Псайкер. Путь изгоя (СИ)

– Я готов уплатить эту цену чертовым тёмным техножрецам, лишь бы сектор Фарида наконец-то пал. Я и так дал лоялистам лишние часы жизни, лишь бы стянуть сюда все свои основные силы. Жди в лагере, Змеиный Глаз, а мы сделаем всё остальное.
  
Глава 36
 
Снег и признание 
Оттон торопливо одевался на ходу, до сих пор не веря в услышанное. Что за безумие нашло на Торкве? 
Тут-то он вспомнил ранние донесения от того мальчишки-псайкера, и то, о чем в высших кругах обороны Сераписа предпочитали либо молчать, либо говорить шёпотом. Прямо над ними висит Варп-Буря, которая, как говорят, становится только сильнее… неужели это она сподвигла одного из генералов Астра Милитарум на самоубийственное безрассудство? Оттон мог только подозревать, однако в чём он точно был уверен, так это в том, что подобное безумие погубит не только Торкве, а всех последних защитников Сераписа. 
Последним отточенным движением Джейк погрузил болт-пистолет в кобуру на груди, верная сабля с позолоченной гардой покоилась на поясе. Вероятно, ему совсем скоро придётся пустить всё это в ход, хочет он того, или нет. 
– Все остальные уведомлены об этом? – требовательно спросил генерал у своего адъютанта, молодого парня, навязанного несколько лет назад «любимой» семьей. Кажется, его звали Солас. 
– Не могу знать, господин. Великие Ангелы Императора знают точно, генерал Эйст Вангиннем тоже. 
Ключевые фигуры знают. Отлично. 
– А где сам генерал Торкве? Он здесь, в штабе?
– Кажется, да, господин. Последнее, что я о нём слышал – сэр Торкве закрылся в одной из комнат и никого к себе не впускает. С ним пытались выйти на связь, но… 
Оттон резко замер. 
– Что с вами, господин?
– А ведь этот безумец… он ведь приказал своим войскам строиться, верно? 
– Насколько мне известно – да. 
Этот сумасшедший не оставил нам никакого выбора. Проклятие…и это когда все лорды-инквизиторы куда-то пропали, и с ними тоже нет никакой связи! 
– Я так подозреваю, срочный совет уже собирается. 
– Не знаю, – честно признался Солас. – Тут сейчас такой хаос, господин…
Оттон и сам это видел. Кругом суетились слуги, члены свит, простые служащие, чьи-то помощники. Буквально десятки людей суетились, словно муравьи, по всему тайному штабу высшего командования обороны Сераписа. 
– Хорошо, оповести всех от моего имени, генерала Оттона. Я призываю всех собраться и решить вопрос с безумным приказом командующего Лиама Торкве. Так же я заранее предупреждаю, что готов кровью доказывать свою точку зрения. 
Короткий его сон был полон тревог и кошмаров. Он не мог, да и не хотел запомнить хоть один из них, но все пролетающие в сознании образы терзали хуже тупого ножа. Когда над лагерем наконец завыла тревога, Руксус проснулся в холодном поту, весь дрожащий, с застывшим взглядом. Ощущение подавленности было столь сильным, словно он вовсе и не спал, – только закрыл глаза ради того, чтобы посмотреть цепочку травмирующих разум ужасов. 
Едва одеяло слетело с койки на холодную землю, тревога взвыла ещё громче, в воздухе раздался проносящийся куда-то далеко свист. Наши самолёты, понял юноша, стремительно одеваясь и стараясь хоть как-то забыть то, что видел. Жуткие образы, полные ужасов Имматериума, не желали без боя отпускать его. Только полностью облачившись в одеяние псайкера-примарис Руксус заметил, что находится в их крохотном бараке один.
Внутрь забежал перепуганный Симон.
– Руксус, враг наступает! Они уже идут! 
–Знаю, Симон. Это было неизбежно.
Они вместе вышли на встречу холодному утреннему ветру и слабому снегопаду. Воздух снова расчертил ровный строй самолётов Империалис Аэронавтика. Руксус мысленно пожелал им удачи. 
Оставшиеся силы Имперской Гвардии готовились встречать наступающие орды Архиврага. Сотни единиц боевой техники, тысячи простых солдат и офицеров. Руксус наблюдал за этим словно со стороны, и его охватили противоречивые чувства. На первый взгляд вся эта сконцентрированная в одном месте мощь легко могла впечатлять, но юноша знал, что всех их мало, прискорбно мало для защиты целой планеты. Врагов гораздо больше, так что бойцам Астра Милитарум придётся надеяться лишь на свою отчаянную храбрость. Как долго их безрассудный островок сможет продержаться? Руксус поднял взгляд к бело-голубому небу, ласковым лучам довольно тёплого солнца, постарался ими насладиться, ибо возможно, это последний рассвет в его жизни, – но он даже рад встретить его в кругу братьев-однокровок. В конце концов, всё это было понятно с самого начала, предначертано судьбой. Жизнь им подобным, псайкеров-примарис редко бывает долгой и уж тем более счастливой.
  
