Алый флаг Аквилонии. Железные люди
7 июня 3-го года Миссии. Пятница. Вечер. Эгейское море у острова Мелос, фрегат «Медуза».
К пяти часам вечера «Медуза» подошла к острову Милос из архипелага Киклады. И хоть время было еще детское, капитане ди фрегато Раймондо Дамиано заявил, что никаких других островов, которых можно было бы достичь до ночи, на маршруте не имеется, а выходить к незнакомому берегу в полной темноте - это наиболее простой способ добиться того, чтобы их экспедиция сгинула в безвестности. Каперанг Толбузин поддержал предложение итальянского коллеги, ибо у него тоже не было желания вслепую шарахаться по ночному морю, утыканному множеством никому не известных островов. Одно крушение он уже пережил, и на этом хватит.
Тогда Сергей-младший заслушал доклад Антона Уткина по состоянию корабельных запасов (в первую очередь, свежего мяса и пресной воды), и объявил, что раз уж они встают на якорь довольно рано, то это время необходимо использовать с толком и пользой - одним словом, набрать свежей воды и поохотиться.
На якорь «Медуза» встала напротив устья небольшой речки. Матроски спустили на воду шлюпки и стали грузить в них опустевшие бочонки для пресной воды. В запасе этой жидкости оставалось еще примерно столько же, сколько уже израсходовали, но во избежание негативных нюансов всю возможную тару следовало заполнить под пробку. Одновременно Сергей-младший объявил охоту, с целью сплачивания коллектива пригласив на нее офицеров из восемнадцатого века. Согласились двое: каперанг Толбузин, посчитавший это своим долгом, и лейтенант Касаткин, оказавшийся страстным охотником. Остальные отнекались по разным причинам. Вместо взятых с «Азии» штуцеров господам офицерам вручили по трофейной британской винтовке «Ли Энфилда» и показали, как сие устройство заряжать и как стрелять.
- В принципе, это тот же штуцер, только доведенный до пределов совершенства, - сказал Сергей-младший. - Все прочие винтовки того периода - русские, французские, германские и австрийские - имели похожую конструкцию.
Каперанг Толбузин повертел в пальцах унитарный патрон «.303 бритиш» и сказал:
- Интересная штука... пуля и порох в одной твердой латунной оболочке. Только непонятно, как внутрь проникает искра, ведь тут для нее нет ни малейшего отверстия...
- Огонь возникает прямо внутри, - ответил младший прогрессор. - Вот видите, Никифор Васильевич, тот маленький желтый кружок? Это капсюль-воспламенитель: чашечка из латунной фольги, изнутри заполненная составом, вспыхивающим при сильном прямом ударе. Боек винтовки бьет по капсюлю, тот срабатывает, воспламеняя порох в гильзе, после чего все идет как в обычном штуцере: пуля ввинчивается в нарезы и, вылетев из ствола, в зависимости от меткости стрелка либо поражает цель, либо летит куда придется.
-Хитро придумано, Сергей Васильевич... - одобрительно произнес Никифор Толбузин. - Ну что же, пойдем испробуем вашу новинку.
И испробовали. Добычей охотников, вернувшихся с берега уже на закате, стали два лесных оленя и упитанный кабанчик - так что на ужин у команды и пассажиров вместо рыбы, которую ловили прямо на ходу, будет жареное мясо.
Впрочем, на «Медузе» их ждал сюрприз в виде большой синей рыбины акулообразного вида, подвешенной к нок-рее грот-мачты за тонкий хвост.
- Синий акула, - гордо прокомментировал это явление Раймондо Дамиано, - если все делать правильно, то будет, как говорите вы, русские, пальчики оближешь. Поймал маринайо с «Азия» боцман Демидофф.
- Да, - подтвердил Толбузин, - белое мясо акулы, вымоченное в пресной воде, а еще лучше в молоке, еще называют «морским осетром».
- А еще, - добавил командир «Медузы», - в брюхе у акула часто находят разные интересные предметы, вроде бутылка с запиской потерпевший крушение или перстней с бриллиантами.
- Часто это не более чем книжное преувеличение, синьор Раймондо, - махнул рукой Сергей-младший. - Когда сочинителю морского романа нужно показать неожиданную находку, то он вкладывает ее в брюхо акулы. Впрочем, у нас тут все бывает, так что давайте откроем этот черный ящик и посмотрим, нет ли внутри записки от Посредника.
