(не) Признанная фениксом (СИ)

Отчеканив это, мирэ вновь посмотрел в мою сторону, в ожидании, кода я закончу прикреплять артефакт к волосам.
Как только магическое украшение заняло своё место на моей голове, и я стала Кэролайн,
Орм протянул мне руку, приглашая повторить роль невесты в очередном акте нашего спектакля.
― Кто нас там ждёт? ― поинтересовалась. Надо же знать, к чему готовиться.
― Только самые близкие, ― короткий ответ, совершенно не помог мне.
― А поподробнее? ― сделала ещё одну попытку разговорить явно не идущего на контакт мужа. Чем он так недоволен? Неужели тем, что я не начала прыгать от счастья, когда он сообщил мне о его решении держать меня при себе? Ну, прости, «милый», у меня в планах — прожить эту жизнь целиком, а такими темпами, боюсь, мне не увидеть следующего Дня Рождения Огня.
― Увидишь, ― буркнуло мне в ответ.
Ладно, вопросов больше не задаю. Хочет ходить хмурой букой — его проблемы, я лично к этому уже привыкла. Можно сказать — это его обычное состояние, только пусть потом волосы на своей голове не рвёт, когда я оконфужусь.
Шли недолго, но незнакомым мне путём. Когда огромные створки железной двери бесшумно распахнулись перед нами, моя рука тут же оказалась в руке Орма. Тело пробила мелкая, покосная дрожь. Словно почувствовав это, Светлейший притянул меня чуть ближе, чем сделал ещё хуже. Теперь в моей дурной голове всплыли кое-какие воспоминания, прибавив краски к щекам.
«Да чтоб его…» ― выругалась про себя, точнее, на себя, а затем ещё раз и теми же словами, кода увидела тех самых близких, как только мы вышли на подъездную площадь дворца.
Здесь были все вчерашние гости: стояли ровным коридором, тянущимся к экипажу, у которого нас дожидалась королевская чета и старший брат моего супруга.
Когда этот «живой» коридор начал нам кланяться, стоило нам продолжить движение, я немного опешила и чуть сбилась с шага.
Мирэ не растерялся: собственнически приобнял меня за талию и повёл дальше. Первым желанием было шлёпнуть его по руке, но вовремя вспомнила, что я — счастливая невестушка, вскинула голову и благодарно улыбнулась женишку. Орм улыбнулся в ответ, смягчая свою ледяную маску.
― Дорогие мой, ― звонким эхом пронеслось по всей площади, как только мы приблизились к родным мирэ, ― пусть этот путь будет самым тяжёлым испытанием в вашей будущей семейной жизни.
Небольшое напутствие королевы сопровождалось безоблачной улыбкой. Матушка Орма явно была счастлива скорой женитьбой сына, и невестка была ей по душе.
Король поприветствовал нас кивком, обескровленных губ коснулась улыбка.
― Лёгкой дороги вам, дети мои, ― совсем тихо произнёс он, выходя чуть вперёд опираясь на трость.
Смотреть на угасающего мужчину было тяжело.
Странно, но дар мой молчал: обычно он, как маячок, указывал мне на больного, но не в случае с отцом Орма. Сейчас он, наоборот, притих, и вообще никак себя не проявлял.
Возможно, это потому, что у него есть собственный целитель и в данный момент он поддерживант Его Светлейшее Величество. Орм говорил, что-то об этом.
― Благодарю, отец, матушка, Ваша поддержка — самое ценное для нас, ― произнёс в ответ мирэ, чуть склонив голову. Я же присела в лёгком реверансе, мысленно отмечая, что он стал получаться у меня гораздо лучше.
― Береги себя, сын, и возвращайтесь скорее, ― правящий феникс по–отцовски положил руку на плечо сыну и легонько похлопал по нему.
Сердце больно кольнуло. Я не знала, что такое отцовская поддержка: у нас с братом подобный роскоши не было. И всё же я знала, что такое семья. Знала, как это важно, когда тебя ждут, о тебе волнуются, чувствовать любовь родных.
У Орма всё это было: даже в таком состоянии отец вышел провожать сына. Матушка вообще не скрывала своих чувств: дай ей волю, побежала бы расцеловывать нас обоих. С братцем, правда, непонятно, но всё же он здесь.
Мы ещё раз склонились перед родителями Орма и шагнули к экипажу. Дорогу перегородил Армон.
― Будь осторожен, младшенький, ― наигранно широко улыбнулся старший брат Орма, ― и береги своё сокровище.
 
― Непременно, ― феникс отзеркалил улыбку и прошёл дальше.
