Внешность может обмануть (СИ)

— Но ты не улыбаешься.
— На деле, действительно забавно. Я взвешиваю все риски.
— Они минимальны. Максимум, ты мне проиграешь. Минимум, мы с тобой подружимся, — ответил мужчина. Я же тебе не предлагаю за эти деньги переспать сейчас.
— Допустим, я проиграю. Каким-то способом тебе удастся меня уговорить. Что тогда? — спросила я. — Не верится мне, что все затевается толькодля того, чтоб со мной переспать. Для этого есть более дешевые способы.
— Тут начнется самое интересное, — он улыбнулся. — Я делаю что хочу.
— А что ты хочешь?
— Это будет для тебя сюрпризом, — ответил Боря.
— Тогда точно не соглашусь.
— На спор?
— На воскресенье, — ответила я.
Он развел руками. Опять улыбнулся. Я ела мороженое. Шоколад, ваниль и манго, смешивались. Вкус стал необычным. Вместе с необычным вкусом пришло и ощущение какого-то драйва. Скука прошла. Вечер хоть немного стал интереснее. А почему бы и нет? Я ничего не теряла.
— Хорошо.
— Тогда давай номер телефона, — ответил Боря. Мы обменялись телефонами.
— Но мне кажется, что ты станешь на пятьдесят тысяч беднее.
— Это мои проблемы, Ириш, — ответил он. Сделал пробный звонок. — Тебя до дома подвезти?
— Я маму жду.
— А тебе обязательно ее ждать? — спросил Боря. — Без тебя она не сможет доехать?
— Я не сяду в машину с незнакомым человеком.
— Боишься, что куда-нибудь завезу?
— А у тебя нет таких намерений?
— Не сегодня, — ответил Боря.
Разговор прервал звонок от мамы, которая закончила покупки. Они купили для тете Даши карниз, который занял заднее сидение, поэтому нам с Васей предлагали поехать на автобусе.
— А можно было Васю отправить с карнизом на автобусе, а нам поехать в машине? — спросила я, чувствуя, как начинает подниматься раздражение.
— Так с карнизом ехать неудобно. А вы так хорошо проводите время. Чего вам мешать? — спросила мама, перейдя в режим наивной дурочки, которая не понимала привычных вещей. — Не злись. Так будет лучше. Тебя же пока не подтолкнешь, ты так и будешь на месте сидеть.
— Я тебе потом расскажу, к чему это подталкивание может привести, — ответила я.
— Он хороший парень. Присмотрись к нему. Ладно, нам пора. Дома поговорим, — сказала мама, вешая трубку.
— Добрыми намерениями вымощена дорога в ад, — сказала я, убирая телефон.
— Весьма ожидаемо, — ответил Боря, деля пополам пирожное, которое осталось от Васи.
— Что ожидаемо? — спросила я.
— Тебя кинули из лучших побуждений, — ответил Боря.
— Мама все сосватать пытается.
— Считай, что ей это удалось сделать, — сказал Боря. — Не смотри на меня с таким недоверием. Никогда не знаешь, что к лучшему, а что к худшему.
— Вот только не надо всего этого. Ты с ней в сговоре?
— Неа, — ответил он. — Вряд ли она обрадуется моей кандидатуре.
— Тогда откуда ты знал, что она уедет, а я тут останусь?
— Не знал, но не исключал такую возможность. Так как? Тебя подвезти?
— Я на автобусе доеду.
— Пока ты его дождешься. Пока он на каждой остановке остановится. Все это отнимет часа два. А там дождь намечался. Возможно, что уже идет. А мы доедем намного быстрее. Где живешь?
— На Дачной.
— Тем более тебя не отпущу одну. Там пока до домов от остановки дойдешь, раз десять денег лишишься. А в твоем случае еще и без трусов останешься, — сказал Борис. — Неплохое пирожное. Надо будет сюда еще как-нибудь заглянуть.
— А ты откуда?
— Из Дорожного. Но тебя до твоей Дачной довезу. Хватит думать, Ириш. Отнесись ко всему, как приключению.
Легко было сказать, но сложнее было согласиться. Я хотела ответить что-то резкое, но передумала. Ведь еще недавно сидела и скучала с правильным Васей, который на меня внимания не обращал. А тут вроде намечалось что-то интересное. Приключение. Вот именно его и не хватало в размеренной жизни.
— Поехали, — согласилась я, допивая кофе.
