Имеешь чувство юмора - имей и его последствия. Или они поимеют тебя (СИ)

Арсений расстроено вздохнул. Жаль, что он лишь сейчас задумался о таких мелочах и долго мучился в то время, незаслуженно причисляя Ерошихина к гомофобам.
Подняв глаза на искренне обиженного Димку, Арс мягко произнес:
— Извини, Дим, значит, я облажался в тот момент. Может, понял неправильно, или расслышал не то… Но ты пойми, мне трудно было не только про ориентацию раскрыть, я ведь уже тогда тебя…любил, — добавил он упавшим голосом, вновь отводя глаза. — У тебя лишь девушки на уме были. Я чуть не рехнулся от ревности, честно говоря…
Ерошихин закусил губу, не представляя, что ответить на признания в искренних чувствах. «Спасибо?» Глупо звучит. А что другое, Димка не знал, отчаянно подбирая слова. Тем не менее, в серьезные моменты он пытался говорить прямо, без обиняков. И теперь, чувствуя напряжение, не сдержался.
— Что такой красавчик, как ты, во мне нашел? — рассмеялся натянуто парень. — Внешность на середнячок, звезд с неба в учебе не хватал, в отличие от тебя, да и вообще по характеру придурок. Странно, что я вообще смог понравиться тебе. — Дима нервно дернул плечом.
Полтавцев очень удивился:
— Да какое мне дело, что ты там хватал или не хватал? Ты был для меня самым лучшим! — с жаром ответил он. — Да и сейчас тоже… — Арсений замялся. — Неважно, Дим. А про внешность вот не надо, ты очень симпатичный. А для меня — так вообще… — щеки вспыхнули румянцем смущения.
Арс не кривил душой и не пытался польстить Димке. Тот, в средней школе, действительно, выглядел обычно, но к выпускному классу весьма себе расцвел. К тому же, Ерошихин, один из немногих, кого стезя прыщей и прочих проблем совершенно миновала. Всегда хорошая кожа, ровный, загорелый даже зимой, цвет лица, искрящиеся глаза, белозубая задорная улыбка.
Вкупе со стильной стрижкой и отличной фигурой, на которой великолепно смотрелись со вкусом подобранные шмотки — он приковывал внимание многих девчонок. А уж со своим развеселым характером и умением легко находить общий язык, у него было в сто раз больше шансов, чем у любого писаного красавца. Такого, как Арс, например.
— Я даже не знаю, что сказать, — признался Димка, качнув головой. — Это все так неожиданно, — Ерошихин отвел взгляд от лица Арса, однако не мог не признаться самому себе, что ему безумно приятно слушать комплименты от Полтавцева. А когда тот еще и мило покраснел, так и вовсе — выносите вперед ногами…
— Понимаю, — тускло ответил Арсений. — Ну, что ж, теперь ты все знаешь, — он печально усмехнулся.
— Эй, — пробормотал Дима, видя, как упало настроение Арса. Ерошихин поближе подсел к Арсению, положив ладонь ему на плечо, прося поднять голову. — Послушай, я… У меня никак мнение о тебе не изменилось и не изменится.
— Я рад этому, Дим, — совершенно искренне ответил Полтавцев. — Просто думаю, что мне делать со своими чувствами, чтобы они не мешали быть лучшими друзьями. Я устал бегать от тебя и от самого себя. Задавил эту влюбленность, но она вновь вылезла!
Ерошихин вздохнул. Он не представлял, что делать с признаниями друга, однако искренне не хотел терять Арса.
— Послушай, — только сейчас Димка понял, что у него трясутся руки, как у заядлого алкаша. Он коснулся подбородка Арсения, провел ладонью по его щеке. — Ну, могу сказать, что мне понравилось с тобой целоваться, — немного нервно улыбнулся Дима. — И даже тот, что случился по трезвянке. Вот только, я никогда не рассматривал парней в любовном плане. Мне ведь всегда нравились девушки…
Полтавцев покосился на пальцы, беззастенчиво трогающие его лицо, и с легким упреком сказал:
— Дим, вот когда ты так делаешь, я теряю самоконтроль, — и дабы показать, что за этим может последовать, перехватил конечность Ерошихина, прижимая к своей щеке и мягко целуя.