― Если Вы всё-таки передумаете стать спутницей этой ледышке, милая Кэри, только намекните, и я тут же освобожу Вас от его холодной компании, ― прошептал Армон, когда я проходила мимо него.
Я сделала вид, что не расслышала внезапное предложение зятька, молча подошла к уже ожидавшему меня у раскрытой дверцы экипажа мирэ и, приняв его помощь, забралась внутрь.
― А где Ара и Рон? ― оглядывая пустой салон, первое, что спросила, как только Орм оказался рядом.
― Ждут нас в другом экипаже, ― пояснил мирэ, усаживаясь поудобнее, ― мы присоединимся к ним, как только доберёмся до Смешанного квартала.
Ясно. Значит, можно пока расслабиться, если, конечно, это возможно рядом с этим человеком.
― Что сказал тебе Армон? ― удивил вопросом феникс.
― Что, если Кэри передумает выходить за тебя замуж? Может, обратиться к нему? ― честно передала слова, услышанные от его брата.
Мирэ ухмыльнулся на это и расстегнул верхние пуговицы своего пиджака, а затем то же самое проделал и со своей рубахой.
Я нервно сглотнула, уставившись на смуглый участок кожи, открывшийся моему взору, и вновь выругалась про себя.
Да что вообще происходит? Он же не нравился мне раньше, да я даже не думала о нём в этом направлении. Феникс всегда был для меня чудовищем, бросившим меня умирать и, если бы ни это условие ― быть к нему поближе три года, что бы огонёк его не привёл мирэ ко мне, ноги моей не было бы в этом городе. Нашла бы самый неприметный городок на Фьёре, а в идеале — в Драконьих землях, и жила бы там преспокойно.
― Можешь снять артефакт, до вечера он будет не нужен, ― как–то на удивление мягко произнёс мирэ. Может, на него так действует облик невесты?
Я потянулась к магическому украшению, облегчённо выдохнув: всё–таки под чужой личиной было крайне некомфортно, да ещё эти его перемены настроения, когда он смотрит на меня в обличии Кэролайн. Вот только дурацкая заколка запуталась в волосах. Неужели Ара успела проклясть? Да нет, не должна была.
― Давай помогу, ― проигнорировав моё «нет», Орм пересел с сиденья напротив, и принялся аккуратно выпутывать мои волосы из переплетений камней.
Сначала я возмущённо пыхтела, но постепенно приняла происходящее и даже расслабилась. Движения его были настолько невесомыми, что, если бы не исходящий от мужчины жар, я бы подумала, что с моими волосами играет ветер.
― У тебя красивые волосы, ― прозвучало тихо у самой моей макушки, расслабленность тут же уступила место ненапряжённому волнению.
«Конечно, ведь это волосы твоей невесты». ― ответила мысленно, сжимаясь при этом в стальной комок. «Давай уже снимай этот пеплов артефакт, не хватало ещё слушать комплементы, адресованные другой».
― Ты закончил? ― сжимая кулаки и, скрывая раздражение в голосе, поинтересовалась.
― Да, ― уже привычным тоном прилетело в ответ, подтверждая, что я вновь в своём обличии.
Передав мне заколку, Орм вернулся на своё место и уставился в окно, явно не желая на меня смотреть. Очевидно, предыдущий облик ему нравился гораздо больше. Я же спрятала драгоценность в один из карманов своего костюма, поправила ворот пиджака, незаметно проверяя, на месте ли мой новый друг. Указательного пальца коснулся непривычно горячий для хладнокровного носик ящерки. Мысленно улыбнулась и тоже посмотрела в окно. Судя по тому, что мы проезжали реку, скоро будем на месте.
― Надень плащ. Когда экипаж замедлится, открывай дверцу и выпрыгивай, ― оторвавшись от созерцания городским пейзажем, начал инструктаж мирэ, подтверждая мою догадку. Единственное чего не ожидала, что придётся выскакивать на ходу. ― Жди меня у лаков господина Ромсона. Там есть бочка у входа, стой возле неё и никуда не отходи.
Лавку господина Ромсона я знала хорошо: не раз там бывала и приобретала в ней самые вкусные в моей жизни медовые пирожные. Слюна тут же заполнила рот, стоило вспомнить, как выглядит небольшой квадратик, собранный из невероятного количества тончайших коржей, пропитанных его фирменным кремом. Помню, однажды даже попыталась уговорить хозяина поделиться секретом, но тот громко рассмеялся мне в лицо и почти ласково отправил меня заниматься своим делом.