— Хорошее решение, — сказал Боря, доедая пирожное.
Он выглядел довольным. Что-то напевал себе под нос. Мы шли по торговому центру, который начинал пустеть. Самый торговый центр закрывался в десять вечера, но к девяти люди старались его покинуть, чтоб успеть на последние автобусы. После семи вечера автобусы ходили по два раза в час. Из-за этого создавалось впечатление, что торговый центр был предназначен для тех, кто имел в собственности машину.
 
Мы вышли на подземную стоянку. Прошли вдоль рядов машин. Мы остановились около отечественной «Лады». Это было вполне логичным и не выписывалось из его образа. Он открыл передо мной дверцу.
— Прошу, принцесса, — с насмешкой сказал он.
— Я бы и сама открыла, — ответила я.
— Когда меня рядом нет, то пожалуйста, — сказал Боря.
— Когда же ты рядом, то что?
— Запрячь феминизм подальше, — ответил он. — Но ход твоих мыслей мне нравится. Скажем так, греет душу предположение, что наша встреча не единична.
— Это оговорка.
— По Фрейду. Слышала о таком? — спросил он, садясь за руль.
— Слышала. Но оговорка всего лишь оговорка. Такое бывает.
— Встречалась с кем-то раньше? Сейчас, как понимаю, ты одна.
— А ты? Женат? С детьми?
— Вопрос на вопрос? Могу ответить, но потом жду ответа от тебя. Я в разводе. Уже лет двенадцать. Есть сын, но он уже достаточно взрослый.
— И сколько ему?
— Двадцать, — ответил Боря. — Живет отдельно и почти со мной не общается. Твоя очередь отвечать.
— Встречалась, но ничего серьезного.
— Почему?
— Не люблю, когда меня контролируют и торопят, — ответила я. — И это все неважно. У меня нет желания встречаться с кем-то только из-за того, что этого от меня ждут.
— Сопротивляешься давлению общества?
— Можно сказать так.
— А твои мысли?
— Я не хочу семью. Не хочу детей. Вначале была школа, потом институт. Выходить замуж сразу после окончания института — это глупо. Я хочу для себя пожить. Без детей, соплей и нервов.
— Хочешь сделать карьеру?
— Хочу пожить какое-то время для себя. Мама считает, что если я не успею выскочить замуж сейчас, то мой поезд уйдет и я останусь жить с котами. Но разве есть что-то плохое в котах?
— Ни в котах, ни в мужчинах нет ничего плохого, — ответил Борис. — Как и нормально жить без детей.
— Думаешь?
— Хуже, когда ты продавливаешь себя под окружающих, убеждаешь себя, что все нормально, а потом разочаруешься. Но к этому времени у тебя будут уже дети, которых ты не будешь знать, куда деть. Чтоб бы вокруг тебя не говорили, но твоя жизнь касается только тебя одной. И твои решения — это лишь твои. Знаешь почему?
— Почему?
— Расхлебывать последствия никто за тебя не будет. В лучшем случае поддержат, — ответил Боря.
Он уверенно вел машину. Дворники смахивали капли. Дождь был довольно сильным. Из приоткрытого окна тянуло свежестью и сыростью.
— Давай продолжим про ответственность за свои поступки и решения. Было такое, что тебе когда-то было стыдно за принятое решение?
— Нет. Я редко когда ошибаюсь. А если такое происходит, то умею делать выводы из случившегося, — ответила я.
— Хорошая, умная и самоуверенная. А как отнесешься к такому?
Он свернул в сторону заводской зоны. Припарковал машину. Выключил мотор.
— Почему мы остановились? — спросила я, стараясь унять поднявшуюся волну страха.
— Хочу немного взъерошить твои перышки, — ответил он, отстегивая ремень и поворачиваясь ко мне.
— Мне надо домой, — ответила я.
— А кто сказал, что я тебя не подвезу домой? Подвезу, — ответил он. — Немного поговорим и я тебя довезу.
Он коснулся пальцами моей щеки. Отвращение. Тошнота подкатилась к горлу, но я подавила ее. Заставила себя взять в руки. Паника ни к чему не приведет. Нужно говорить спокойно и твердо. Без нытья и двусмысленности.
— Руки убери.
— Почему?
— Мне неприятно. Одно дело — игра, а другое дело — насилие.
— Я не собираюсь тебя насиловать, — ответил Боря. Его ладонь легла мне на бедро.