Псайкер. Путь изгоя (СИ)

Селецио задумался.
– Нет, адмирал Каин. Впервые слышу это имя.
– Тогда вам повезло. Лично я никогда не встречался с этим человеком, но говорят, он был одним из самых блестящих учеников самого лорда-адмирала Сегментума Солар, ныне действующего.
Мысли о том, сколько талантливых, многообещающих людей, способных достойно служить человечеству, в итоге предают Империум, и раньше не доставляли коммодору особого удовольствия.
– Это значит, что и флот у Андроатоса достаточно силён. Впрочем, я уже успел это заметить, во время прошедшей погони. Корабли врага действовали совсем не так, как ждёшь от обычных головорезов Хаоса.
– Ваша правда. Так что в нашей окончательной победе именно сейчас, при нынешнем соотношении сил, лично я бы не был уверен.
Селецио ещё несколько секунд смотрел на карту, прежде чем заметить:
– Перифой и не позволит ввязать себя в бой, по крайней мере, сейчас. Похоже, он просто держит дистанцию, при этом продолжая держать Серапис в осаде. Эти кошки-мышки не дадут нам желаемого результата, без прибытия серьёзных подкреплений. Я прав?
– Всё верно, – адмирал на какое-то время пропал, видимо, отвлёкшись на что-то, после чего вернулся. Голос его звучал более торопливо: – без подкреплений, даже с учётом вашего прибытия, нам не отбить Серапис, ни с земли, ни с космоса. Пока что нам остаётся лишь держать оборону, прежде чем мы сможем организовать решительную контратаку.
– Ситуация, в целом, ясна, адмирал. Позвольте мне пока что удалиться к своим людям. Я хочу понять, в каком состоянии флот и его экипаж, а то до сих пор не видел даже сводок о потерях. К тому же, уверен, после произошедшего мои люди хотят услышать что-то утешительное от своего коммодора. Готов подчиняться и передаю все свои корабли под ваше командование, адмирал Каин. Приведите нас к победе.
– До неё ещё очень далеко, коммодор.
– Да сохранит нас Император.
Оттон с достаточно задумчивым, напряженным выражением лица наблюдал за транспортировкой. Прямо сейчас в глубокую утробу транспортных челноков заезжали колонны «Химер». Рука генерала, словно предвкушая грядущие битвы, лежала на эфесе силовой сабли. Даже когда совсем рядом послышались шаги, он не обернулся.
– Похоже не даром говорят, что Владыка может отвернуться от тебя утром, но благословить вечером, – раздался за его плечом приободрённый голос Селецио. – Несмотря на катастрофу в начале нашего пребывания здесь, высадка вашей армии почти закончилась.
– И пришло время выковать победу Империума в этой войне. Благодарю вас за всё то, что вы сделали. Только благодаря вам и вашим навыкам моя армия, даже с учётом потерь, добралась сюда, – несмотря на своё достаточно снисходительное отношение, говорил Оттон искренне.
– Я лишь исполняю свой долг перед Вечным Троном, теперь вы выполните свой. Здесь наши пути, по крайней мере сейчас, расходятся. – Селецио с открытой улыбкой протянул Оттону руку. Тот крепко ответил на рукопожатие. – Как вам идея выпить отменное вино после нашей победы? Я угощаю.
– Для начала надо победить, – мрачно заметил генерал. – Но ваше предложение принимаю. Давайте выживем, коммодор.
– И да не оставит нас Бог-Император, – коммодор сложил аквилу на груди, Оттон в ответ сложил свою.
Они застыли в молчаливом, тревожном ожидании, какое случается перед грядущими крупными сражениями, и каждый погрузился в собственные мысли. Коммодор почему-то вспомнил мальчика-псайкера, которого поблагодарил за спасение одного из своих кораблей, «Святого Агриппы». Это произошло благодаря едва работающей из-за Варп-Перехода видеосвязи, и Селецио не запомнил имени юноши, но его впечатлила внешность и особенно взгляд мальчика. Его ответ так же не оставил коммодора равнодушным – он с честным выражением лица сказал, что не сделал ничего такого, и лишь спас тех, кого смог.
– «Простите меня, я не успел вовремя, мне сильно мешали по дороге. Приди я вовремя, эти десять человек не погибли бы».
–« Не стоит извиняться, ведь ты спас весь остальной корабль, а это ещё тысячи людей».
  
– «Тогда мои усилия действительно были не напрасными».
