Дайте шанс! Том 3 (СИ)
Выбор падает на прикроватную тумбочку. Туда и кладу всю наличность.
Покидая квартиру, появилось такое чувство, что больше не появлюсь в ней, а значит, зря оставил деньги. Даже не знаю, откуда взялось такое ощущение и почему. На душе становится даже как-то тревожно.
Путь обратно занял меньше времени. Уже в десять я простился с Олегом Павловичем. Дома меня дожидался Василий. Он сказал, что будет у себя и поспешил в свою комнату, где его дожидалась Нина. Я же прошел на кухню и поставил на газовую плиту чайник.
Черт, не пойму, что со мной происходит. Одна часть кричит — бросай все и спасайся, а другая переживает за семью. За весь клан Вагаевых. Как будто на нас надвигается что-то ужасное.
Плохие мысли прерывает звонок. На экране смартфона высвечивается «Эмили».
— Дарова. Это я, — раздается в трубке голос Евы. — Ну как ты? Решил свои проблемы?
— Какие еще проблемы?
— Ты же сам мне рассказывал. В прошлый раз. Забыл, что ли?
Только теперь доходит, о чем она. Вспомнилось мое глупое откровение, когда хотелось с кем-то поделиться переживаниями.
— Уже все отлично. Само разрешилось.
— Да-а-а? — тянет она и как будто удивляется. — А я думала, позвоню, спрошу. Ну раз разрешилось, так разрешилось. Значит, хорошо. Я рада.
— Спасибо, что беспокоишься. Мне приятно. Спасибо тебе.
— Да не за что. Знаешь, а мы с Эмили решили свалить из Москвы. Завтра пойду оформлять документы на отчисление.
— Как?.. Почему?!
— Та… Надоело нам тут. Но это долго рассказывать. Ты, когда к нам собираешься? Мы еще пару дней и свалим.
— Сегодня уже поздно. До вас пока доедешь, пока обратно. Я завтра приеду. Сразу после университета. Договорились?
— Договорились. Ну пока. Будем ждать. До завтра.
Хм… Сваливают… Нахрена сваливают?
Может быть решили уехать из-за нового закона по осветленным?
Закипел чайник. Из носика тонкой струйкой повалил белый пар.
Возвращаю смартфон в карман, поднимаюсь, подхожу к плите. Схватившись за ручку, поднимаю чайник.
Бля!
С чайником в руке резко отскакиваю назад.
— «Да что б тебя!»
Голова Марии в виде синего свечения появилась в огне газовой конфорки, стала приподниматься и увеличиваться в размерах до обычной человеческой.
— Ты же говорила: больше не появишься!
Горячая ручка чайника жжет руку. Понимаю, даже если очень захочет, Мария ничего плохого мне не сделает, но ее хмурый вид заставляет с опаской вернуться к плите, чтобы поставить причиняющую боль ношу рядом с ее пылающим ликом.
— Пришла проститься, — произносит она с сожалением. — Я отправляюсь в мир Света. Там у меня уже не будет возможности тебя навещать. Наверное, к лучшему. Не хочу видеть, что скоро должно будет случиться со всеми вами. Знаю, ты уже почувствовал приближение большой войны. Это многие почувствовали. Не надо строить иллюзий. Высшие не договорятся с Императором. Не договорятся, потому что Император сам заинтересован в этой войне. Сейчас он и его приспешники ищут повод для ее начала. Решение давно принято. Уже посеяна рознь между кланами, большими семьями и даже среди обычных людей. Неминуемое не остановить.
— Но зачем Императору война? Разве он не понимает, погибнет много людей. Его людей!
— Я не знаю, — с печалью в глазах, Мария отрицательно качает головой. — Мои возможности ограничены. Я могу заглядывать в ваш мир лишь через огонь. Так понимаю, если Император готов развязать войну, готов понести большие жертвы, то намеченная цель должна будет их оправдать. Иначе оно не имеет смысла. Но я пришла не только для того, чтобы предупредить о надвигающейся войне. Я знаю, ты стоишь на распутье. Ты никак не можешь сделать выбор. Решай быстрее: сбежать тебе или остаться в клане. Времени почти не осталось.
— Если война действительно начнется и это неминуемо, то мне лучше остаться. Я могу быть полезным клану!
— Так признайся Виктору обо всех своих возможностях! Зачем нужно было столько времени молчать?
Вздыхаю и пожимаю плечами.
