Псайкер. Путь изгоя (СИ)

– Помочь? Но как?!
– Увидишь. Возвращайся к орудию, быстрее! Дальше я сам.
Прорвавшаяся сквозь защиту флота торпеда попала близко от оружейной палубы, уничтожив ещё две пушки. Альберт вновь не удержался на ногах, ударившись спиной об стену. Краем глаза он заметил, как попадали остальные матросы.
С трудом вернув себе равновесие, юноша встал за их спинами, несколько секунд пронаблюдал за тем, как они заряжают и наводят орудие. Альберт в них совершенно не разбирался, но оно ему показалось достаточно скромным. Он знал, что на кораблях Империума встречаются настоящие монстры, способные одним выстрелом превращать в пыль целые здания.
Соберись. Руксус верит в тебя, как и эти люди. Ты не можешь их подвести. 
Никогда не испытывая проблем с контролем над собственными пси-силами, Альберт призвал все внутренние резервы и создал телекинетический щит, покрывший всю внешнюю обшивку оружейной палубы. На последующие несколько минут орудия оказались практически непроницаемы для атак извне.
Теперь…только держаться. Насколько хватит сил. Всемогущий Император, пусть ты ненавидишь меня, – но защити хотя бы этих людей, ибо они сражаются и умирают во имя Твоё. 
Руксус склонился над ближайшим умирающим. Мужчина протянул к нему руку, на которой не хватало несколько пальцев.
–П-помоги, спаси…
–Хорошо, Альберт ушёл – но что делать нам? – заволновался Симон. – Моё псайкерство исключительно боевое, твоё, насколько я знаю, тоже не особо умеет чужие жизни спасать.
Руксус смотрел прямо в глаза человеку, что отчаянно цеплялся за жизнь.
– Ты мне поможешь.
– Чем же?
– Медленно передавай мне часть сил. Вас должны были этому учить.
–Да, но что ты собрался делать?
–Просто смотри.
Взгляд Руксуса, обычно невыносимый для простых смертных, застыл на его руках, облаченных в чёрные перчатки.
Это вполне возможно, если я захочу. Я псайкер, и это реальность подчиняется мне, а не я ей. 
Он почувствовал, как сила Симона тонким потоком вливается в его душу, едва заметно обволакивая её. Собственная мощь Руксуса смешалась с этой чужеродной энергией – и ей срочно требовался выход. Юноша протянул руку к умирающему. Тот едва не схватил её двумя оставшимися пальцами.
–Помоги же, прошу…
Впервые в жизни Руксуса с его пальцев сорвался не огонь, а полупрозрачная, едва заметная зелёная пелена. Она растаяла, медленно упав на культю матроса,– и через несколько секунд на глазах у Симона недостающие пальцы начали вырастать заново, словно сотканные прямо из воздуха. Сначала образовались кости, за ними мышцы и нервы, а под конец всё обросло кожей.
– Руксус!.. Это же…биомантия!..
– Не отвлекайся, Симон, прошу. Для меня это необычайно тяжело, и мне нужна твоя поддержка. До сих пор я создавал только огонь, сжигал, убивал, но не лечил. Ты сам, как псайкер, должен понимать, насколько трудно познавать новое Дисциплину. Тут важна концентрация. И пока мы болтаем, эти люди умирают, так что будь добр, не останавливайся. Я восполняю свою энергию твоей.
–Х-хорошо, Руксус, я понял. Извини.
Ментальный поток восстановился, и юноша обратил своё внимание на самую страшную рану мужчины, возле печени. Только сейчас Руксус увидел, что несчастный лишился обеих ног.
– Тебе повезло, – с мрачным смешком произнёс Руксус, – что раны тут же прижгло. Непонятно только, как тебя не свалил болевой шок, но хоть кровью не истечёшь.
На вид матросу было немного за тридцать. Светловолосый, некогда приятной наружности, а теперь непонятно ещё как существующий в этом мире почти сгоревший труп.
–Ч-что?.. Что т-ты говоришь?
–Т-ш-ш, тише. Ничего не говори. Не трать силы.