– «Однако, я слышал, что ты не очень хорошо относишься к не-псайкерам. Так почему же ты извиняешься и выглядишь расстроенным»?
Мальчик помедлил с ответом.
– «Потому что ни один человек не заслуживает того, чтобы его в клочья порвала тварь из Варпа».
Капитан «Святого Агриппы» подошёл к ним, когда транспортировка на Серапис почти завершилась, и очередь дошла до полковых псайкеров.
– Не очень хочу это признавать…но вы помогли моему кораблю и многим моим людям. Благодарю вас.
Руксус поймал его взгляд, смело посмотрел ему в глаза.
– Нам не очень хотелось разлететься на кусочки вместе со всеми…сэр. Мы просто сделали всё, что было в наших силах.
– Многие всё равно погибли, – согласился капитан, пышноусый мужчина средних лет. – Однако семеро моих ребят сейчас лежат живые в лазарете именно благодаря тебе, а сколько жизней спасли все вы трое, знает только Владыка.
Да, мы спасаем вас, чтобы Он продолжал ненавидеть и презирать нас. Это же так справедливо, не правда ли? 
–Не стоит благодарности, – потупив взор, ответил Руксус и отвернулся. Их ждал шаттл.
– Я начинаю не понимать тебя, брат, – тихо сказал ему в спину Альберт, – то ты говоришь, что хочешь сжечь всех лоялистов до последнего, то начинаешь им помогать и даже спасать. Что с тобой происходит, в конце концов? Не подумай, что мне не нравился твой выбор, но я хочу понять, что наконец тобою движет.
Руксус невольно сжал кулаки.
– Просто не хочу, чтобы кто-то отбирал моё право мстить. Это я их должен убивать, а не кто-то ещё.
– Иногда ты абсолютно не умеешь врать, – покачал головой Альберт, – даже если бы умерли эти солдаты, в Империуме их миллионы. Не верю я, Руксус, что тебе бы не нашлось, кого сжигать. Нет, брат, ты лжёшь, и не только мне, но и себе.
– Не пытайся копаться там, где даже я не всего понимаю.
Они вошли в шаттл, принялись занимать свободные места.
– Я слышал, ситуация на Сераписе гораздо тяжелее, чем на Илосе.
– Прекрасно. Я вновь смогу дать волю своему огню, ибо видит этот их Император, убивать у меня получается куда лучше, чем спасать.
Весь полёт до Сераписа они молчали. Мрачно поглядывал на псайкеров привязанный к ним офицер по фамилии Даллас, тихо гудели работающие системы. Иногда челнок едва ощутимо потряхивало, но чего-то действительно опасного не случалось.
Чем ближе становилась планета, тем сильнее Руксус ощущал, как Варп-Разлом давит на его сознание изнутри, как переполнена энергией Губительных Сил вся эта система, не только субсектор. Он почувствовал присутствие очень сильного псайкера где-то на борту одного из кораблей еретиков; еще парочка таких источников находилась на самом Сераписе, но юноша не мог определить их природу. Восприятие негативной энергии охватило его с новой силой, куда мощнее, чем это произошло на Илосе. Если там люди только страдали и умирали, то здесь, у Сераписа, ещё и концентрировалась мощная энергия Хаоса, посвященная Кровавому Богу.
– Эй, брат…что с тобой? Ты весь побледнел.
Руксус только сейчас понял, что очень тяжело, прерывисто дышит.
– Всё очень плохо, Альберт. Плохо, очень плохо…
– О чём этот мутант там болтает? – заволновался офицер Даллас.
–Пока не знаю, сэр, но я ещё никогда не видел своего друга таким.
– Приведи его в чувство! – потребовал офицер. – Или я за себя не ручаюсь!
– Не стоит, сэр… – выдавил из себя Руксус. – Я не схожу с ума, и не мутирую. Дело совсем в другом. Как только мы окажемся на поверхности…мне надо будет снова поговорить с командованием.
–Почему это? С чего ты решил, что имеешь право его тревожить?
– Потому что я сильнейший псайкер в этой армии, демоны тебя раздери, – огрызнулся Руксус. – И я должен предупредить всех, кто руководит обороной о том, что происходит. Все эти смерти, предсмертные крики… Не знаю, создали ли слуги Хаоса эту Бурю, но они однозначно её усиливают и поддерживают, господин офицер. Грань между нашими мирами именно здесь, на Сераписе, тоньше всего.