Наследник огня и пепла. Том I (СИ)

Сперат побледнел и отшатнулся. Вокула недоверчиво хмыкнул. Стоявший неподалеку Леон дернулся, хватаясь за меч. Даже стражники у входа переглянулись, так заметна была наша реакция.
Золотой Император… Магну говорили его имя, но он, конечно же забыл. Да это было и не важно. Вампир правящий на востоке уже лет семьдесят, убив и съев предшественника. А до этого около ста лет мелькал в хрониках, будучи выдающимся генералом Золотой Империи. Генералом с местной спецификой — он не корпел над картами, чертя стрелочки и высчитывая логистику. Нет, он сам был стратегической бомбардировкой и бронированным танковым клином в одном флаконе, идя впереди и истребляя врагов сотнями. Древнее неуязвимое чудовище. Местные, чья жизнь была переплетена с магией так тесно, что чудеса для них стали обыденностью, парадоксальном образом мало верили в богов. Закономерно считая, что если бог не явился лично и не стал пускать молнии, то жрец который про такую возможность рассказывает, просто привирает. Но не исключали такую возможность.
А вот Золотой Император… Это было самое близкое из того, что можно назвать богом. И он был богом зла.
Я кивнул и, как можно спокойнее, сказал:
— Что-то такое я подозревал.
Первое, что должен внушать лидер подчиненным — уверенность. В любой непонятной ситуации делай вид, что у тебя есть план и на этот случай. Я спокойно забрал фламберг мертвеца со стола и пристегнул его обратно к поясу. Надо срочно сбагрить эту хрень Грифу.
— Я могу сделать из этого кинжал, если пожелаете, — сказал Браг, указав на коготь за моим поясом. — И не носите его так. Он портится от света.
— Было бы неплохо, — согласился я. Браг молча протянул руку в перчатке. Я, немного поколебавшись, отдал ему коготь. — Когда будет готово?
— Для вас, через неделю, — ответил Браг. Он положил мой коготь в свою барсетку, снял очки, стянул перчатки отправив все туда же. А потом глубоко мне поклонился и торжественным голосом продекламировал:
— Если вы, сеньор Магн, от имени своей семьи и собрания всех благородных семей подтвердите свободы и вольности моей гильдии, и будете отстаивать их всеми доступными вам средствами, я от имени гильдии обязуюсь оказывать вам помощь оружием, надежными людьми и… — он на секунду замялся, но все же закончил. — деньгами.
— Спасибо, — немного растерянно сказал я.
— Тогда разрешите мне покинуть вас, — сказал Браг и снова поклонился, ожидая разрешения.
— Да, конечно, — сказал я и Браг тут же затопал к выходу. Впрочем, в этот раз он держался почтительно. Пятился задом, продолжая держать голову склоненной в мою сторону.
— А встречалась ли вам палица... Из бронзы. Четырехгранная… — начал я задавать ему вдогонку заготовленные вопросы.
— С наложенными чарами разрушения, — закончил за меня Браг. — С демоническим оружием мы не работаем. Это слишком опасно.
И слинял.
— Он торгует войной. Но для торговли нужно, чтобы в твоем доме не было войны, — тихо сказал Вокула за моей спиной. — И он увидел в вас не того, кто несет мир, но того, кто мешает войне.
—Это странно, — сказал я, больше себе. — Я планировал напугать их демоном, но и Задаток, и Браг, как-то не впечатлились. Демон в городе, а им насрать.
— Демоны привычная опасность. Страшная и непонятная. Но привычная. А вот Золотая Империя… — Вокула хмыкнул. — Знаете, отвинцы ведь торгуют с ней. У них даже есть свой квартал в Златограде, столице некромантов. В Золотой Империи у таких как Браг не будет будущего. Не важно, куешь ли ты мечи, или таскаешь баржи — если у тебя нет таланта к некромантии, то единственное, что ты добьешься, это будешь делать свою работу и после смерти. Вечно. Как говорят, в Золотой Империи не нужно золото, ведь там нет богатых. И не нужна медь, ведь там нет бедных. Там есть только живые, мертвые и те, кто правит. Никаких гильдий, ничего…
— Значит, я пугал их не тем, — хмыкнул я.
— Вам не надо их пугать. Вам надо внушить им страх, — непонятно сказал Вокул. Но переспросить я у него не успел, в двери просунулся слуга, и сказал:
 
— Пришел уважаемый Пьяго Тук, глава гильдии ткачей!
— С ним поговоришь ты, — сказал я и зашагал к выходу.
— Ладно, легко согласился Сперат. — Что нужно, вытрясти из него монет?
— Нет, ты идешь со мной. С Туком поговоришь ты, Вокула.
— Я? — ужаснулся писарь.
— Леон, а ты подопрешь нашего… — Я задумчиво окинул взглядом растерявшегося Вокулу. — Казначея. Всё, Сперат, за мной!
