Игровая площадка для грешников (ЛП)

Был высокий прилив, и вода под нами была глубокой. Я делала это тысячу раз в детстве, так что в этом не должно было быть ничего особенного, и все же мое сердце пустилось вскачь, когда я посмотрела вниз на пропасть.
Чейз схватил мою руку в свою и ухмыльнулся, но в ней не было ни капли доброты.
— На счет три? — спросил он, и я кивнула. — Раз… — Чейз спрыгнул, увлекая меня за собой, и с моих губ сорвался крик, пока я летела к воде, и мое сердце подпрыгнуло в панике.
Мы врезались в волны и погрузились под них, с моих губ сорвался поток пузырьков, когда я опустилась на дно, и Чейз отпустил меня.
Я выплыла на поверхность, как только мой спуск прекратился, и, смеясь, вынырнула из волн, на мгновение поймав взгляд Чейза, — мы обменялись первыми настоящими улыбками с тех пор, как я вернулась.
— Похоже, ты все таки не трусливый цыпленок, крошка, — прорычал он, и его голубые глаза, казалось, заблестели на фоне воды.
У меня внутри все сжалось, когда он назвал меня так, часть меня, которую я стремилась забыть, страдала из-за него и того мальчика, которым он когда-то был.
Я быстро отвернулась и поплыла под пирсом, держась в его тени, и направляясь обратно к берегу вместе с Чейзом.
Когда вода стала достаточно мелкой, чтобы я смогла стоять, я начала иди вверх по песчаному уклону дна, заметив, как Дворняга бегает взад-вперед и радостно лает при виде меня.
Как только мы приблизились к пляжу, Чейз схватил меня за бедра и прижал спиной к одной из толстых деревянных балок, на которых держался пирс, и его глаза были такими темными здесь, в тени, что казались почти черными.
— Я должен забрать тебя с собой, — грубо сказал он, удерживая меня неподвижно, от чего его мускулистые бицепсы напряглись, и вода потекла по золотистой коже его груди.
— Потому что Фокс так сказал и теперь ты бегаешь вокруг него, как его маленькая сучка? — Поддразнила я, и хватка Чейза на моей талии болезненно усилилась, когда он прижался ко мне, так что его твердое тело придавило меня к месту, а голодный взгляд в его глазах только усилился.
— Я думаю, ты забываешь, что разговариваешь с Арлекином, детка, — сказал он опасно низким тоном. — Я мог бы утопить тебя здесь и сейчас, и никто бы даже не спросил меня об этом.
— Фоксу, возможно, будет что сказать по этому поводу.
— Я его не боюсь. — Чейз смотрел на меня долгую минуту, пока наше дыхание не стало тяжелым, но ни один из нас не отступил.
— И что теперь, здоровяк? — Подразнила я, когда волны захлестнули наши ноги, а Дворняга яростно залаял со своего места на пляже. — Я в твоей власти. Так что ты собираешься со мной сделать?
— Ты должна быть благодарна мне, — сказал Чейз, слизывая соль с губ и ненадолго привлекая этим мое внимание к своему рту, прежде чем я так же быстро снова отвела взгляд. Этим утром его подбородок был покрыт щетиной, и сочетание ее с тем, как его темные кудри были зачесаны назад водой, слишком сильно привлекало мой взгляд. Я не должна была смотреть на него так. Но были моменты в моей жизни, когда я время от времени фантазировала обо всех парнях-Арлекинах и о том, каково это — целовать их, прикасаться к ним… — А ты не собираешься спросить меня, за что?
— Я подумала, что ты все равно собираешься мне рассказать, — огрызнулась я в ответ.
— Отлично. Я позволю Фоксу рассказать тебе. Но когда ты будешь думать о том, чтобы отсосать его член в благодарность за щедрость, может, тебе стоит вместо этого отсосать мой, потому что это была моя идея.
— О чем, черт возьми, ты говоришь? — Потребовала я, опуская взгляд к его поясу, поскольку его предложение заставило мои мысли пойти по всевозможным путям, изобилующим членами.
Господи, мне действительно нужно было потрахаться. Может, я уговорю Ди и Лайлу пойти со мной в клуб в следующий раз, когда сбегу, и устрою грязный трах в переулке с незнакомым парнем, чтобы очистить свой мозг от всего этого токсичного любопытства. Я снова посмотрела на Чейза, облизнув губы, прежде чем смогла остановить себя, и его взгляд вспыхнул.
