Псайкер. Путь изгоя (СИ)

Воспоминания о том, какой они путь проделали до сих пор, и какие испытания преодолела она сама, придумали Марианне сил. Она без труда встала, вытерла слёзы, прошла немного по коридору вперёд. Услышала отдаленные шаги. Через несколько секунд впереди пробежал отряд слуг и вооруженной охраны. Творилось что-то неладное. Тут-то девушка поняла, что генеральский штаб тоже находится под угрозой, особенно если враг вычислит его местоположение. Здесь тоже было небезопасно.
Бегать за слугами, тем более в такой критический момент, она сочла довольно бессмысленным. Сейчас всем будет не до неё. Псайкер прошла чуть дальше, сконцентрировалась. Крайне редко ей доводилось заниматься подобным, ибо не приходилось, но сейчас… вскоре до её ментального слуха дошёл едва слышимый рой чужих мыслей. Вот оно, высшее командование Сераписа.
«Я должен снова принятькомандование войсками, должен вернуться в строй… или хотя бы принять смерть, как воин Его» – донеслись до Марианны отчётливые мысли генерала Оттона. Вокруг него суетилось несколько врачей, пытавшихся удержать, и одновременно залечить первейшие раны своего неугомонного пациента. Слуги, охрана, и старшие офицеры занимались примерно тем же. Несколькими этажами выше раздавал приказы генерал Вангиннем. Поверхностно прочтя его мысли, девушка поняла, что тут беспокоится не о чем. Пожилой ветеран множества войн будет до последнего защищать вверенный ему мир. Что же касается свиты Оттона, то в конце концов, Роллан прав.
– Господин Акетон, это я, Марианна Рохе, не пугайтесь. 
Девушка почувствовала, что полковник всё равно непроизвольно дёрнулся.
– Марианна! Тьфу ты! В других обстоятельствах я бы разозлился, что ты так грубо лезешь в мои собственные мысли, да ещё и без разрешения, но…
– Простите. Не хотела вас пугать. Постаралась связаться с вами как можно более аккуратно. 
Окружающие явно заметили перемены в поведении Раммонда, так что Марианне пришлось подождать, пока он объяснит им, что происходит.
– Ситуация критическая, ты и сама наверняка это видишь. Сейчас же возвращайся к нам, мы планируем эвакуироваться… 
Не успел полковник договорить до конца, как на здание посыпался град снарядов. Казалось, весь штаб заходил ходуном до самого основания. Задрожали стены, что-то посыпалось с потолка, в дребезги разлетелись стёкла. Марианна вскрикнула, закрыла голову руками, но неё даже пылинка не упала. Однако обстрел повторился.
– Они пробиваются сюда! Враг уже здесь! Марианна, или беги, или ищи укрытие, быстро! Охрана уже не может сдержать их!.. 
Её не было нужды повторять. Псайкер сама почувствовала целую волну негативных мыслей, полных жажды крови и насилия. Не меньше полусотни солдат предателей ворвались в здание и убивали всё на своем пути. Охрана, почти вся отправленная на фронт для главного сражения, не могла остановить этот темный прилив. Совсем скоро они будут тут, и Врагу, вероятно, удастся обезглавить верховное командование Сераписа.
Марианна не знала о прибытии целого карательного флота Империума, и потому даже не могла предположить, что на самом деле Андроатос, уже осознавший своё поражение, просто решил напоследок нанести ещё один удар.
Девушка спряталась за одним из столов, чувствуя скорое приближение предателей. Нет, их слишком много, и они довольно умело, будто зная план здания, берут добычу в тиски. Бежать надо было раньше, гораздо раньше…
Совсем скоро в коридоре снизу послышались торопливые шаги, стрельба, крики боли и предсмертные хрипы.
Марианна прижала ноги к груди, светлые её волосы растрепались по плечам. Она ощутила внезапное спокойствие, смешанное с каким-то возвышенным чувством, словно сейчас должен наступить какой-то важный момент. Душа её как будто хотела покинуть свои законные границы, подняться ввысь. Глаза, которыми так восхищался Альберт, закрылись сами собой.