Руксус поднял ладонь над сгоревшей кожей мужчины, сконцентрировался. Ощутимо сказывалось отсутствие опыта, из-за чего юный псайкер тратил куда больше сил, чем следовало бы, – и это с учётом проблемы с контролем, которые никуда не делись. Руксусу стоило огромных усилий в первый раз использовать такую сложную, редко встречающуюся Дисциплину, как биомантия.
  
С его рук вновь слетела зеленоватая энергия, моментально растворившаяся при соприкосновении с чужой плотью. Во второй раз Симон был поражён тем, как на его глазах начали затягиваться такие серьёзные, смертельно опасные раны. Не прошло и минуты, как угрожавшие жизни ожоги затянулись, оставив после себя только неестественно шершавую кожу, будто пришитую каким-то безумным хирургом.
Матрос закрыл глаза, дыхание его становилось ровнее. По остаткам униформы Руксус опознал в нём младшего флотского офицера.
–Этот спасён, идём дальше.
–Это…это просто чудо, Руксус! Как ты вообще смог?..
–Обсудим это позже, Симон, – он смахнул пот со лба.
– Эй, ты в порядке? Выглядишь не очень, честно говоря.
– Не стану скрывать, что биомантия пока очень тяжело мне даётся, – с глубоким выдохом ответил Руксус. – Но выбора нет. Продолжаем. Спасём столько жизней, сколько сможем.
При активной поддержке орудий с Сераписа расстояние между флотами лоялистов сокращалось. В конце концов, группе Селецио удалось прорваться, и корабли еретиков принялись разворачиваться на исходные позиции. Стороны обменялись дальними выстрелами и торпедами, после чего поспешили вернуться на изначально занимаемые ими рубежи.
Селецио с удручённым видом получал сводки со своих оставшихся кораблей – каждый из них был в той или иной степени поврежден, досталось даже его флагману, хоть и явно меньше всех. «Какие-то сомнительные подкрепления мне удалось доставить к Серапису», подумал коммодор.
–Наконец-то мы выбрались, – раздался за его плечом приободрённый голос генерала Оттона. – Если бы не ваше мастерство, нам бы вряд ли это удалось. Благодарю вас от имени всего Астра Милитарум.
– Всё равно погибли люди, – пожал плечами Селецио, приняв более уверенное выражение. – Однако рад, что смог спасти хоть какую-то часть наших сил.
Генерал кивнул, бросил взгляд на огромный белый шар, застывший по ту сторону иллюминатора.
–Пришло время разобраться в том, что же здесь, во имя Святого Трона, вообще происходит.
Коммодор тоже потратил несколько секунд на рассмотрение Сераписа.
– Думаю, мы с вами немного запоздали, генерал.
Бортовые хронометры показывали, что с момента начала Варп-Прыжка и до сей секунды прошло немногим более четырёх месяцев.
– Значит, они всё же прорвались.
–Да, господин, хотя не думаю, что это как-то изменит ситуацию.
– С одной стороны ты прав, однако мне бы не хотелось, чтобы Серапис получал хоть какие-то подкрепления.
Он отошёл от командной панели, спустился ниже.
– Похоже, война идёт лучше, чем мы ожидали.
– Хуже, чем я предполагал, но изначальный план пока выполняется успешно, практически в сроки.
Среди напряженных переговоров десятков человек отчётливо и словно неестественно раздался скрип керамита.
– Серапис почти пал, остались последние рубежи обороны – и тогда весь субсектор будет моим.
–Во истину, брат. Какие будут приказания? Надеюсь, ты вернёшь меня обратно на Серапис.
– Тебе там так понравилось?
– Псы лже-Императора неплохо оборонялись, пролилось немало крови, прежде чем мы смогли захватить эти орбитальные пушки.
Перифой, украдкой наблюдавший за диалогом, прекрасно чувствовал настроение своего грозного господина, и знал, что тот начинает злиться. Тем не менее, он решил спуститься и, задрав голову, отчитаться:
– Лоялисты отступили на исходные позиции, новоприбывшая крохотная флотилия сильно повреждена.
– А должна быть уничтожена. Но ты всё равно неплохо поработал, Трижды Проклятый. Пока что я не пожалел, что сохранил тебе жизнь.
Мятежный адмирал, чей широкий лоб украшала выгравированная ярким чёрным цветом восьмиконечная звезда Губительных Сил, почтительно склонился.