- Погодите, Сергей Васильевич, а кто такой Посредник? - спросил каперанг Толбузин.
- Посредник для нас - это одно из имен Господа, в те самые моменты, когда он занимается воплощением своего Замысла с нашим участием, - ответил младший прогрессор. - Андрей Викторович говорит, что там у нас, в будущем, посредниками называли офицеров из вышестоящих штабов, которые присутствовали в войсках во время маневров и давали командирам неожиданные вводные, имитируя реальную боевую обстановку. Вот стоит на шканцах рядом с вами во время учебного морского боя такой офицер, и в тот момент, когда корабли садят друг в друга холостыми залпами, вдруг говорит: «Никифор Васильевич, вы убиты, командование переходит к вашему помощнику». И все; ваше дело в таком случае - отойти в сторону и наблюдать, как ваш заместитель справляется с командирскими обязанностями.
- Аналогия понятна, - кивнул капитан первого ранга, - но все равно, Сергей Васильевич, мне кажется, что вы несколько легкомысленно относитесь к Творцу Всего Сущего.
- Погодите, Никифор Васильевич, - сказал тот, - ведь в Библии написано, что Господь создал человека по своему образу и подобию. Правильно?
- Правильно, - кивнул Толбузин, - но я не понимаю, к чему вы клоните?
- А к тому, что эти богодухновенные слова относятся не к нашему физическому облику, ибо сам Господь такового не имеет, а, являясь людям, лишь принимает различные образы, - ответил младший прогрессор. - По образу и подобию Божьему создана наша душа, без которой люди - это всего лишь разумные звери, не знающие ни жалости к побежденному противнику, ни сострадания к своим ближним. Все наши положительные качества: любовь и душевная теплота, милосердие, верность долгу, сыновняя и отеческая любовь, сострадание и печаль по погибшим - они от Бога. А все отрицательные свойства, иначе именуемые грехами - похоть, злоба, ненависть, зависть, алчность и равнодушие - от тех разумных зверей, какими предки людей были до обретения души. В том числе от Бога у нас чувство юмора, ведь Господь не мог вдохнуть в нас того, что не имеет сам. При этом должен сказать, что звери всегда невероятно серьезны - игривы у них только детеныши, но таковое свойство у них проходит вместе с взрослением. Некая толика юмора позволяет нам не сойти с ума, во-первых, от осознания своей важности как лиц, играющих особую роль в Божьем Замысле, а во-вторых, от понимания уровня своей ответственности перед Всемогущим Господом и местными людьми. Поскольку Творец всегда в курсе всего, что мы говорим и делаем, то я думаю, что он вполне благосклонно принял на себя имя Посредника, в противном случае Он обязательно нашел бы способ дать нам знать о своем недовольстве.
- Мне понятна логика ваших умопостроений, - сказал каперанг Толбузин, - но лично я воздержусь от подобной фамильярности по отношению к Творцу Всего Сущего, ведь я - не один из вас, избранных, взявшихся за труды, громадность которых мне только предстоит осознать.
- Однажды, Никифор Васильевич, вы почувствуете, что сами стали частью Замысла, а Замысел стал частью вас, - вполголоса произнес Сергей-младший. - Я верю, что все так и будет, ибо я уже говорил вам, что вы тоже из Избранных, только пока этого еще не поняли. Отец Бонифаций, который разбирается в этом вопросе всяко побольше нас, говорит, что еще не все Избранные Господом собрались в нашем Доме на Холме, что еще из разных времен и миров к нам будут приходить люди, без которых Замысел не может быть воплощен.
- И что же, Сергей Васильевич, я один такой, пришедший в этот мир после вас, но выглядящий Избранным, или находились еще подобные люди? - так же вполголоса спросил капитан первого ранга Толбузин.
- Есть еще майор военно-воздушного флота Александр Яковлевич Бояринцев, прибывший к нам из тысяча девятьсот семидесятого года из времен через двести лет после вашей эпохи, - ответил младший прогрессор. -Помните, я вас вчера представлял за ужином? Думаю, что материальная часть того заброса была вторична, как и все прочие люди, спасшиеся через него от неминуемой смерти, а первичным был человек, необходимый для Замысла здесь и сейчас. Думаю, что вы с ним были первыми, но не последними, и список Избранных еще далеко не полон.