Сень (СИ)
Пятого декабря в Колонном зале Дома Союзов состоялся второй съезд Союза Советских Архитекторов. Вообще-то советские архитекторы были несколько ошарашены темпами созыва это съезда, но, понятное дело, дисциплинированно собрались и принялись бурно обсуждать поставленные перед советскими архитекторами задачи. Их поставил сам товарищ Сталин, выступив на открытии съезда, а конкретизировал уже товарищ Струмилин, уточнивший производственные и финансовые показатели ожидаемых от архитекторов достижений.
— Многие собравшиеся здесь товарищи лично принимали участие в возрождении разрушенных немецкими фашистами городов, за что получили высокие правительственные награды, — торжественно начал Станислав Густавович свою речь. — Но Советский Союз не состоит лишь из Сталинграда, Харькова, Минска, Днепропетровска, есть в стране и много других городов, поменьше, а так же огромное количество сел и деревень. Поэтому советское правительство считает, что сейчас особое внимание отечественная архитектура должна уделять именно восстановлению и развитию этих, небольших, но чрезвычайно важных населенных пунктов, в которых, между прочим, проживает почти девяносто процентов советских граждан. Хороший пример показывает Владимирская область, обеспечившая своим жителям высочайший уровень обеспечения жильем и учреждений социального обслуживания. Однако, решая эти задачи по сути дела на интуитивном уровне, владимирцы зачастую возводили здания излишне дорогие и, часто, не обеспечивающие оптимальный уровень комфорта. Ваша задача — разработать типовые проекты, позволяющие с умеренными затратами вести строительство именно оптимальных по комфорту и требующих минимального обслуживания зданий. Как жилых, так и социальных: детских садов, школ, поликлиник, больниц, магазинов, домов культуры и так далее. Полный список необходимого приведен в розданной вам брошюре, там же указаны нынешние затраты на возведения подобных объектов во Владимирской области. Сокращение затрат на возведения типовых зданий приветствуется, а вот снижение качества — как строительное, так и уровня комфорта — считается недопустимым.
— Получается, что это не съезд архитекторов, а собрание по раздаче уже готовых заданий, — пробурчал Иофан.
— Вам, Борис Михайлович, никто выдавать готовое задание не собирается. Правительство предлагает съезду архитекторов учредить несколько рабочих групп, которые займутся проектированием зданий одного из нужных стране типов… одного назначения, а типов как раз будет, видимо, немало. Единственное пожелание правительства состоит в том, чтобы руководителем… нет, вдохновителем такой группы, занимающейся созданием проектов учреждений культуры, стал Иван Владиславович Жолтовский, а школ и детских садов — Алексей Викторович Щусев.
— Правительство хочет, чтобы школы и детские сады выглядели как дворцы? — не выдержал сидящий в президиуме Алабян. — Это же будет невероятно дорого!
— Правительство считает, что Алексей Викторович с присущим ему чувством красоты и гармонии сделает эти учреждения привлекательными и удобными для наших детей. А вы, Каро Семёнович, можете возглавить одну из групп, проектирующих жилой фонд…
В перерыве, когда Станислав Густавович собрался уже уезжать, к нему подошел Алексей Викторович:
— Извините, можете мне уделить несколько минут?
— Да, конечно. Слушаю вас.
— Вы… правительство предложило поставить меня во главе группы по проектированию школьных и дошкольных учреждений. Но у меня нет ни малейшего опыта…
— Как говорила одна странная девочка, человек, выстроивший военно-транспортную академию, понимает, как подобные здания должны функционировать, а тот, кто создал гостиницу «Москва» и Казанский вокзал, способен не превратить их в унылые сараи. На самом деле в деле создания таких проектов возникнет очень много сложностей, которые решить может лишь человек с огромным опытом — а среди наших архитекторов вы, вероятно, обладаете им в наибольшей степени.