— Знаю. Ты не рассказал, потому что не доверяешь. Потому что чужак. Поэтому тебе и говорю сделать для себя наконец выбор. Возьми и уйди. Так ты одним рывком отрежешь связь. Или же в конце концов прими свою новую семью. Всем сердцем прими клан Вагаевых. Стань его частью. Подчинись главе и делай все во благо своих людей.
— Угу… Подчинись… И женись на Волгиной, — тотчас вспоминаю о своей проблеме.
Мария изумляется.
— Но если это укрепит клан: почему «нет»? Тем более у тебя все равно никого нет на примете. Так какая разница?
— Да, действительно — какая разница? А может быть я сам хочу решать, кто мне нужен в жены, а кто нет!
— Не думаю, что вопрос женитьбы сейчас для тебя имеет по-настоящему серьезное значение. К тому времени, когда война закончится, многое изменится. Все ненужное, неправильное — отпадет само по себе. В данный момент тебе куда важнее принять решение. На твоей шее уже висит петля. С каждым днем она будет затягиваться сильнее. Хочешь бежать — беги. Прямо сейчас беги. Хочешь остаться в клане, так прими наконец это решение. Признайся Виктору.
— Хорошо… Подумаю… Постараюсь сегодня же принять решение.
— Только не говори, кто ты есть на самом деле. Иначе, чтобы пробудить сына, Виктор тебя убьет.
— Ты меня удивляешь. Я думал, ты будешь рада, если я умру пораньше.
— Не сейчас. Сейчас у Андрея нет шанса выжить, а у тебя есть.
Полыхающее синим пламенем лицо Марии начинает исчезать. Секунда, вторая и она исчезает, оставляя меня наедине с собой.
Я снова сажусь за стол и снова задаюсь вопросом, на который почти нашел ответ.
Если драпать, то нужно подойти к делу с толком. Мне понадобится чей-то труп, который я до основания изжарю. Это чтобы по обугленным остаткам нельзя было ничего понять. Сам пожар должен будет случиться завтра днем, а не сейчас. Иначе будут ненужные жертвы.
После, пожалуй, мне нужно будет сразу ехать в Егорьевск. Какое-то время придется держаться Евы и Эмили. Еще понадобятся деньги. С теми, что я оставил в потайной квартире, можно попрощаться. И с теми, что сейчас лежат на счете. Потому что их пропажа вызовет подозрения. Завтра можно будет снять наличными пару тысяч и на этом все.
Ну а дальше…
Хм.
А дальше вариант с банком кажется вполне перспективным. Не Смирновский Ситибанк, конечно. Какой-нибудь другой. После того, как грабанем банк, можно будет смело уйти в тень. Там уже мне понадобится снова подкачаться. Это чтобы хватило сил на Брелок Сумрака и постоянную скрытность.
А если я останусь в клане и расскажу о своих возможностях?
Вот как бы я, будучи главой клана, поступил, услышь признание внука о том, что он пусть и временно может создавать вещи, разные предметы и даже людей?
Представив лицо деда, когда он услышит признания, мне становится смешно. Так и вижу перед глазами застывший раскрытый рот.
Пожалуй, можно тут же напомнить о разрыве помолвки с Волгиной. Деду вряд ли будет до споров. Махнет рукой, да и согласится. Тут же начнет придумывать разные варианты, как я смогу помочь клану.
Учитывая, что ко мне прицепился Особый отдел, он сам позаботится о том, чтобы я исчез. Потом с каким-нибудь лекарем я засяду на тайной квартире и буду ждать. Скорее всего, ту помощь, какую могу оказать клану, я буду оказывать в Москве, а не Перми. Потому, как сейчас все серьезное и по-настоящему важное происходит именно в столице.
Достаю из кармана смартфон.
Уже 22:18.
Лучше было бы позвонить отцу. Там уже пусть он бы сам обговорил детали с дедом. Но, учитывая обстоятельства, такой вариант не подходит. Раз Особый отдел взял меня в оборот, телефонную связь могут прослушивать. Так что правильнее говорить с глазу на глаз. За неимением отца и наличием деда мне придется ехать к последнему.
У Василия, наверное, сейчас очередной романтический вечер с Ниной.
Ничего не поделаешь. Придется обломать.
Глава 29
К началу второй лекции появилась Смирнова. Она вошла в аудитории и подсела ко мне с таким видом, как будто за минувшие дни ничего не произошло. Типа просто пару дней пропустила.