— Но… Но… Это важно! Куда вы, мой сеньор?! — Вокула быстро оправился от растерянности и его голос стал требовательным.
— Это казначей докладывает сеньору, а не наоборот, — почти беззлобно процедил я, и Вокула виновато склонил голову. — Тебе надо просто не сделать оставшихся двух нашими врагами. Вечером я хочу видеть на своем столе отчет о моей собственности.
— Да, мой сеньор, — еще ниже склонился Вокула.
— И займись подготовкой похорон. Леон, остаешься за главного!
— Да мой сеньор! — рявкнул тот. Стоит, довольный, как слон.
Чтобы избежать встречи с Туком, я вышел через боковую дверь. Не побрезговав надеть доспехи — а то улицы нынче опасные стали — проверил тихонько, как дела у Вокулы. Судя по бледному и растерянному Туку и напирающему на него Вокулу, все шло хорошо. Леон заметил, как я тихонько выглядываю из боковой двери и показал местный аналог большого пальца вверх.
Успокоенный, я удалился. Поднял людей Нычки, мне оседлали Коровку и мы выехали за ворота. Где столкнулись с тем, что лучники, глумливо хохоча, окружили Гвену. Та была одета как паж, в берете закрывающем рожки. В руках кинжал, но лицо… Лицо довольное. И стоит выставив обтянутую ножку и округлив бедро. Манит.
— Что тут происходит?! — рявкнул я.
— Да вот, девка в мужицкой одежде, — ответил мне кто-то на сносном местном. — Лягается!
И в самом деле, парочка из повернувшихся ко мне рож были разбиты в кровь.
— Я им сказала, что я паж господина Магна! — крикнула Гвена.
— "Сказала!" Я ж грю, девка! — гыгыкнул разговорчивый. Я двинул на него коня и остановился рядом.
— Она мой паж. У тебя есть что-то сказать по этому поводу? — спросил я угрюмо. Мужичок потеребил в руках ненатянутый лук, похожий на двухметровую отполированную палку, и опустил взгляд.
Только сейчас я заметил, что снаружи подозрительно безлюдно. Если не считать лучников, никого не было. Не было видно суетящихся слуг, не мелькали туда сюда всегда торопящиеся служанки. Поместье словно вымерло. Люди чувствовали опасность, исходящую от своры псов войны. Ну да, поэтому наемников и не пускают в город.
— Собирайтесь, вы идёте со мной, — велел я лучникам. Блин, а хотелось быстро верхом домчать.
Гвене выделили лошадь и она старалась держаться поближе ко мне. Сперат от неё шарахался, но молчал.
— Нычка, — подозвал я ветерана. — Отправь человека к Фредерику. Я хочу, чтобы он вышел из города через Военные ворота. Только пусть оставит людей на воротах.
Не хватало еще отметиться грабежами и изнасилованиями в первый день триумфального возвращения.
Когда мы, наконец, двинулись к Университету, я дождался когда все кроме Гвены отстанут и тихо спросил у неё:
— Скажи мне, паж… Что тебе известно о демонах?
Девушка тяжело вздохнула. А потом хитро стрельнула глазками и ответила:
— Давай я приду вечером и всё-всё расскажу?
Предложение с каким-то подвохом, я чувствую это. Впрочем, на ходу все равно толком не расспросить. Я неохотно кивнул.
Университет был все так же заперт и возбужден. Меня никто не вышел встречать из деканов. Но хоть впустили. Со мной прошли только Гвена и Сперат — можно бы было взять еще Нычку, но я оставил его снаружи за главного. Со строгим приказом следить, чтобы наемники не набедокурили.
Нас, вернее меня с сопровождающими, без особых вопросов провели вглубь Университета. Идти пришлось недалеко — пересекли двор, вошли в правое крыло, и первая же дверь в коридоре привела нас в комнату, больше всего напоминавшую аудиторию для лекций. Две трети помещения занимали скамьи, ступенями поднимающиеся кверху, внизу перед ними была кафедра и массивный стол. Доски не было, вместо неё висели листы исписанные крупными буквами. У дверей была охрана из хмурых студентов в кольчугах и с алебардами. Они разве что не впихнули нас внутрь, тут же захлопнув дверь. Внутри тоже были вооруженные студенты. То что это студенты можно было понять по некоторым деталям одежды — своеобразный способ отделить себя от горожан. Возраста студентота была самого разного, все вооружены, в доспехах и с оружием. Всего человек двадцать, сидят на лавках. А на столе тело демона. Я бы мог сказать “со следами вскрытия” но воспоминания Магна мне не позволят. Рогатый был освежеван, как дикий олень. Кожа снята, рядом, в железных клетках, его доспехи, в окованном железом сундуке требуха. То что от него осталось, прибито к столу железными кинжалами. Вокруг суетятся деканы. В этот раз, все боеготовые — в кожаных доспехах, с мечами на поясах. Разве что шлемы сняты.