Начало нас (ЛП)

Я очень даже пялюсь.
Я лишена секса. Последний раз у меня был секс…
С Грейсоном.
Прошло уже больше двух лет. Конечно, я трогала себя бесчисленное количество раз, но это ничто по сравнению с реальностью. Потные тела сплетенные вместе, стоны удовольствия, непристойные звуки траха...
Это не равносильно самоудовлетворению.
Я жажду физической близости так же, как мне нужна эмоциональная близость. Думаю, именно поэтому связи на одну ночь мне не подходят. Хотя я понимаю физические аспекты этого, мне не хватает эмоциональной связи, в которой я отчаянно нуждаюсь.
Колтон приближается ко мне, и я инстинктивно делаю шаг назад. Однако он не позволяет мне зайти слишком далеко. Он выходит вперед, его гораздо большее тело втискивается в мое личное пространство.
Пока моя спина не прижимается к стене, и нас разделяет меньше дюйма пространства. Мои руки приземляются на его обнаженную грудь, и мы соприкасаемся кожей. Колтон прислоняется предплечьем к стене над моей головой. Запирая меня между стеной и своим телом.
Стук.
Стук.
Стук.
— Ты собираешься меня поцеловать? — спрашиваю я, задыхаясь. Потому что если он это сделает, я знаю, что не оттолкну его. Не сегодня.
Это нарастает между нами уже несколько месяцев. Сексуальное напряжение, которое я так старалась игнорировать, но сейчас я не могу этого сделать. Его опьяняющий аромат и тепло окружают меня. Каждая частица во мне жаждет этого момента.
— Есть проблема. Если я поцелую тебя, я не смогу остановиться, — хрипит Колтон, его теплое дыхание обдувает мои губы.
Я провожу пальцами по его грудным мышцам, мягко... дразня. Его тело напрягается, а обнаженная грудь трясется от резкого вздоха, когда мои пальцы касаются его соска. Это случайно, но его реакция заставила меня внезапно почувствовать себя довольно смелой. 
— А что, если я тебя поцелую?
Стук.
Стук.
Стук.
Наши глаза встречаются, и я медленно провожу большим пальцем по его соску, чувствуя, как он напрягается под моим прикосновением. Его горло тяжело сглатывает, и он судорожно выдыхает.
Этот мужчина… прекрасен. В суровом, мужественном смысле.
Успокойся, мое бьющееся сердце.
Я знаю, что играю с огнем.
И я собираюсь обжечься.
Но я не могу остановиться.
— Ты тоже не сможешь остановиться. — Колтон дерзко ухмыляется.
— Я думаю, что у меня лучше самообладание, чем у тебя, — шепчу я. Его глаза темнеют от похоти, а мои бедра становятся скользкими от возбуждения.
Его рука змеится, обхватывая мои бедра и притягивая меня к своему телу. Вся его твердость против моей мягкости. Боже, он такой теплый. 
— Тогда давай проверим эту теорию.
Мой пульс учащается от его глубокого, слегка хриплого голоса.
— Это пари?
Его черты лица опасно мрачнеют. 
— Я никогда не поставлю на тебя.
— Хотя для тебя я была игрой. — Мои ногти впиваются в его грудь, оставляя крошечные отпечатки на его теле. Колтон кряхтит в ответ, но это не звук боли. На самом деле совсем наоборот.
Его губы касаются уголка моих губ, это не совсем поцелуй. Это больше похоже на нежное прикосновение, на поддразнивание, напоминающее мне о том, что будет дальше. 
— Я совершил ошибку, о которой до сих пор глубоко сожалею, — признается он, слегка вздрагивая своим хрипловатым, похотливым тоном.
Мое сердце сильно колотится о грудную клетку, и мне интересно, чувствует ли он это.
— Насколько сильно ты об этом сожалеешь? — спрашиваю я, медленно ведя пальцами вниз по его животу.
— Из-за этого я потерял тебя. — Его голос наполнен болью.
— У тебя никогда не было меня.
Его глубокий смешок вызывает покалывание по моему телу, от макушки головы до пальцев ног. 
— Это то, что ты думаешь. — Он тихо рычит мне в ухо.
У меня перехватывает дыхание.
Стук.
Стук.
Стук.
И тогда мы оба движемся одновременно.
