Котоняня таверны «Грань» (СИ)

  
Глава 39
 
Раван вел меня в следующий магазин, ловко ориентируясь на заполненных разномастным народом улочках. Я же продолжала размышлять, как так вышло, что Раван до сих пор не женат и в принципе не имеет постоянной пассии. Или имеет, а я спугнула? Да нет, не похоже.
И все же. Ну хороший же мужик. Готов обеспечивать свою девушку, разбирается в шляпках-брошках и прочем, образован, в меру галантен, даже в еде неприхотлив. Какие там еще основные характеристики хорошего мужика? М-дя, спросила. Знала бы я эти самые характеристики, не нарвалась бы сама на сволочь, изменяющую мне незадолго до свадьбы…
Хм, забавный факт: а ведь с момента, как я попала в этот мир, я не то что ни разу не вспомнила факт той самой измены, из-за которой рыдала Талисману в шкурку, а и сам Гриша ни разу не всплыл в моей памяти. Словно и не было этих двух лет. И тогда получается что? Я его и не любила никогда, а жила с ним чисто по привычке и «так полагается»?
Погрузиться в рефлексию не дал Раван.
— Направо, Лили, — напомнил он, когда я попыталась проскочить поворот и шагнула в сторону парка, начинающегося с фонтанной группы. — Или ты уже устала?
— Давай закончим с делами и тогда отдохнем, — предложила я. — Просто задумалась.
Раван кивнул, и мы вошли в магазин готового платья, где Раван сразу же указал на обещанную накидку с перьями. Если честно, я ожидала увидеть подобие палантина, но накидка оказалась ближе к помеси пончо и какого-нибудь народного кафтана. Длинные рукава спускались почти до колен, но благодаря высоким вертикальным прорезям движений совершенно не стесняли. Спереди накидка садилась плотно и застегивалась на пуговицы, а вот сзади ниспадала довольно свободно.
Обувь мы уже купили, из утреннего набора на мне оставалось только платье, причем окружающим для обзора доставался только подол.
— Оно же совершенно не подходит! — экзальтированно воскликнула продавщица, наряжавшая меня с таким энтузиазмом, будто я ее любимая кукла.
— Но…
— Это хуже, чем надеть фрак на жилет не с тремя пуговицами, — припечатала она.
Если честно, я не очень поняла про количество пуговиц. Да, я знала, что под фрак носят наглухо застегнутый жилет, но мне и в голову не приходило считать пуговицы.
Зато на Равана аргумент подействовал.
— Недопустимо, — поддержал он девушку.
— Сию секунду, — расплылась она в улыбке и, прежде чем метнуться к вешалкам, шепнула: — Какой у вас кавалер, госпожа!
— Муж, — отрезал Раван.
— Поздравляю. Вы удивительно гармоничная пара, — добавила девушка, ни капли не смутившись. — Погодите минуточку, сейчас все вам принесу.
И скрылась в подсобке. Я же перевела недоуменный взгляд на своего спутника.
— А разница? Кавалер, муж, зачем это сообщать всем? — все же спросила я.
— А ты стесняешься? — прозвучало ровным тоном, и не понять, шутит или его всерьез задело, отчего я окончательно смешалась.
— Да мне просто как-то все равно…
— Все равно, за кого ты вышла замуж? — приподнял он бровь, сохраняя бесстрастное выражение лица.
— Издеваешься?
— Совсем немножко, — ехидно улыбнулась эта зараза.
Не выдержав, я его пихнула в бок, но не улыбнуться в ответ не смогла.
— Прости. Просто ты так забавно хмуришься, пытаясь найти двойное дно в моих словах, что устоять и не подколоть невозможно, — покаялся он и примирительно поднял обе руки вверх. — Кавалером чаще называют мужчину, не женатого на своей даме. А учитывая, что такой кавалер покупает ей одежду, могут возникнуть неверные догадки об отношениях, связывающих этих двоих…
— Урон репутации и всякое такое? — скривилась я. — А не все ли равно? Пока мы дойдем до ломбарда, слухи точно не успеют долететь туда. А после мы спокойно вернемся домой.
— И все же не хотелось бы без причин давать повод для сплетен касательно твоей персоны.
— Как знаешь, — пожала плечами я и отвернулась к стойке с пелеринами. А несколько секунд спустя меня настигла иная мысль: — Погоди-ка! А когда ты мне в первый день знакомства покупал все? Мочил мою репутацию и не каялся?
 
