(не) Признанная фениксом (СИ)
Создали его после завершения страшной войны между фениксами и драконами. Что не поделили эти две магические расы, что пошли войной друг на друга, давно кануло в Лету и расплодило миллион версий. Одна из самых в кавычках официальных ― истинная. Так зовётся пара драконов, к которой он привязан душой и телом. То ли та девушка должна была стать женой феникса, то ли была ей уже, вот дракон и поднялся против огненных, взяв на подмогу сородичей, а те в ответ показали свой огненный нрав.
Кто тогда победил — непонятно. Ара говорит, драконы взяли вверх, Рон утверждает, что фениксы. Итог: Фьёра разделилась на две части непроходимым барьером.
Фениксы лишили те земли своей поддержки, и драконы вынуждены были находить свои способы поддерживать магический баланс. И, судя по всему, им это неплохо удавалось, так как, по слухам, народ жил там неплохо. Правда, побывавших там можно по пальцам пересчитать, а принцип «глухого телефона» работает и здесь.
― Мой прадед смог договориться с владыкой драконов о том, чтобы ириаты помогли нам сохранить наши леса ― начал вдруг объяснять светлейший. ― Фениксам с каждым поколением всё сложнее поддерживать магический баланс наших земель. Мы отдаём почти всю силу, чтобы наш народ не погиб от голода. Природа страдает от магического дисбаланса. Погибнем мы ― погибнут драконы. Хранительницы лесов помогают направлять и распределять магические потоки между нашими лесами и лесами драконьих земель, тем самым спасая их и помогая нам. Лира ― одна из таких дев живущая на два леса.
Светлейший подошёл к девушке и, так же, как и Крон, внимательно обследовал место недавнего ранения, чуть касаясь пальцами обнажённой кожи.
― Да что им непонятно там? Видно же, что всё зажило и даже следа не осталось? ― совсем тихо прозвучало у самого моего уха моя собственная мысль из уст проклятийницы.
Хотела даже улыбнуться такому совпадению наших мыслей, но тело стало вдруг ватным.
― Как вы её нашли? ― задал вопрос светлейший, посмотрев строго на меня. ― Мы приходили здесь, но её не видели.
― Она сама позвала, ― честно призналась, потихоньку оседая на землю. Очевидно, мой организм ещё не привык к моим улучшенным способностям, и силы так быстро не восстанавливаются, как раньше.
― Эй, девочка, ты чего? ― Рон тут же оказался рядом, становясь моей поддержкой.
― Всё в порядке, просто немного устала, ― всё–таки улыбнулась, принимая помощь мужчины. ― Её действительно, не было видно: она проявилась, когда увидела Крона, я почувствовала её только через свой дар, ― продолжила объяснять, уже сидя на земле.
― Похоже, Лира призвала защиту леса, а снять её у неё не хватило сил, когда мы проходили мимо, ― предположил Крон, убирая с лица девушки выбившуюся прядь волос.
― Кому понадобилось наподдать на хранительницу? ― пробурчала возмущённо ведьма, внимательно следя за каждым движением друга главного мирэ.
― Никто, кроме фениксов и драконов, не знает о том, что нам помогают ириаты, ― поделился ещё одной тайной информацией мой муж и, наконец, оторвался от девушки.
Но как–то от этого не стало легче: теперь он чёрной тенью, шагнул в мою сторону.
― Думаете, это разбойники? ― Рон тут же подобрался и чуть отступил от меня.
― Нет, тот, кто её ранил, знал куда бить, чтобы лишить силы, да и ириаты не показываются случайным людям, ― не выделяя ни единой эмоции на своём высеченном будто из камня лице, муж присел рядом со мной и бесцеремонно взял мою кисть, на которой была спрятана печать, в свои ладони. Инстинктивно дёрнулась, попытавшись освободиться, на что на меня шикнули как на разговорившегося ребёнка, да ещё и глазами сверкнул так, что захотелось слиться с местной флорой.
― Скорее всего, это был тот, кого она знала и доверяла настолько, чтобы рассказать, кто она такая, ― лёд в голосе мирэ вдруг стал бархатистым, обволакивающим сознание туманом. Рука внезапно стала горячей и легкой. ― Напрашивается вопрос: где Лиру ранили и будут ли искать?
