Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)
— Боюсь, вы и тут ошибаетесь, — улыбнулся инженер, туша сигару в пепельнице. — Построить сами корабли не проблема, но выделить ресурсы для производства соответствующего количества портативных суперлазеров, да еще с системой фокусировки линз… Признаюсь честно — сейчас все мощности Куата заняты обновлением парка линейных кораблей. Слышали что-нибудь о модернизации «Имперских» по второму варианту?
— Краем уха. Корабли должны стать быстрее, вооруженнее…
— Это верно, — Уолекс вывел голограмму того, что на «Верфях Куата» получило рабочее обозначение «Имперский II». — Это наш ответ закуульскому «Рассекателю III». Внешне — все тот же «Имперский», но вот по вооружению… Я подумал, что нашим кораблям необходимо больше турболазеров — мне об этом непрозрачно намекнул упомянутый вами гранд-мофф Таркин. И так уж совпало, что на Куате велась разработка улучшенной турболазерной башни. И вот, объединив ряд наработок, мы пришли к тому, что имеем сейчас. «Имперский II» при все тех же габаритах, отныне вооружен новейшими башнями с восемью тяжелыми турболазерами типа XX-7а компании «Taim & Bak».
— Итого — шестьдесят четыре тяжелых турболазера, — подсчитал адмирал. — Против аналогичного количества на закуульских «Рассекателях» третьей модели. Кроме того, они имеют двадцать пятиорудийных турболазерных батарей по бортам, а это еще сотня орудий. Итого, в бортовом залпе они могут выдать восемьдесят четыре тяжелых турболазера. Против наших тридцати двух башенных. И в чем тут преимущество?
— В том, что помимо этого, мы оснастили корабль тремя линейно-возвышенными трехорудийными башнями в передней части надстройки в верхней полусфере, — продолжил корабел. — А это — девять сверхтяжелых турболазеров, аналогичных тем, что мы ставили на «Хищники». Не считая ста двадцати тяжелых турболазеров в бортовых батареях. Итого — шестьдесят четыре труболазера и девять сверхтяжелых для анфиладной стрельбы, или восемьдесят два бортовых и все те же девять сверхтяжелых.
— А вот это уже очень хорошо, — улыбнулся офицер. — За счет сверхтяжелых турболазеров мы сможем добиться превосходства в огневой мощи. Погодите, а сколько, вы сказали, турболазеров могут вести курсовой огонь?
— Все, — деланно пренебрежительно ответил инженер. — Моя дочь разместила орудия на «Рассекателях» так, чтобы каждое последующее слегка выступало за предыдущим, что позволяло им всем вести огонь по фронту. Я расположил бортовые турболазерные башни в одну линию вдоль надстройки, но по линейно-возвышенной схеме — и каждая последующая башня в ряду находится над предыдущей таким образом, чтобы не мешать ей вести огонь. Поэтому, учитывая обновленные средства управления огнем и сенсоры, «Имперский II» может уложить в один корабль противника шестьдесят четыре тяжелых турболазерных болта и девять сверхтяжелых. А это гарантом снимет любой сектор щита — какие бы они мощные ни были у нашего противника. Добавьте еще сюда сорок турболазерных оружий в батареях по бортам в равном соотношении и полсотни лазерных и зенитных орудий по всему корпусу — и мы получим надежную защиту как от МЛА, так и от средних кораблей противника.
— Это прорва энергии, — заметил адмирал Уэссекс. — Откуда вы ее получаете?
— На «Имперском» изначально установлены несколько реакторов — эволюция тех, что размещались на «Венаторах» и «Хищниках». Благодаря тому, что в наши руки попали технические данные кораблей сепаратистов — в том числе и наработки Сиенара по его пресловутому генератору солнечной ионизации, нам удалось разработать действующую модель собственного устройства. Пусть он не так хорош, но один такой реактор в состоянии заменить десять венаторовских. Поэтому, на «двойке» мы устанавливаем один подобный генератор и два резервных от «Венаторов». Профицит по энергетике позволяет установить для защиты надстройки корпускулярный щит, что мы и сделали. Пришлось избавиться от запасного командного пункта и ряда внутренних помещений, для установки нашего изобретения. Более того, ради минимальных переделок, нам пришлось установить реактор близко к нижней обшивке корабля вместо ангара для транспортных кораблей, сократив при этом запасы топлива для истребителей и бомбардировщиков. Поэтому, к сожалению, тот задел, что мы оставляли для возможности расширения авиакрыла с шести до десяти эскадрилий МЛА на каждом звездном разрушителе, пришлось нивелировать. Но, с другой стороны — истребители необходимы лишь для защиты разрушителя. Для поддержки нашего флота МЛА мы разработали проект эскортного авианосца «Ланцет», способного доставить к месту сражения двадцать эскадрилий истребителей или бомбардировщиков, что очень немало.
