Большая игра (ЛП)

В общем, Китай тянул силы из метрополии, и поэтому военно-морской флот был в таком хилом состоянии. Сильный, конечно, второй по мощности в мире, но между ним и первым был огромный разрыв. Только у Тихоокеанского флота США было двенадцать тяжёлых авианосцев, и строились ещё четыре. Это помимо «Эссексов», которые остались в строю, но они в основном находились в Атлантике. Американцы не скрывали — если они ввяжутся в войну, ядерное оружие пойдёт в дело первым, а не последним. И любой, кто посмотрит на их, поймёт, что они не шутят. За последние пять лет они полностью реформировали свою армию, создав новую структуру. Она опиралась на нечто, названное пятерной дивизией [20]. Японские армейцы хохотали над ней, считая маленькой, слабой и беспомощной; что пять её боевых групп слишком малочисленны для самостоятельных действий, а командная цепочка чересчур длинная. Говорили о том, как японские дивизии сокрушат их радостно и со всем старанием.
Они упускали очевидное. Пятерные дивизии создали для боевых действий в условиях ядерной войны, и при необходимости только ядерным оружием. Это означало, что любой напавший тут же получит по полной. И его страна станет похожа на Германию. Стоило озадачиться вопросом — стоят ли цели войны полного уничтожения родины? Так что тягаться с американцами было безумием. Возможно, в 1940 или 1941 получилось бы, но не сейчас. Они могли достать Америку! У западного побережья дежурили подводные лодки, несущие самолёты-снаряды «óка» [21] с ядерной боеголовкой, управляемые храбрыми добровольцами, элитой военно-морского флота. Они, вероятно, способны сжечь прибрежные города Калифорнии. Но ценой станет уничтожение Японии, и все в правительстве это понимали. Надо выжидать, осваивать Китай и ослаблять Тройственный Союз. Если всё это получится, когда-нибудь они создадут державу, превосходящую мощь Америки. Когда-нибудь.
Но сейчас у него была другая задача. Полковник Масанобу Цудзи, бог армейского планирования, придумал схему раскола Союза. Он входил в число тех, кого очаровали теории забытого вождя, и постоянно ссылался на его изречения. Он предложил обрушить Бирму — устроить там мятеж и ниспровергнуть правительство. А потом привести к власти собственное, которое потребует «защиты», и флот приведёт специальные десантные силы, при поддержке двух линкоров Соривы. Угроза обстрела 460-мм ядерными снарядами — хороший противовес попытке оспорить результат переворота. А после взятия Бирмы можно изолировать и разрушить Таиланд, отомстив за поражение 1949 года. Таиланд, как мост, связывал экономики Тройственного Союза. Его падение сделает из Союза два изолированных островка, которые можно прибрать к рукам когда угодно.
Но пока всё это оставалось в теории. Армейские планы, по обыкновению, предполагали, будто враг станет вести себя так, как в этих планах прописано. Адмирал Сорива достаточно долго прослужил, чтобы знать — никогда подобные дела не идут как задумано. Однако… всё в руках богов. И ему надлежит подготовить линкоры к выходу в море. Кроме них, была задействована амфибийная десантная группа, отряд прикрытия авианосцев и отряд снабжения. Всё это будет двигаться отдельно от линейного флота, чтобы не дразнить американцев.
  
ГЛАВА ДВА. ТОЛЧОК
 
Лаос. Дорога Тхафа [22] — Хуайсай [23]
Полковник Тошимицу Такацу разложил бумаги по заднему сиденью своей машины. Штабные придурки, казалось, намерены разрушить всё вокруг себя. Как будто ими овладело навязчивое желание умереть. Они готовы наплевать на всё, к чему Япония шла двадцать лет, на труд миллионов людей, из какой-то тупой ненависти ко всему европейскому. Поступившие приказы были тому отличным примером. Например, циркулярное распоряжение использовать в гарнизонных домах удовольствий местных женщин, вместо того чтобы завозить их из Кореи. Они снова жаждут начать гражданскую войну, едва утихла предыдущая? Отличный способ, безотказный. Если раньше не сработает другой. Налоги. С захваченных провинций собирали огромные суммы, сдирая с крестьян три шкуры. Причём сами по себе налоговые ставки не были велики — просто оккупационные власти потребовали оплату за четыре, пять, а то и шесть лет вперёд. Фермеры, по обыкновению, прятали урожай и угоняли скот. А если не получалось, просто бросали всё и уезжали.
 