Голос Орма, как и лицо, всё так же не выдавало ни одной эмоции. Казалось, он просто сидит рядом и держит мою руку, озвучивая свои мысли. Вот только я отчётливо ощущала, как теперь уже не только рука, всё тело горело, при этом даря чувство наполненности.
― Что Вы делаете? ― произнесла одними губами.
На что мирэ лишь дёрнул уголками губ и тут же отстранился.
― Ара, мне необходима Ваша помощь! Прокляните–ка эту поляну для отвода глаз: Лире нужно время, чтобы прийти в себя, да и Рита ещё полностью не восстановила силы после ночного удержания души, а уже потратила немало энергии на спасение ириаты. Рон, идём, приведём лошадей и спрячем экипаж, ― встав на ноги, начал раздавать указания светлейший, игнорируя мой вопрос. ― Крон, ты…
―Я знаю, что делать, ― оборвал его мирэ, быстро снимая свой пиджак и, сложив его наподобие подушки, подсунул под голову девушки, после чего встал и направился в сторону Ары.
Орм кинул на друга строгий такой взгляд, затем посмотрел на меня, всё ещё сидящую на земле.
― Постарайся пока никого не спасать, ― как–то неожиданно мягко обратился ко мне.
― Будто это от меня зависит, ― кинула в ответ совсем тихо, но мирэ, похоже, услышал, так как улыбка всё–таки тронула его губы.
Глава 11
Минуту спустя мы остались на поляне вчетвером: трое девчат, не считая в нашем случае мифической птицы.
Решила, что пора заканчивать с сидением на земле и хорошо бы осмотреться, тем более что чувствую себя я сейчас намного лучше. Похоже, Орм поделился со мной энергией. Только бы такая передача не вылезла мне боком.
Хотя это, пожалуй, самая основная мысль последних пары дней — пора бы уже привыкнуть.
― Проклинай, но только не забудь, Орман и Рон должны видеть нас, ― послышались наставления Крона, стоило мне подойти ближе к парочке, внимательно оглядывающей поляну, на которой мы находились. ― Озеро, думаю, не стоит включать.
― Слушай, мирэ, а не пойти бы тебе свою Лиру проверить? ― фыркнула на замечание феникса моя ведьма, посмотрев на мужчину так, что другой бы обязательно пошёл, проверил, но этот лишь улыбнулся на её высказывание и, сложив руки на груди, встал в ожидании, видимо, проклятья.
Закатив глаза к небу, Ара повернулась спиной к наглому птицу и зашептала заветные слова максимально тихо, то ли назло фениксу, то ли просто стеснялась. Нет, последнее навряд ли.
― Как думаете, сколько девушка проспит? ― переключила внимание шептавшего одними губами мирэ, похоже, что–то неприличное, на себя.
― Хотел бы сам знать, ― манёвр удался — огненный отвлёкся от проклятийницы и шагнул ко мне навстречу, ― Честно говоря, думал, Вы лучше знаете ответ на этот вопрос.
― Понятия не имею: до случая с Сурией и Лирой все, кого я исцеляла, никогда не впадали в сон.
― Так здесь и случаи другие: душу Сурии Вы буквально удержали, а у Лиры была магическая рана: здесь необходимо восстановиться на энергетическом уровне, а это гораздо сложнее, нежели физическое исцеление.
'Хм… никогда об этом не думала, хотя это так логично: магические потоки непосредственно связаны с физиологией живого существа. Повреждение этих самых магических потоков само собой привлечёт к дефициту физической энергии, а лучший способ восстановить её — это сон и еда.
Шашлыком и куриным супчиком, что в первом, что во втором случае и не пахло, — вот и спят мои пациенты.
― Надеюсь, сон не продлится долго: хотелось бы узнать, кто на неё напал.
― Поверьте, госпожа Грон, я жажду узнать это поболее Вашего. Ириаты — это благословение богов для этого мира. Их всегда ровно столько, сколько нужно для поддержания равновесия жизни в драконьих землях, а теперь и на территории фениксов. Слишком многое зависит от этих дев. Тот, кто поднял руку на ириату, считай, покусился на жизнь этого мира.
Крон всегда выглядел крайне угрюмо, не считая моментов, когда он ворчал на Ару. В эти мгновения он становился похож на разъярённого медведя, правда, красивого разъярённого медведя. Сейчас же, когда он говорил мне всё это, мирэ окутывал своей яростью пространство вокруг, словно это была его вина, что Лира пострадала.