Спасите меня, Кацураги-сан! Том 16 (СИ)
А спасти человека в такой ситуации не так уж и просто. Зарегистрировано множество случаев, когда люди погибали из-за того, что сочетали транквилизаторы со спиртными напитками. Ситуация особенно страшна тем, что человек в таком состоянии не понимает, насколько ему плохо.
К примеру, по незнанию запил какой-нибудь транквилизатор по типу гидроксизина или феназепама бокалом виски. Сразу потянуло спать.
А что дальше? Дыхание во сне отключилось, а человек этого даже и не понял. Именно поэтому такие препараты всегда выдаются строго по рецепту врача. Медик должен убедиться, что больной в своём уме и не станет сочетать столь опасные для организма вещества.
Что ж… А ведь «веселье» ещё не закончилось. Нидзимуру уже увезли в стационар. Завтра её осмотрит стоматолог, проверит, не повредила ли она зубы. Хотя я заранее знаю, что там никаких проблем нет. У неё зубы крепче, чем у львицы. Она и вправду при желании могла кисть этому Сакураги откусить.
Именно поэтому мы молодого человека пока что отпустить не можем. Ведь человеческий укус не такой уж и безопасный, как может показаться на первый взгляд.
— Да бросьте! — отмахнулся Сакураги Гёхо, когда я попросил его задержаться. — Вы были правы, Кацураги-сан. Обычная царапина. Я дома всё обработаю и лягу спать. Я уже достаточно сегодня намучился. Пожалуйста, отпустите меня.
— Да я бы с радостью вас отпустил, если бы это было безопасно, — произнёс я. — Вы ведь понимаете, что вашу руку нужно хорошо обработать? Слишком высок риск заражения.
— А? Ха-ха! — закатился Сакураги. — Серьёзно? Вы думаете, что Нидзимура-тян настолько ядовита? Не сказал бы, что она похожа на змею, но на какую-нибудь жирную ядовитую лягушку — очень даже. Обязательно расскажу об этом в университете.
Вот ведь болван… Нечасто я такое думаю о пациентах, но тут уже не могу сдержаться. Мало того, что он унижает пострадавшую однокурсницу, так ещё и на своё здоровье забить решил. Что ж, тут мне даже не лень будет разок воспользоваться «психоанализом».
Патологическое мышление я выжег в его голове даже быстрее, чем думал. Оказалось, что он уже давно издевается над своими однокурсниками. Пытается за их счёт самоутвердиться. Ничего-ничего, уже завтра проснётся другим человеком.
Но для начала я всё равно займусь его рукой.
— Сакураги-сан, дело не в том, ядовита ваша однокурсница или нет, — вздохнул я. — В ротовой полости человека содержится очень много бактерий. И совершенно неважно, заботится о гигиене ротовой полости данный пациент или нет. Его укус всё равно может быть опасен, поскольку бактерии при любых обстоятельствах могут попасть под кожу укушенного или даже в кровоток.
— И как мне тогда быть? — испугался Сакураги. — Что делать? Я не хочу лишиться руки!
— Да просто задержитесь на десять минут, мы обработаем рану и скажем, что нужно будет делать в ближайшие несколько дней, — объяснил я.
Медсестра промыла его руку физраствором, а затем обработала антисептиком и замотала рану стерильным бинтом. В идеале после этого мероприятия лучше следить за состоянием руки, и если начнётся нагноение — сразу же идти в больницу. Поскольку для лечения развившейся инфекции понадобится внутривенное введение антибиотиков.
Однако я проверил его рану «клеточным анализом», не нашёл там потенциально опасных бактерий и позволил Сакураги Гёхо покинуть приёмное отделение. Но мы выдали ему на руки пару небольших бутылок с антисептиком. Пусть обрабатывает, если не хочет и вправду заполучить инфекцию. Ведь в рану бактерии могут попасть уже после перевязки, если плохо ухаживать за повреждением кожных покровов.
К счастью, остальная часть дежурства прошла без каких-либо проблем. Ко мне поступили ещё несколько пациентов с сахарным диабетом и бронхиальной астмой, но я разобрался с ними даже быстрее, чем с этой странной парочкой.
Наступил вторник, я вернулся к своим рабочим обязанностям в качестве заведующего терапевтами в поликлинике, но меня совсем не тянуло к этой работе. Из головы никак не могло выйти то, что произошло в моей частной клинике прошлым вечером.
