Дочь для миллионера. Подари мне счастье

Абсурд? Да. Но я не верил, что наш разрыв окончательный. Думал, что Эвка перебесится и вернется.
– Дань, паспорт я нашла, а вот планшет. Ты не видел?
Эва зовет меня на помощь, и я двигаюсь на звук ее голоса, как Тесей следовал за нитью Ариадны. Нахожу свою несносную женщину в зале, прислоняюсь грудью к ее спине, ладони трамбую в столешницу, у которой она стоит.
  
Воронова вздрагивает. Судорожно выдыхает, когда мои губы касаются ее шеи, и с силой вцепляется в мои запястья.
– Даня, не надо…
Сипит она без особой уверенности и замолкает, стоит мне отвоевать еще сантиметр у ничтожного расстояния, разделяющего нас. Я же отрицательно качаю головой. Считываю реакции ее тела – она хочет этой близости не меньше, чем я.
– Только не ври, Эва. Ты тоже скучала.
Через пять ударов сердца ее пиджак падает на пол. Еще через два туда же летят ее шорты. Через три – сверху приземляется моя футболка и ее нижнее белье.
Чистейшее сумасшествие растекается по венам и туманит разум.
– Дань, у тебя есть презерватив?
– Нет. Зачем?
– Ну как же…
– Я чист. Ни с кем не был с развода. Я не изменял.
– Я тоже, но…
– Тшш.
Я закрываю манящий рот поцелуем, прерывая возможные споры, и больше не существую в этой реальности. Мы с Эвой – в параллельной. Плавимся, горим сами и поджигаем все вокруг.
Позже, когда голоса сорваны, губы искусаны, дыхание сбито и Воронова лежит расслабленная подо мной, я предпринимаю попытку воскресить феникса из пепла. Целую Эвины ключицы и заглядываю в ее бездонные глаза.
– Я не буду кривить душой, малыш. Я до сих пор испытываю к тебе сильные чувства. Не уходи. Давай попробуем сохранить семью. Ведь тебе хорошо.
– Сейчас было хорошо. Завтра будет хорошо. А через неделю все вернется на круги своя. Мы будем скандалить до крови, орать и трепать друг другу нервы. Отпусти меня Багров. Пожалуйста.
Во всем, что говорит Воронова, есть львиная доля правды, поэтому я не переубеждаю ее. Достаю лежащий в нижнем ящике стола планшет, застегиваю верхнюю пуговицу Эвиного пиджака и оставляю последний поцелуй на ее губах.
Вот так заканчивается эта глава нашей истории.
 