На холм поднялся незнакомый офицер, судя по нашивкам – какой-то капитан. Руксус видел его раньше, даже запомнил это суровое безбородое лицо, но имени так и не узнал.
– Срочное донесение для вас, колдуны. Я забираю тебя, – он показал на Альберта, – так что давай, иди за мной. 
– Можно узнать причину, господин офицер? – спокойно спросил Руксус. 
Капитан бросил на него короткий презрительный взгляд, после чего через силу произнёс:
– Какая-то там пожилая колдунья погибла вчера, так что отделением этого вашего нечестивого отребья из местной школы некому командовать. Руководство выбрало тебя, парень. Ты будешь направлять их, и скорее всего, так же сдохнешь рядом с ними. Ну, да не моё это дело. Мне было приказано только проводить тебя. 
– Пожилая колдунья? Шиора Керания? – Альберт, ошеломлённый, посмотрел на друзей. 
– Может, и она, – пожал плечами старший офицер. – То, что от неё осталось, зачем-то принесли в лагерь. Пошли, колдун, враг уже начал наступление, время не ждёт. У меня ещё есть свои обязанности, прежде чем тут начнётся ад. 
– Иди, брат. Времени действительно мало, – телепатически обратился к нему Руксус. – Похоже, они выбрали тебя исключительно потому, что бояться меня и моей силы. Им не хочется отпускать меня с короткого поводка, поэтому должен идти ты. Симон славный парень, но он обычный псайкер, но вот ты… более чем талантлив.
Альберт, в конец растерявшийся, обернулся. 
– Брат, но я… 
– Колдун, ты идёшь, или мне использовать силу? 
– Дайте нам минутку, господин офицер, пожалуйста. 
Что-то в голосе юного псайкера заставило капитана на короткое время смягчиться, так что он отошёл в сторону и принялся довольно нетерпеливо ждать. Альберт ближе подошёл к Руксусу и Симону, растерянный, почти подавленный. 
– Тебе выпал шанс показать себя во всей красе, брат. Жизни наших братьев и сестер-однокровок теперь в твоих руках, – с улыбкой произнёс Руксус и протянул руку. – Мы ещё встретимся, я уверен. 
Альберт принял жест, и Руксус притянул его к себе, крепко обняв. 
– Спасибо. У меня к тебе всего две просьбы. Выживи. Выживи и защити Марианну, если я… 
– Не думай об этом. В любом случае я рад, что у меня есть такой брат как ты, Альберт; что у меня есть ты. Береги себя.
Они ещё раз крепко обнялись, после Альберт попрощался и с Симоном. 
– Мне особо нечего сказать, мы знакомы явно меньше… но ты там уж постарайся.
– Конечно, Симон. Приглядывай за Руксусом, ладно? И не бери в голову то, что произошло с Гелиорой, не позволяй этим мыслям отравлять свой разум, во всяком случае, не сейчас. Я готов идти, господин офицер, – приободрённым голосом обратился к теряющему терпение капитану Альберт. Прежде чем окончательно скрыться за пригорком, он ещё раз обернулся, с улыбкой поднял руку и уверенным шагом последовал за офицером. 
Весь лагерь напоминал море в разгар страшного шторма; все готовились к последней битве за Серапис. Ближе к середине пути капитан перешёл почти на бег. Прошло не менее пятнадцати минут, прежде чем они достигли места назначения.
– Здесь я почти закончил, – оповестил капитан, доставая из нагрудного кармана вокс-приёмник. – Последующие указания будешь принимать через него. Не пожелаю удачи, но постарайся хотя бы своими трюками не попасть в нас.