Жриц я уволить не могу. Такое не практиковалось даже в моём прошлом мире. А здесь они не просто на вес золота. Таких, как Хирано и Харухата найти больше не получится. Может, где-то в мире есть ещё несколько таких жриц, но далеко не факт, что я смогу их найти.
Значит, придётся провернуть трюк с их разделением. Я этого делать не хотел, но ради сохранения всех сотрудников с лекарской магией придётся немного изменить структуру своих филиалов.
Однако перед этим мне хочется сделать кое-что ещё.
Когда рабочий день в «Ямамото-Фарм» подошёл к концу, я прибыл в свою клинику и первым же делом, оказавшись в регистратуре, сообщил:
— Хирано-сан, Харухата-сан, по очереди проходите в мой кабинет.
— Кацураги-сан, я бы хотел попросить у вас прощение за вчерашнее. Мне не совсем понятно, что вообще на меня нашло… — попыталась оправдаться Хирано Юрика.
— Нет, Хирано-сан, дело вовсе не в этом, — перебил её я. — Проблема в том, что мне нужно понять, что вы во время этих ссор испытываете. Поэтому сначала проходите вы. Переговорим, потом я выслушаю Харухату-сан.
Первой в мой кабинет вошла Хирано Юрика. Девушка выглядела так, будто её ведут на казнь. Под её глазом я обнаружил хорошо сокрытый с помощью тоналки синяк. Похоже, Купер не преувеличил. Бойню они тут устроили нешуточную.
— Присаживайтесь, — попросил я, а затем сразу же задал первый вопрос. — Вспомните пожалуйста все ссоры, которые возникли с Харухатой-сан, а затем скажите, чем она вас так провоцирует? Можете не бояться, говорите всё, что думаете. Главное — отвечать честно.
Я решил проверить кое-что. У меня возникла мысль, что, возможно, лекарские жрицы стравливаются друг с другом не только из-за того, что их силы имеют одинаковый заряд, и они отталкиваются, как два равных полюса магнита.
Возможно, есть и другой смысл во всём этом процессе, который не смогли понять даже лекари из моего мира.
— Кацураги-сан, а вы не посчитаете меня сумасшедшей? — аккуратно спросила Хирано.
— Нет, Хирано-сан, — помотал головой я. — Говорите, как есть.
— С тех пор, как Харухата Касико появилась в нашей клинике, меня не покидает ощущение, что она пытается сделать всё наоборот.
— Конкретнее — что вы имеете ввиду?
Хирано перешла на шёпот:
— Можете мне не верить, но я правда чувствую, будто она желает смерти пациентам. И я даже видела, как многим становилось хуже рядом с ней.
— Уверены, что вам это не показалось? — спросил я.
Слишком велика вероятность, что на самом деле эти ощущения преследуют Хирано из-за врожденной непереносимости других жриц.
— Вы сами можете убедиться. Прямо сейчас в кабинете у Уайта-сан сидит женщина. Она пришла к нам с жалобами на зуд в области век, — сказала Хирано. — А когда Харухата-сан приблизилась к ней, женщина, кажется, потеряла зрение.
Потеряла зрение⁈ В моей клинике? И почему мне об это сообщили только сейчас?
— Что ж, с этого и нужно было начинать разговор, — вскочив с места произнёс я. — Идёмте. Посмотрим, что там случилось в кабинете Купера Уайта.
Ссора двух жриц — это мелочи. А вот потеря зрения — это инвалидизация. Если ещё есть шанс предотвратить эту проблему, лучше отложить все дела и заняться пациенткой немедленно.
Я потащил за собой Хирано Юрику к кабинету Купера Уайта. Однако зайти внутрь так и не успел. Мне резко пришлось остановиться, поскольку «анализ» активировался самостоятельно и показал мне прямо через стену, что сейчас происходит с пациенткой.
В её глазах что-то было. Какие-то инородные предметы.
Стоп… Да их ведь там десятки!
Глава 6
Странная получается ситуация. Хирано Юрика утверждает, что из-за присутствия второй лекарской жрицы у пациентки пропало зрение. Вот только мне в это, если честно, верится с трудом.
Скорее всего, мои сотрудницы инстинктивно ищут способ обвинить в чём-либо друг друга. Уверен, Хирано не пытается клеветать из злого умысла. Она и вправду думает, что в слепоте пациентки виновата Харухата Касико.