Глава 3
 
Данил
Картинки из прошлого не хотят истаивать и прочно застревают в мозгу, как будто киномеханик зациклил пленку на повтор. От осознания, что появившаяся в моей квартире девчонка может быть моей дочерью, меня прошибает холодным потом, и я растерянно качаю башкой.
Детали сходятся, калейдоскоп являет миру четкий рисунок, а я отчаянно пытаюсь переключить внимание гостей на что-то более тривиальное, чем вопросы моего отцовства.
– Слушайте. Есть кто-нибудь хочет?
Я принимаюсь разбирать доставленные курьером пакеты, но Говорова не устраивает тот факт, что я пытаюсь соскочить со скользкой темы. Поэтому он подозрительно прищуривается, вклинивается между мной и столом и вцепляется в мою персону бульдожьей хваткой.
– Подожди, Багров. Когда это «пришла забрать вещи» случилось? – Денис выцепляет из моего короткого сумбурного рассказа самое важное и бьет прицельно так, что мне не остается ничего другого, кроме как уныло признаться.
– Лет девять-десять назад.
– Сколько тебе лет, малышка? – теперь настает очередь Ксюши держать ответ, и она тут же бойко откликается.
– Девять.
Звучит, как приговор, и я опасливо втягиваю голову в плечи, пока Ден испепеляет меня тяжелым взглядом и с нарочитым весельем изрекает.
– Ну что, Дань, поздравляю.
– Нет, вероятность, конечно, высока. Но я думаю, что стоит сделать тест ДНК, чтобы не осталось никаких сомнений.
– Отличная мысль!
Согласно кивает перевернувшая все вверх дном Рапунцель и делает это с таким энтузиазмом, что я ненадолго впадаю в прострацию. Ксеня впивается зубами в гамбургер, и я банально не успеваю прочитать ей лекцию о вреде подобной пищи и сказать, что бигмак предназначался мне.
– Ксюша, а мама разве не говорила, что фастфуд вреден для детского пищеварения? – обреченно выдохнув, я сцепляю руки в замок и гипнотизирую мелкую тяжелым взглядом, от которого обычно ежатся даже мои товарищи по команде.
Только вот Рапунцель легкомысленно ведет плечиками и укладывает меня на лопатки безапелляционным.
– Для взрослого тоже. Но ты ведь ешь.
Оброненный с поразительной непосредственностью аргумент повисает в воздухе и отбивает у меня дальнейшее желание спорить. Скажу девчонке слово, в ответ получу десять. Оно мне надо? Вряд ли.
Ну и в кого она такая языкастая? В Эвку, что ли?
Я размышляю с поистине буддийским спокойствием, а сбоку во весь голос ржет Говоров. Рядом тихонько хихикает его пассия. Так что я молчаливо приземляюсь на высокий барный стул и тяну к себе пакетик с картошкой фри и сырный соус.
Подобный обед, безусловно, не вяжется ни с моим спортивным режимом, ни с рекомендациями нашего диетолого-нутрициолога, но в данный момент мне глубоко наплевать. Потому что за каких-то пятнадцать минут я угробил огромное множество нервных клеток и сжег столько калорий, что организм срочно требует их компенсировать.
Ненадолго мы все замолкаем. Ксюша с упоением доедает бургер. Я в качестве компенсации покушаюсь на пирожок с вишней. Пассия Денчика что-то клацает в своем телефоне длинными ярко-розовыми ногтями. А сам Ден косится на нас так подозрительно, что я не выдерживаю и выпаливаю с набитым ртом.
– Фто-о-о?
– Похожи вы с ней. Охренеть, как похожи. Вот что!
– Неправда!
– Еще какая правда. Одно лицо! – с каким-то садистским удовольствием Говоров продолжает меня подначивать, и я окончательно зверею.
Рявкаю на него так громко, что Ксюша подпрыгивает на месте, и мне приходится сбавлять обороты и гладить ее по спине свободной рукой.
– Позвони в клинику. Договорись насчет теста.
– Давай-ка обсудим это наедине.
Говоров реагирует на мою просьбу странно: округляет глаза и тащит меня на лоджию, где приоткрыто окно и достаточно свежо, потому что весна не так давно вступила в свои права и еще не успело потеплеть.
– Багров, ты, случайно, башкой не ударялся? – помявшись, Денис зачем-то ощупывает мой лоб, макушку, виски, чем бесит еще сильнее.
– В смысле? – я отстраняюсь от друга, сбрасывая его руки с себя, и жалею, что вообще его позвал.
– Ну какая тебе сейчас экспертиза ДНК. Кто-нибудь из персонала обязательно проболтается, и правда выплывет наружу. А мы только позавчера подписали контракт на рекламу «В гостях у Пэппи». Сеть семейных ресторанов, если ты забыл. Они расторгнут договор и взыщут с нас штрафы. А ты окажешься типом, который бросил родную дочь. И плакали наши мега-бабки вместе с любовью фанаток.
– И что ты предлагаешь?
– Сиди тихо. Никуда не высовывайся. Сдай Ксюшу на руки матери, когда та прилетит. Авось пронесет.
Говоров выразительно выгибает брови и корчит смешные рожицы. Я же разбираю его план на винтики, собираю шурупы обратно и не нахожу в предложении приятеля ни единого изъяна.
Кроме того, что я совершенно не умею обращаться с детьми. Я не знаю, чем их развлекать. Не понимаю, о чем с ними беседовать. И не догадываюсь, что может порадовать девятилетнюю девчонку с двумя французскими косичками и милой ямочкой на левой щеке.
– Ну и что прикажешь мне делать с ней все это время?
– Любить, – выдает Денис на серьезных щах, я же мысленно сворачиваю ему шею.
– Серьезно?!
– Серьезно, Дань. Мы с Эм погнали. Нас ждет мой будущий свекр, свекровь и ее божественные блинчики с мясом. А не эти канцерогены, которые ты заказал.
  
– Погоди, Ден! А как же я? Ты бросишь меня на растерзание этому монстру?
– Не монстру, а очаровательной малышке. Ты всегда пользовался популярностью у женского пола. Вот и на этот раз выкрутишься.