Начало нас (ЛП)
— Свидание, которое назначил твой отец. Свидание, на которое ты вообще не хотела идти. Я просто помог тебе избавиться от него.
Тео — сын Кейна Райта, генерального директора известной фармацевтической компании. Наверное, сегодня вечером мне позвонит отец. Он не будет очень рад исходу этого свидания. После моего разрыва с Грейсоном мой отец пытался свести меня с несколькими мужчинами. Никто из них не получил от меня второго свидания.
— Мне не нужна была твоя помощь, — упрекаю я его, останавливаясь. Медленно я поворачиваюсь лицом к Колтону. — Я могла бы справиться с этим самостоятельно.
— Да брось. Тот мужчина в ресторане? Он был жалок. Определенно не достоин тебя и твоего внимания. Я спас тебя от пустой траты времени. — Он ухмыляется, в его глазах танцует озорство.
Колтон Беннетт — воплощение дьявола, с сексуальной ухмылкой, которую не уверена, хочу ли я поцеловать или ударить. Я ненавижу его почти так же сильно, как хочу его. Он меня бесит, но когда я остаюсь одна по ночам, мне снится, как его грубые руки прикасаются ко мне. Я мечтаю о ласке его глубокого баритона, касающейся моей обнаженной кожи. Но мои мечты – это мой секрет.
Я никогда не признаюсь ему в этих мечтах.
Скрестив руки на груди, я пристально смотрю на него.
— Ты одержим, — резко обвиняю я.
Он поднимает бровь, одаривая меня взглядом, полным коварных намерений.
— Тобой? Да, черт возьми, верно. Чем больше ты меня отталкиваешь, тем больше я хочу, чтобы ты была ближе.
— Действительно? — Я закатываю глаза, изображая безразличие, хотя у меня переворачивается желудок. — Расскажи мне что-нибудь, что ты знаешь обо мне, — бросаю я вызов, игнорируя трепет в нижней части живота.
Он медленно склоняет голову набок.
— Это какой-то тест?
Я знаю, что его влечение ко мне реально… но его преданность и привязанность? Я сомневаюсь в них обоих. Мое беспокойство и разбитое сердце вызвали у меня серьезные проблемы с доверием.
Я больше не знаю, что реально, а что нет.
Колтон придвигается ближе, втискиваясь в мое личное пространство. Он опускает голову, приближая свое лицо к моему. Стук. Он кладет два пальца мне под подбородок, запрокидывает мою голову вверх, а затем сжимает мою челюсть своими руками. Его мускусный, мужской аромат поражает мои чувства, и я вдыхаю его запах. Наполняя свои легкие его запахом.
— Я знаю, чего ты боишься, — хрипит Колтон, его мятное дыхание обдувает мои губы. — Одиночество. Ты боишься остаться одинокой.
Мои губы раздвигаются в тихом вздохе. Его большой палец касается моей челюсти, и мое сердце замирает от его нежного прикосновения.
— Хочешь знать, чего я боюсь?
Мой пульс учащается.
— Что? — Я дышу.
— Жить с горьким сердцем до конца своих дней, — признается он, и его глубокий баритональный голос становится хриплым. Колтон ласкает мои щеки, прежде чем его прикосновение исчезает.
А потом он ушел.
Моя грудь сжимается. Стук.
Трепетание в нижней части живота становится диким. Забудьте о бабочках, там целый чертов зоопарк. Мои чувства к Колтону стали слишком сложными.
Я боюсь, что на карту поставлено мое сердце.
ГЛАВА 41
Колтон - 21 год
Райли ворчит себе под нос и хромает к проходу с выпечкой, волоча за собой правую ногу. На ней наложена гипсовая повязка после ужасного падения четыре дня назад. Она сломала кости голени в двух разных местах. Хотя это не настолько серьезно, чтобы требовать металлических штифтов и пластин для скрепления фрагментов, Райли все равно необходимо оставаться в гипсе как минимум пять недель.
И она очень недовольна этим.
Я хмурюсь, думая о причине ее падения. Чего можно было бы легко избежать, если бы она просто позвонила мне и попросила о помощи. Верхние шкафы на кухне сорвались с петель, и она перелезла через стойку, чтобы попытаться починить их самостоятельно. Только для того, чтобы она споткнулась и упала. Я услышал грохот из своей квартиры и пошел проверить.
