Чужак. Книга 1: Пепел империи (СИ)

— То, что я сейчас вижу, то, что чувствую — запах этой аллеи, тепло от двух солнц сквозь облака, шелест листвы — всё это настоящее лишь потому, что я здесь. Потому что моё сознание вложено в эту картину. Но стоит мне уйти — всё исчезнет. Не разрушится, нет. А сотрётся, как ненаписанная строка, как воспоминание, которое не успело закрепиться.
— Почти, — мягко сказала провидица. — Продолжай.
  
— Это... не просто прошлое. Это альтернативная вселенная. Но не такая, как описывают учёные у нас, ну точнее в мире в котором жил Дерик, тот, современный. Это не набор событий, пошедших по другому пути. Это замкнутая версия. Капсула. Она существует только пока в неё кто-то смотрит, кто-то её проживает. Пока я её проживаю. И построена она, словно из кирпичиков, которыми служат воспоминания Дерика. Он… создал её. Неосознанно. Но создал.
Провидица молчала.
Я начал шагать туда-сюда по аллее, чувствуя, как мысль превращается в озарение.
— И в этом всё объяснение. Дерик, как ты сказала, способен направлять сознание в пространственно-временные координаты. Но он — не путешественник во времени в привычном понимании. Он не возвращается в прошлое, он его воссоздаёт. Каждое перемещение создаёт новый карманный мир — новую симуляцию прошлого, новую реальность, основанную на памяти. Своей и... памяти тех, кого он обратил. Тех, кто остался с ним до конца. Вот почему здесь так много деталей — воспоминания множества умов переплетены, усиливают друг друга, создают убедительность.
Я замер.
— Но это не бесконечная вселенная. У неё есть границы. Буквальные. Граница того, что Дерик знал. Где он был. Что он видел. За пределами — пустота. Белый шум, неопределённость. Ничто.
Я посмотрел на неё, почти с вызовом.
— И самое важное... Этот мир не живёт. Он повторяется. Потому что Дерик не способен каждый раз заново переживать это прошлое. Он просто запускает его снова, создаёт декорации, приглашает сознание — как актёра на сцену, у которого всегда один и тот же сценарий. Но как только гость — как только я — ухожу, сцена рушится. Завеса опускается, зрители расходятся. Всё исчезает. И остаётся только одна линия — та, в которой не было меня. Та, в которой был только он.
Мой голос дрожал. Не от страха. От понимания. Глубокого, всепоглощающего.
— То есть… это место существует лишь до тех пор, пока я в нём. Пока я в нём — оно живёт. Как только моё сознание уйдёт — оно перестанет быть. И придёт настоящее прошлое. То, которое действительно произошло. Где был оригинальный Дерик. И где я никогда не появлялся.
Я сделал паузу, вглядываясь в её глаза, скрытые тенью капюшона.
— Как я это понял? Я бы никогда не догадался до этого в своём мире. Ни за что. Ни при каких условиях. Я не учёный, не философ, не бог. Так почему? Откуда у меня эта картина, эти термины, это... осознание?
Провидица чуть-чуть наклонила голову, но снова промолчала.
— Ответь мне. Почему я знаю то, чего не должен был знать? Почему я могу складывать то, что лежит за пределами даже моей интуиции?
Я шагнул к ней ближе. Почти шёпотом.
— А ещё лучше... скажи мне, почему из всех существ в этом мире, только ты знаешь, что это — не существующая реальность?
Тишина.
Листья шептались над нашими головами, как будто сама природа боялась заговорить.
— Кто ты такая на самом деле? — спросил я.
Она медленно сняла маску и посмотрела на меня с лёгкой улыбкой. 
— Потому что ты — не только ты, — сказала она.
Мои брови невольно приподнялись.
— Ты думаешь, что сознание — это твой разум, твоя память, твоя личность? Нет. Сознание — это приёмник. А ты сейчас настроен на частоту, которую раньше никогда не улавливал.
Она повернулась, сделала шаг по аллее, будто приглашая меня следовать. Я послушался, и шаги наши зазвучали в такт.
— То, что ты сейчас переживаешь — результат феномена, который древние считали божественным озарением. Учёные прошлого называли это "гиперинтуицией", философы — "раскрытием сознания", маги же дали этому своё имя, а именно когнитивная синхронизация через ментальное ядро.