Учась противостоять властям в малом, они одновременно учились бросать вызов ему в больших. На севере дела обстояли ещё хуже, а ведь замысел казался таким разумным… Есть множество мелких ферм, каждая принадлежит одной семье. Объедини их в большие хозяйства под государственным управлением, это же намного эффективнее, ведь производительность труда значительно вырастет. Так почему крестьяне с таким упорством сопротивляются? Как слышал Такацу, в прошлый раз погибло почти сто пятьдесят тысяч, и сопротивление продолжается. Безумие.
Не помогло и назначение руководителя из местных. Нгуен Тат Тхан [24] оказался недалёким, глупым функционером без малейших понятий о совести. Зато стремления к личной известности у него было хоть отбавляй. Он верно служил коммунистам, а когда Россия пошла по новому пути, стал преданно служить коммунистическому вождю Мао. После его смерти Нгуен Тат Тхан так же легко пошёл к японцам. Теперь он носился по Ханою в японской форме и предлагал одну идиотскую идею за другой, сея хаос и разрушение.
Он поступил иначе. Снизил налоги до уровня, доступного крестьянам без перенапряжения. Выгнал вербовщиков из деревень и городов, под страхом собственноручной казни, если они снова появятся в пределах видимости. Японских солдат, которые издевались над местных жителей, он назначал на самые грязные и дурные работы, а тех, кто обходился с крестьянами справедливо и честно — повышал и хвалил. Сержанта, пойманного на вымогательстве, публично выпороли. Пусть местные никогда не полюбят японцев, но они хотя бы не станут бунтовать. И теперь, даже при том, что налог зерном у него был меньше, он получал больше дохода. Почему другие не могут сделать так же? Да потому что они бесчестные продажные глупцы.
И с его точки зрения это было правдой, ибо сама японская армия стала иной, забыв истинные традиции «Бусидо». Все провинциальные губернаторы гребли взятки, собирали гаремы и искали выходы на вышестоящих чиновников, чтобы получить более выгодное назначение — что означало ещё больше взяток, женщин и возможностей продвижения. Они не заботились о своих обязанностях и не интересовались расширение имперского правления, потакая вместо этого только сами себе и собственным стремлениям. Из представителей Его Величества они превратились в обычных мандаринов., что и вызывало восстания.
Проблем, в общем, хватало. К счастью, не в его провинции, сюда они ещё не доползли, да и недовольство не настолько велико, чтобы доставить неприятности. По крайней мере, пока ему удаётся сохранять управление, не прибегая к излишним тяготам. Но в других местах уже началось. Японские солдаты, вышедшие куда-либо в одиночку, не возвращались. Их находили мёртвыми, зарезанными в борделе или задушенными в глухом переулке. Неужели его собратья-чиновники не видят, что к этому привели злоупотребления и эксплуатация местного населения? Но даже в своих владениях Такацу не ездил без сопровождения. Впереди всегда шёл бронеавтомобиль, позади грузовик с отделением пехотинцев. Кроме того, он нечасто выбирался куда-нибудь далеко. Здешние дороги больше походили на треки для мотокросса. Он слышал, будто Таиланд строит у границы шоссе с асфальтовым покрытием. Что за дурость? Закапывать в землю деньги, которые можно было потратить на модернизацию армии. Ну, тем легче с ними расправиться.
Внезапный взрыв оторвал от броневика все четыре задних колеса и отбросил переднюю половину вместе с башенкой. Всё, что успел разглядеть Такацу — кипящее облако красной пыли с тёмными тенями внутри. Его машина съехала вбок и остановилась, чтобы не нырнуть в воронку, оставшуюся от броневика. Полковник на одних рефлексах выскочил наружу, и через мгновение в корму врезался грузовик. От сотрясения обе машины развернуло боком, несколько пехотинцев вылетели из кузова. Остальные начали выскакивать, пригибаясь на бегу, так как сразу начался обстрел из винтовок и пулемётов. Следом взвизгнули ракеты. Три выстрела из РПГ-2 вонзились в автомобиль Такацу, превратив его клубок пламени. Некоторые солдаты прыгнули в придорожную канаву. Полковник не успел даже крикнуть «Нет!», как там сработали мины. Направленные взрывы хлестнули осколками прямо по оси кювета. Укрытие было смертельной ловушкой.