Мои глаза закрываются, когда Колтон прижимается своим ртом к моему, и мир замирает. Его сердце грохотает под моими ладонями.
Он хватает мои губы, и я задыхаюсь от его поцелуя. Его язык скользит внутрь, пробуя меня на вкус. Лижет и сосет мой язык. Он пожирает мои губы, как будто он в камере смертников, и это его последний прием пищи. Поцелуй дикий и жестокий.
 
Его рука обвивает мою шею сзади, его пальцы запускаются в мои волосы. Я балансирую на цыпочках, отвечая на его карающий поцелуй своим собственным жестоким. Мои ногти впиваются в мышцы его плеч, и его тело напрягается. Мои зубы задевают его нижнюю губу, и я прикусываю ее. Колтон в ответ издает гортанный стон. 
— Черт, — ругается он в поцелуе.
Измученный всхлип срывается с моих губ, и он проглатывает его, впитывая мои стоны, как будто жаждал их всю свою жизнь. 
— Райли, — глубоко стонет он, мое имя слетает с его губ, словно лихорадочная молитва, а мой пульс учащается.
Моя киска сжимается в ответ, возбуждение охватывает внутреннюю часть моих бедер. Моя потребность вытекает из меня, как отчаянные волны плотского желания.
Колтон целует меня так, словно ему не хватает.
Когда мы расстаемся, чтобы подышать воздухом, наша грудь тяжело вздымается, я открываю глаза и вижу, что Колтон уже смотрит на меня.
Он сжимает мою челюсть в своей руке, прежде чем снова прикоснуться губами к моим. На этот раз это мягкий поцелуй. Нежное прикосновение, словно он хочет вдохнуть мой вкус, запомнить изгибы моих губ.
Мое сердце рикошетит от ребер.
— Беги, — умоляет он меня гортанным голосом. — Тебе нужно уйти, прежде чем я трахну тебя возле этой стены. Уходи и возвращайся в свою квартиру. Запри за собой дверь.
Стук.
Стук.
Стук.
— Колтон…
— Я чувствую мускусный аромат твоего возбуждения, Райли. И клянусь, это сводит меня с ума. Тебе нужно уйти прямо сейчас. — Он отпускает мою шею, вместо этого его рука сжимает мою талию. Он сильно притягивает меня к себе. Колтон двигает бедрами, прижимая толстую часть своей эрекции к моему горячему ядру. Моя грудь трясется от удивленного вздоха. — Но не заблуждайся. Мы будем трахаться. Только не сегодня, потому что, когда ты впервые окажешься в моей постели, я проведу с тобой приятное время. И прямо сейчас, если я возьму тебя… в конечном итоге это будет тяжелая и быстрая колея у стены. Ты заслуживаешь большего.
Колтон отпускает меня и делает шаг назад, давая мне достаточно места, чтобы убежать. В его темных глазах собственнический блеск.
 — Иди, — грубо просит он.
С сердцем в горле я делаю именно это.
Вращаясь на пятках, я бегу.
Я захожу в свою квартиру и запираю дверь. Мои колени слабеют, и мое тело скользит по двери, пока я не сажусь на землю. Мои губы опухли, и я все еще чувствую его мятный привкус.
О Боже, что мы наделали?
Мы не можем вернуться к этому; ничто уже никогда не будет прежним. Его единственный поцелуй полностью стер иллюзию моей ненависти к нему.
Итак, что происходит сейчас?
ГЛАВА 43
Колтон - 21 год
Два года назад, возле больничной палаты Райли, Лила дала мне несколько советов, и то, что она сказала мне, изменило ход моей жизни.
— Райли хрупкая. Ей не нужно, чтобы ты расширял ее границы, как ты это делал с тех пор, как встретил ее. Именно это толкнуло ее в объятия Грейсона. Если ты хочешь ее, тебе нужно набраться терпения. Тебе нужно смягчить свое сердце ради нее, Колтон.
Райли — сложная загадка, красивая головоломка, и я потратил немало времени на ее открытие. Все в ней.
Что ее раздражает. Что заставляет ее смеяться. Что ее радует или злит. Я видел все, что должен был увидеть – все сложное, уродливое и прекрасное, что делает Райли Джонсон.
Лила — ее лучшая подруга, и если кто-то в этом мире, кто знает Райли лучше, чем я, то это она. Поэтому я сделал именно то, что она посоветовала.