— Соглашусь, — довольно улыбнулся Денн Уэссекс. — Так понимаю, вы рассказываете мне это не по доброте душевной?
— Нет, конечно, — улыбнулся инженер. — А для того, чтобы объяснить: все верфи Куата и за его пределами, сейчас заняты либо строительством «Имперских» второй модели, либо переоснащением первых поколений по новому проекту.
— И долго занимает переоборудование? — уточнил военный.
— Неделя при работе в три смены, — пояснил инженер. — Поэтому, вы должны понимать — если мы сейчас сунемся к руководству с предложение построить предсерийные партии вашего проекта, то это снизит производство основных кораблей. А ведь мы только-только смогли выстроить подходящую концепцию нашего флота. Наши основные противники — Вечная Империя. Их звездным суперразрушителям типа «Платан», «Предвестнику» и «Гипериону» мы противопоставили наши «Затмения», которые больше и за счет осевого суперлазера куда как мощнее вооружены. Их «Рассекатели III» противостоят нашим «Тэкторам» — шестьдесят четыре тяжелых турболазерных орудия против девяти ионных пушек, три из которых курсовые и еще по три — на каждый борт. Модернизация на новейшие реакторы и орудия дает нашим кораблям девяносто шесть тяжелых турболазеров в шести восьмиорудийных башнях на каждом борту, да еще и сорок универсальных средних лазерных пушки для противодействия МЛА и средним кораблям. После модернизации «Имперские II» тоже смогут биться с этими звездолетами, превосходя их в огневой мощи. «Рассекатели II», являющиеся основой для их флота, как и линейные крейсера типа «Предел», станут прекрасной добычей для наших «Викторий», тоже получивших обновленные энергетические установки, но, правда, четырехоружийные башни XX-7b — нет возможности установить генераторы солнечной ионизации стандартного образца, потому мы разработали уменьшенную версию. Единственное преимущество мятежников — более современные генераторы солнечной ионизации, имеющие большую производительность выхода энергии, за счет чего противник имеет возможность противопоставить нам более крепкие щиты и мощность вооружения. Но однажды нашим доблестным военным удастся захватить один-два корабля, и мы нивелируем их превосходство.
— Это вряд ли, — возразил Уэссекс. — На Манаане и Слуис-ване у нас имелась возможность захватить несколько «Рассекателей II» модели.
— И что же?
— Несмотря на показатели сканеров об отсутствии живых форм, корабли взорвались, едва угроза захвата стала очевидной, — пояснил адмирал. — Вероятно, механизм самоуничтожения.
— Все может быть, — согласился корабел.
— Я правильно понимаю, что «Секуторы» тоже проходят модернизацию? — уточнил адмирал Уэссекс.
— Нет, а зачем? — удивился Блиссекс. — Они и в стандартной комплектации превосходят закуульские «Импеллоры» по большинству показателей: вооружение и авиакрыло уж точно. Об этом нам сообщали по результатам сражений за Салласт и Тритон. Наши легкие крейсера типа «Арквитенс» и «Каракка» превосходно дерутся на равных в ближнем бою с закуульскими «Мародерами» и «Крестоносцами».
— Нет, — возразил адмирал. — За счет ракетного и масс-драйверного вооружения соответственно, противник превосходит их на дальних и средних дистанциях, стараясь не подпускать их близко за счет высокой скорости.
— В любом случае, — скучающе произнес Блиссекс, — Одна лишь компания «Верфи Куата» в дочерней системе сводит со стапелей в месяц четыре тысячи «Арквитенсов», «Каррак», «Тартанов» и «Уланов». По сотне «Секуторов» и «Тэкторов», пятьсот эскортных авианосцев и полторы тысячи «Имперских», теперь уже во второй версии. Не говоря уже про филиалы — с их учетом цифры возрастают на порядки. Как только новые корабли поступят во флот, первое поколение вернется для обновления и уже через неделю с того момента флот Первой Галактической Империи будет насчитывать тысячи «двоек». Кстати говоря, вам известно сколько у нас сейчас во флоте линейных кораблей?