И, хитро сощурившись, для придания большего веса словам наставила на него указательный палец. Знала ведь, что не все чисто. И пусть мне по-прежнему все равно, сам факт!
— Тогда я был не кавалер, а работодатель, — парировал он.
— О. Ну ладно. А сейчас?
— А сейчас муж, — ухмыльнулся Раван.
— Еще скажи, что рад этому, — фыркнула я, покачав головой.
— Не говорить? — практически натурально огорчился мужчина и скорчил страдальческую гримасу.
Вот как с ним препираться? Я только отмахнулась, и это стало роковой ошибкой. Ровно в тот момент, как девушка выкатила штангу, увешанную достойными меня платьями, Раван поймал мои пальцы. Со стороны, наверное, выглядело мило, только вот хватка была хоть и аккуратной, но очень крепкой, руку не выдернуть. Раван медленно наклонился, одновременно поднимая мою ладонь, и запечатлел на костяшках пальцев мягкий поцелуй.
Девушка ахнула и заулыбалась.
Я секунду, наверное, ничего не осознавала, только перевела взгляд с прикрывшей ладошкой рот продавщицы обратно на Равана. По спине прокатилась горячая волна. Он что-то сделал? Только так я могла объяснить тот факт, что прямо сейчас мой мозг превращается в розовый кисель.
Видимо, мое состояние отчетливо отразилось на моем лице, потому что Раван улыбнулся очень самодовольно.
Где-то в глубине души я решила, что отомщу: однажды я улыбнусь так же самодовольно, когда он растечется сладкой розовой лужицей.
А пока…
Как я примеряла платья, я не помню. В себя пришла на свежем воздухе, когда мы покинули магазин.
— Остался последний штрих, — заявил Раван.
— А?
— Моя жена не может ходить без украшений.
— Может, хватит уже? — жалобно простонала я.
— М-м-м? Что «хватит»? — искренне удивился Раван. Или притворился, что удивился. Черт его знает! Р-р-р! И все же, как бы мне ни были приятны все эти хлопоты, стоило остановиться.
— Ты говорил, что с финансами туго, что не хватает нормально отстроить приют, восстановить таверну, а сейчас все это выбрасываешь на мои тряпки и побрякушки. Не пойми меня неправильно, мне очень лестно, и все красивое, и я никогда не носила ничего подобного, и это, безусловно, приятно… — Я тяжело вздохнула, выражая одновременно и свое отношение к мотовству, и сожаление оттого, что приходится добровольно отказываться от всех благ. Вот когда еще выпадет такой шанс? — Короче, давай я шляпку натяну пониже, а шейный платок вот так завяжу, никто и не поймет, что у меня под ними нет сережек и ожерелья. Лучше потом добавим деньги к тому, что выручим за кристаллики, и отгрохаем шикарную таверну.
— Странная ты девушка, — протянул Раван, окинув меня задумчивым взглядом. — Знакомые женатые мужчины мне обзавидовались бы: жена отказывается от покупки украшений…
— Видимо, этим твоим знакомым неведомо понятие «общий бюджет», — скривилась я.
— Обеспечить все хотелки жены — это прямая обязанность мужа, — пожал плечами Раван.
— Ну вот и давай сначала обеспечим процветание нашей таверны и приюта, а после займемся моими хотелками. Может, даже с процентами, — гордо вскинула подбородок я, чем вызвала негромкий и какой-то очень уютный смех Равана.
— Ты уникальна, — произнес он, как мне показалось, с нотками нежности. — И все же у меня есть для тебя компромисс.
  
Глава 40
 
Я не стала строить предположения и просто приподняла бровь, ожидая ответа. Сейчас мы двигались по одной из главных улиц города. Бескрайние ряды зданий словно соперничали в величии и изяществе. Их фасады были украшены инкрустациями из мозаики, золоченой лепниной и драгоценными камнями. Каждое здание казалось произведением искусства, и я в полной мере ощутила, что попала в мир волшебства и красоты. Чем-то это все напоминало Прагу, которую я обожала и куда все собиралась съездить в отпуск хоть на пару дней.