  
Дима закусил губу.
— Я причинял тебе боль, — вдруг вырвалось у него. — Все это время я рассказывал тебе о своих девушках, о сексе с ними.
— Ты ничего не знал, — качнул головой Арс, прикрывая глаза и наслаждаясь моментом невольной близости.
Один из Димкиных пальцев удалось обхватить губами и лизнуть. Полтавцев словно задался целью, сколько Ерошихин еще вытерпит, прежде чем пошлет его подальше и снова, но уже самостоятельно, пропадет из поля зрения на неопределенное время.
— Блять, не делай так, — почти взмолился Димка, у которого взгляд начал темнеть от возбуждения. — У меня давно не было секса, Арс, и твои действия…
Язык Арсения, горячий и влажный, соблазнял плавными касаниями. Ерошихина запотряхивало от ощущений:
— Кхм… Если… Твои губы. Я хочу их, но… Мне страшно давать тебе надежду, ведь я не знаю пока, как мне быть…
Глаза Полтавцева стали огромными, словно блюдечки. Он совершенно не ожидал подобной реакции и едва не начал заикаться. Выпустив палец Димки изо рта, парень придвинулся максимально близко и приблизил лицо так, что оставались считанные сантиметры.
— То есть, ты… — опаляя дыханием губы Ерошихина. — Ты не против повторить поцелуй?
— Да, — взгляд Ерошихина бегал от глаз друга до его губ и обратно. Дима коснулся мягких кудряшек, потянув их, улыбаясь тому, как те пружинят. — Черт, вообще не против!
Еще пару секунд Арс ошарашено молчал, а потом мысленно махнул рукой и прижался к губам Димки. Что он там говорил? Боится давать надежду, не знает, не уверен?.. Да Полтавцев уже только от того, что происходит сейчас, счастлив до безумия! А надежда… Ее и так не было никогда, не все ли равно.
Но то, с какой внезапной жадностью Димка ответил на поцелуй, подсказывало — есть она, та самая, с женским именем на «Н».
========== Глава 6 ==========
После того приснопамятного поцелуя Полтавцев все выходные летал как на крыльях, да и Димка улыбался, будто блаженный.
Они не обсуждали случившееся, но что-то в их отношениях однозначно поменялось. Оба словно приняли негласное правило, расслабились и смело ринулись в новый этап «гейских игр», только на сей раз удовольствие получали обоюдное, без ломания голов о возможных последствиях.
У Полтавцева оставались незаконченные частные проекты, Димка так же доделывал рабочие моменты, попутно ворча, что вынужден тратить на это свободное время, отведенное для отдыха. Он рискнул приготовить макароны по-флотски, под руководством Арсения, и когда блюдо получилось на «отлично», заслужил от Полтавцева поощрительный «чмок» в губы, от коего зарделся как маков цвет.
Не желая отставать, парень всячески нахваливал лучшего друга за любую мелочь, будь то пропылесосенный (ага, в собственной квартире!) ковер или протертое зеркало в ванной. От его «премиальных» поцелуев Арсений замирал и млел, окрыляя, тем самым, Димку на новые «подвиги» в виде тех же выкрутасов.
— Спокойной ночи, — заявлял Димка, прижимая к себе Полтавцева и прикасаясь к его губам.
— И тебе, — мямлил порозовевший Арсений, едва находя в себе силы, чтобы сбежать в собственную спальню.
— Доброе утро! — жизнерадостно оповещал Ерошихин, на следующий день, повторяя процедуру.
— Ммм, — только и мог ответить кудрявый, захваченный чужим ртом врасплох.
Зато уже вечером, получил крепкого леща по заднице от возмущенного Димки.