Всегда я была лишь ведомой. Сначала шла сама, опираясь лишь на собственные силы, но скоро поняла, что их недостаточно. Я слаба сама по себе. Мне были слишком страшно, слишком тревожно, и я прятала это за маской грубости и отчуждения. Все вокруг заблуждались, считали меня сильной. Но Руксус… я уже столько думала об этом, но каждый раз приходила к выводу, что просто шла за ним. Меня восхищала его сила, настойчивость, он всегда говорил, что мы в первую очередь люди, и уже после – псайкеры. Его ненависть к обычным людям иногда пугала, но и двигала меня вперед. В каком-то смысле я разделяла её… но в последнюю нашу встречу ты изменился, Руксус, словно исцелился от этой ненависти. Говорил прямо противоположное тому, что утверждал почти всю жизнь. Жаль, что нам выпало так мало времени, и что я так и осталось ведомой, но знаешь, раз это твой новый путь, то… 
  
Шаги становились всё ближе. Еретики не утруждали себя долгими поисками, но Марианна знала, что они чётко движутся к своей цели. Совсем скоро они достигнут покоев генерала Оттона, а то и Вангиннема. Девушка ровно вздохнула, открыла глаза.
Похоже, я не смогу увидеть, к чему приведет твой новый выбор, Руксус, не смогу пройти его вместе с тобой. Ты меня сейчас не видишь, но знай – впервые я чувствую так отчётливо, что делаю самостоятельный выбор. И что этот выбор правильный. Прощай. Если бы даже у нас было множество жизней, с разными судьбами, то даже так, не сомневаюсь…во всех этих возможностях я бы всё равно полюбила тебя. 
Подумав о том, что у них, вероятно, могла бы быть и семья, Марианна выпустила остатки своих пси-сил.
Космодесантник в рогатом шлеме одиноко стоял поодаль от битвы. С его плеч спускался рваный плащ, за спиной, на шипах, покоилось несколько черепов, в руках – простой болтер.
Воин наблюдал за сражением, почти не шевелясь; словно собирался позднее писать с него картину.
– Доклад.
Астартес не сразу включил в ответ вокс.
– Объект ещё жив и всё еще сражается. Данные нашего анализа полностью подтвердились. Твари извне оказались неспособны даже ранить его.
Минуту царило молчание. Воин продолжал одиноко следить за битвой, и все вокруг словно не замечали его бездействия.
– В таком случае твоя миссия выполнена, Аутостос. Возвращайся в штаб. Челнок будет ждать тебя в условном месте.
– Вы уверены? – спросил оперативник. – Я бы мог продолжить наблюдение.
– Не стоит. Объект жив, исход известен. Андроатос проиграл, его Поход закончен. Возвращайся.
– Будет исполнено. Во славу Гидры.
– Во славу Гидры.
Кериллан с досадой наблюдал за тем, во что превратился храм. Как и многие космодесантники, он не разделял обожествления Императора, но и не лез в дела простых смертных, не осуждал их заблуждений. Его дело, как воина-Астартес, в первую очередь, это защита людей.
Однако здание все же пострадало от обстрелов, тут и там виднелись следы недавно отгремевший битвы. Это был совсем небольшой храм, буквально один из сотен по всей Атолле, но его явно защищали до самого конца. Пока Кериллан поднимался, краем слуха улавливая звуки бушующего сражения на улицах столицы, он заметил несколько обагренных кровью кучек тел, сложенных в самых, казалось, неприметных местах. Среди них космодесантник заметил как защитников храма, предателей, – так и священнослужителей, даже молодых клерков. Никто не хотел покидать священное место без боя, тем более перед лицом злейшего врага. Вечного Стража это тронуло, он подошёл к одному из красных холмиков.
Ближе всего лежала девушка лет шестнадцати, с коротко стриженным темными волосами. Белое монашеское её одеяние побагровело от пулевых попаданий, кристально чистые голубые глаза застыли в ужасе неверия. Правая рука, казалось, ещё держала лазпистолет. Кериллан печально покачал головой, приложил хрупкую белую руку с оружием к груди, как то принято у воинов, и осторожно закрыл погибшей глаза. Как никогда раньше он почувствовал разницу между собой и простыми людьми, то, насколько они кажутся хрупкими и уязвимыми в сравнении с Ангелами Императора. К тому же монахиня была ещё так молода! Юная жизнь, столь зверски оборванная, вновь пробудила в Кериллане непреодолимый гнев. Ещё громче завопила разгоняемая двумя сердцами кровь, требуя отмщения. Он пришёл сюда положить всему этому конец – и исполнит свою клятву. Прощальным жестом воин осенил павших аквилой, после чего продолжить путь.