Я нашел ее на полу, держащую ногу, ее лицо было бледным и потрясенным. Она даже не заплакала и не издала звука боли, когда я нес ее к машине. Сказать, что в тот день мой гнев был безудержным, значит не сказать ничего. Но у меня не хватило духу ругать ее за такую неосторожность. За то, что по неосторожности подвергла себя опасности, когда я был рядом.
Прошло два года, а она до сих пор не позволяет себе доверять мне.
Но это нормально, я наслаждаюсь охотой. Погоня за ней дает мне совершенно новый кайф, которого не может дать ни один наркотик. Потому что как только она окажется в моих объятиях и подо мной, я буду наслаждаться ее сладким, мать его, вкусом на своем языке.
Райли упряма, но я упрямее ее.
Пока она занята поиском ингредиентов для выпечки, я прохожу к другим проходам, добавляя в корзину вещи, которые, как я знаю, ей понадобятся.
Райли встречает меня на кассе самообслуживания, и когда она, наконец, замечает мои товары, она смотрит на меня с удивлением.
— Откуда ты знаешь, какие тампоны я использую? — выпалила она от удивления, прежде чем ее щеки покраснели. Мне нравится краснеющая Райли. Есть что-то невинное в этом ее взгляде.
Я поднимаю плечо, полупожимая плечами.
— Это немного жутковато, Беннетт.
Страшно ли замечать малейшие детали в девушке, которая мне небезразлична? Я не преследую ее. Я просто хорошо умею замечать то, чего другие люди обычно не замечают.
— Я также купил тебе твой любимый шоколад. Мятный шоколад и клюквенный шоколад.
Ее губы кривятся, как будто она сдерживает себя от еще одного замечания. После оплаты я беру сумки и мы выходим из магазина. Райли не спорит, когда я хватаю ее за локоть, помогая дойти до моей машины. Я знаю, что она ненавидит быть такой уязвимой.
Когда она садится в машину, я жду, пока она пристегнет ремень безопасности, прежде чем закрыть дверь. Дорога обратно в нашу квартиру прошла тихо. Маленький цветок сегодня кажется более задумчивой. В ней не так много борьбы.
Когда мы подъезжаем к парковке, я вижу Мэддокса и Лилу. Должно быть, они только что вернулись из аэропорта. Сразу после выпускных экзаменов Мэддокс взял Лилу на недельный отпуск в Париж. Эти два билета были подарком на день рождения от его отца.
Меня до сих пор сбивает с толку то, что эти двое до сих пор просто… друзья.
Четыре года химии и сексуального напряжения. Четыре года эмоциональной близости, но они все еще слишком упрямы, чтобы сменить статус дружбы на свидания.
Когда я помогаю Райли выйти из машины, нас замечает Лила. Она бросает сумку, мчится к нам и крепко обнимает свою лучшую подругу.
— Как нога? — Мэддокс кивает в сторону синего гипса Райли
Губа Райли выпячивается и грустно надувается.
— Теперь все в порядке.
Лила издает сдавленный звук в горле, на ее лице отражается возмущение.
— Я не могу поверить, что ты ждала целый день, прежде чем позвонить и рассказать мне о том, что произошло. Ты сломала ногу, какого черта!
— Повредила, — поправляю я. — Не сломала. Ей повезло, что я был рядом и услышал ее крик.
— Тебе не следовало залезать на эту стойку, когда ты была дома одна. — Это было опасно. — Лоб Лилы морщится от беспокойства, когда она беспокоится о Райли. — Тебе могло быть хуже!
— Она могла бы просто позвонить мне, и я бы починил сломанный шкаф, — бормочу я себе под нос, все еще очень раздраженный этим фактом.
Райли шипит, ее глаза сверкают раздражением.
— Я бы все уладила, если бы не кот, перепрыгнувший через прилавок. Я споткнулась об него. Рори попросила меня присмотреть за ним, пока они с Джексоном будут в отъезде на этих выходных. — Она поворачивается ко мне лицом и пристально смотрит на меня. — Мне не… и мне не нужна твоя помощь, Колтон.
Я рычу в ответ.
— Забавно. Это я отвез тебя в больницу посреди ночи.