  
— Для протокола, — прорычал он, его рука переместилась с моего бедра к поясу, и он просунул пальцы под него прямо под моим пупком. — Если бы я оказался у тебя между бедер, ты была бы еще влажнее, чем сейчас, и ни черта бы не притворялась. — Его рука опустилась ниже, и я ахнула, а его глаза загорелись при осознании того, что на мне не было трусиков.
— Я поверю в это, когда увижу, — прошипела я, свирепо глядя на него и все же почему-то не делая никаких движений, чтобы остановить его руку. Не то чтобы я хотела, чтобы он продолжал или что-то в этом роде, потому что я чертовски ненавидела его и не собиралась позволять ему трахать меня рукой прямо здесь, средь бела дня. Но по какой-то причине я снова пыталась взять его «на слабо» и отказывалась сдаться первой.
Чейз пробежал взглядом по моему телу, отмечая мои затвердевшие соски, торчащие сквозь позаимствованную футболку, и то, как тяжело вздымалась и опускалась моя грудь. Его взгляд встретился с моим, и он склонил голову набок, как бы говоря: игра начинается, несмотря на ненависть, бушующую между нами.
Его рука опустилась ниже, и с моих губ сорвался вздох, потому что он был примерно в двух дюймах от того, чтобы обнаружить, что морская вода была не единственной причиной, по которой я сейчас была мокрой, и меня, по какой-то непостижимой причине, по-настоящему заводила мысль о том, что он превратит эту ненависть в похоть и сделает именно то, что он угрожал сделать.
Я переместила свою руку к его шортам, хватаясь за толстую, твердую длину его члена через промокшую ткань и взглядом подстрекая его сделать самое худшее, оценив при этом тот факт, что у него точно не было никаких проблем с уменьшением члена из-за стероидов, в конечном счете. Он втянул воздух сквозь зубы, и я получила желаемую реакцию: вся ненависть в его глазах растаяла в жидком бассейне желания.
— Это ваша собака? — раздался испуганный крик женщины откуда-то справа от меня, и я отдернула руку, повернувшись, чтобы посмотреть на упомянутую блокировщицу члена, в то время как она указывала на Дворнягу и свирепо посмотрела на меня.
Чейз тоже убрал свою руку, схватил меня за локоть и потащил за собой к берегу. — И что с того? — сердито ответил он.
— Он только что нагадил возле моего песочного замка, — сердито сказала она, и я не смогла удержаться от смеха.
— Так убери, сука, — бросил ей в ответ Чейз. — Мне насрать на это.
Я фыркнула про себя. Насрать. Мило.
Женщина выглядела разъяренной и повернулась, чтобы свирепо посмотреть на Дворнягу, который быстро развернулся и убежал от нее, чтобы начать рыться в мешке с мусором, который был оставлен рядом с мусорным баком в верхней части пляжа, но не внутри него. Некоторые люди действительно были животными.
— Если ты не разберешься с этим, я позвоню своему парню, и он придет и утопит его, — взвизгнула женщина, и ярость заструилась по моим венам.
— Ты что? — Потребовала я, но Чейз уже отпустил меня и шагнул из воды прямо к суке: мускулы напряжены, вода капает, а на лице ярость, как у гребанного мстительного бога моря.
Может быть, я смогу вызвать Посейдона и раздобыть у него одну из этих гигантских вилок, и он сможет разыграть фантазию, в которой я буду русалкой, а он… подождите, куда он засунет свой член, если я буду русалкой? И как русалки какают? Я тряхнула головой, чтобы прогнать эту чепуху и обратить внимание на ненавидящую собак суку, которую пора было поставить на место.
— Ты хоть понимаешь, с кем, блядь, разговариваешь? — Требовательно спросил Чейз, подходя к ней ближе. — Я гребаный Арлекин. Что означает, что эта шавка тоже Арлекин. Так что догадайся, что случится, если ты утопишь его, — я приду, чтобы взыскать с тебя долг кровью. И это будет не быстро. Я прокрадусь в твой дом ночью и перережу горло твоему парню, чтобы ты могла наблюдать, как он истекает кровью, а потом я превращу в подушечку для булавок твою уродливой задницей. Ты понимаешь, что это значит?