— Что?
— Теория. Теория, которую ты сейчас проживаешь. Как оказалась это намного реальнее чем выдумки безумца.
Она замолчала, давая мне время переварить само название, но я уже чувствовал, как нечто внутри подсказывает — это действительно важно. Это не просто слова.
— Представь, — сказала она, — что в каждом существе, на глубинном уровне, существует ядро. Ментальное ядро. Оно не мыслит, не запоминает, не решает задач. Оно — как антенна, как стабилизатор, как… мост. Оно не личное, но оно личностно-связано. Именно через него происходят процессы, о которых ты даже не подозревал.
— Я не понимаю, — выдохнул я.
— Сейчас поймёшь. Когда ты оказался здесь, в прошлом, но не просто в прошлом, а в воссозданной модели памяти, твоё сознание вошло в прямой контакт с архитектурой этой симуляции. Но не как сторонний наблюдатель. А как активный элемент. Ты не просто гость. Ты — ключ.
— Ключ?
— Ментальное ядро, встроенное в твою сущность, начало автоматически синхронизироваться с ядром архитектора этой вселенной. С ядром Дерика.
Я остановился.
— Подожди… Ты хочешь сказать, что я мыслю его мыслями?
— Нет. Хуже. Ты мыслишь на его уровне. Это не пересадка мыслей. Это настройка на одну волну. Твоё ядро подключено к той же архитектуре восприятия, к тем же когнитивным шаблонам, к тем же механизмам причинности. Ты — синхронизировался. Не разумом, не памятью. Глубже.
Я провёл рукой по лбу. Ощущение было странным — как будто всё в мире перевернулось, но вместо страха я испытывал... уважение. К этой силе. К этому пониманию. К себе?
— Так вот почему я способен логически разложить то, что не знал, — прошептал я. — Почему я знаю термины, которые никогда не слышал. Почему мои догадки... точны.
Она кивнула.
— Ты подключён к базе, которая не видна, но ощущается. Ты не вспоминаешь — ты выводишь закономерности, как это делал бы Дерик. Ты рассуждаешь как он, чувствуешь, как он, хотя всё ещё остался собой. Это уникальное состояние. И невероятно опасное.
— Почему?
— Потому что, если синхронизация затянется, ты перестанешь быть собой. Ты станешь кем-то иным, не осознавая подмену.
Меня бросило в холод.
— Но как такое возможно? Как ментальное ядро... как магия вообще может сделать это?
— Это не магия в привычном тебе смысле. Это то, что раньше называли магической нейроинтеграцией. Очень древняя и очень забытая практика цивилизации, которая жила задолго до нас...очень давно. Доступ к глубинной архитектуре, сознания через специально созданную среду. Этот мир — как раз такая среда. Он стабилен, логичен, он выдерживает нагрузку. Но главное — он создан из воспоминаний. А воспоминания — это нейроны, чувства, образы. Их можно читать, их можно проживать. И если ты достаточно чувствителен — как ты — ты входишь в резонанс.
— Это как телепатия?
— Нет. Это как если бы ты встал на место Бога и стал видеть мир его глазами.
Я замер.
Всё, что она говорила, звучало одновременно как сказка и как научный трактат. Но я понимал. Не на уровне слов — глубже. Это чувство, когда ты читаешь древнюю формулу и вдруг осознаёшь, что знаешь, что будет, если её применить.
— Так вот почему я знаю, что это не реальность, — прошептал я. — Я чувствую, что она замкнута. Что за ней ничего нет. Я чувствую это, потому что… ядро Дерика помнит конец. И моё ядро тоже теперь знает.
Я медленно повернулся к ней.
— И всё же… — Я пристально посмотрел ей в глаза. — Даже если я это чувствую, даже если я синхронизирован…
  
Я сделал шаг к ней, не отрывая взгляда.
— Почему ты знаешь об этом? Почему ты, единственная из всех, кто здесь живёт, осознаёшь, что это — не существующая реальность? Что всё вокруг — ложь, созданная памятью?
— Почему именно ты?
И она улыбнулась. В её глазах отразилось нечто, что не имело формы. Не имело имени. И в этой улыбке не было ни удивления, ни испуга. Лишь ожидание.