод. Уже очень много для счастья.
Дед Васил только восхищенно цокал языком и озадаченно кряхтел. Он то подходил рассмотреть незнакомую снасть, то наблюдал, как растет горка рыбы на берегу. Удочка в основном вытягивала карасей, чебаков и плотву, а донка и перемет ловила щук, сомов, змееголовов и судаков. Попалось и крупная щука, килограмм на двенадцать. Через пару часов активной ловли старик дал команду «отбой». Он просто побоялся, что улов не влезет в мешок. И действительно, пришлось его забить под завязку, а щуку вообще нести на плече, продев ей палку через жабры и пасть.
Пока шли в деревню, еще раз проверили верши и добрали раками короб до полного. По ходу договорились, что завтра еще раз сделаем подобный налет, а послезавтра будем ремонтировать лодку. К деревне подошли, когда еще не было и полудня. На подходе к деревне и уже идя по улице к дому, дед Васил не пропускал случая поздороваться со всеми встречными жителями и, как-бы невзначай, похвастаться добычей. Войдя во двор, старик громко скомандовал нести корыта. Встречать рыбаков выбежали и дочка, и внучка. Увидев, сколько рыбы мы вывалили в корыто, Цветелина просто ахнула, а Марийка захлопала в ладошки.
— Дедушка, Цветелина, я предлагаю такой план, — предложил я хозяевам. — Пусть Цветелина отложит рыбы сколько надо: на обед, ужин и завтрашнее утро. А на остальную рыбу можно выменять то, что нам не хватает из еды. Хлеб там, овощи… ну я не знаю, вам видней. А завтра мы снова с утра наловим столько же, а если надо, то и больше. У вас очень богатая река, прекрасный клев. Дедушка знает все уловистые места, а у меня отличные снасти.
— Да мы привыкли снедать два раза в день, утром и вечером, — возразил старик.
— Не волнуйтесь об этом. Я вам обещаю, что проблем с питанием у нас больше не будет. Все будет хорошо. Я с вами потом хочу кое-какими мыслями поделиться.
— Сам мальчик еще, а говоришь, как мужчина, — тихо сказала Цветелина.
— Селжио холосый, — полезла в защиту Марийка.
Я улыбнулся, а Цветелина погладила дочь по голове:
— Да никто и не говорит, что плохой. Защитница…
— Пусть дедушка пока отдохнет, а вы мне покажите, на каком столе можно рыбу почистить. У меня в этом деле большой опыт. Так что, я помогу. И еще, надо какую-нибудь емкость. Вон там, в коробе, я раков набрал, их надо поставить на часик в чистую воду. Потом я их промою и сварю.