— Откровенно говоря, я не очень понимаю, какие могут возникнуть особые сложности…
— Чисто технические. Сейчас началось массовое строительство предприятий, которые будут выпускать нужные для всего этого стройматериалы: кирпич, цемент, стекло, трубы и все прочее. Проблемы начинаются уже на этом этапе: цемент и кирпич страна получит уже к весне следующего года, а вот различные отделочные материалы — гораздо позднее. И будет очень важно, чтобы страна могла возвести школы и детские сады так, чтобы дети в них пошли уже следующей осенью — а вот красоту они должны получить года через два, когда заработают заводы по выпуску именно отделочных материалов. То есть потребуются чисто функциональные проекты, но такие, в которых за время летних каникул через пару лет здания превратились именно в дворцы. Вообще-то в брошюре с техническими требованиями и это изложено, но почему-то никто из присутствующих не счет необходимым с этим ознакомиться…
— Тогда приведу важный, надеюсь, аргумент против моего назначения на эту должность: все же мне уже семьдесят шесть…
— Вы почувствовали себя пенсионером? Хотите уйти на заслуженный, вне всяких сомнений, отдых? Я думаю, что товарищ Сталин поймет…
— Нет, пока я пенсионером себя не чувствую и работать хочу. Но если вдруг…
— Алексей Викторович, есть веские основания считать, что никаких «вдруг» с вами не случится. Кстати, я думаю, что на этом сборище ничего интересного уже не будет, а вот добавить вам уверенности… я предлагаю вас на сегодня покинуть сей душный зал и съездить в одно славное местечко. И там познакомиться с одной странной особой. Уверен, что после этого знакомства вы просто воспылаете творческим энтузиазмом…
«Победа» со Струмилиным и Щусевым остановилась возле красного кирпичного двухэтажного здания, и плановик пригласил академика подняться на второй этаж — где в большой и пахнущей «химией» лаборатории в гордом одиночестве сидела у стола, уставленного разной химической посудой, молодая девушка с очень светлыми волосами.
— Татьяна Васильевна, разрешите вас познакомить с академиком Щусевым Алексеем Викторовичем.
— Заболел? Что-то срочное?
— Нет, он просто опасается, что возраст помешает ему выполнить определенную работу.
— Ну, это хорошо, что ничего срочного. Очень приятно, Таня. И что привело вас ко мне? То есть Станислава Густавовича я вижу… Станислав Густавович, что вы хотите сделать с академиком?
— Я ничего не хочу. Но правительство, проанализировав то, что вы натворили в Ковровском районе и Владимирской области… мне поручили разработать план массового строительства, а по предложению Лаврентия Павловича мы хотим, чтобы Алексей Викторович возглавил группу, занимающуюся составлением проектов детских учреждений. Школ, детских садов…
— А Иосиф Виссарионович чтобы руководил колхозом в деревне Непролазные Грязи. Насколько я помню, академик Щусев выстроил Казанский вокзал?
— Я довольно много всего выстроил, — с некоторой обидой сообщил Щусев.
— Я догадалась. Станислав Густавович, найдите кого-нибудь попроще школы проектировать. А Алексею Викторовичу я бы предложила работенку поинтереснее. Так, — девушка оглядела стол, затем все помещение лаборатории, — сегодня у меня ничего путного не получается, так что можно и отдохнуть. Товарищ Струмилин, вы сегодня в Госплан к себе возвращаться собирались? Нет? Тогда поедем посмотрим, что можно предложить выдающемуся архитектору из того, что его не обидит до глубины души.
— Это вы куда нас собираетесь тащить? — несколько испуганно, как показалось Щусеву, спросил Струмилин.
— В деревню, к тетке, в глушь, но не в Саратов. Алексей Викторович, вам было бы интересно город целиком построить на ровном месте? То есть вообще весь, с жилыми домами, школами, детскими садами? С магазинами и больницами, дворцами культуры, заводами и фабриками? И все — в едином стиле, где все, включая даже форму уличных фонарей, будет в гармонии радовать его жителей.
— Товарищ Серова, Госплан никаких новых городов…