Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)

Не прощаясь, мужчина отключил голопроектор.
— В чем дело, Слай? — спросил он, когда женщина приблизилась к нему.
— Повелитель, — умбаранка приблизилась к нему, поклонилась. — Есть новости, которые вам необходимо услышать лично.
— Это настолько важно, что необходимо было прерывать военное совещание? — поинтересовался бывший Верховный канцлер. В самом деле — он должен был, кроме Таркина, Требона и Вейдера, заслушать еще доклад адмирала Терринальда Скрида, командующего флотом Глубокого Ядра, базирующегося в системе Императрицы Теты и удерживающего блокаду Центра Империи, где бесчинствовала ракгульская чума, уничтожающая инородцев и врагов Палпатина. Тщательно рассчитанный шаг, призванный возбудить ненависть в гражданах Первой Галактической Империи к мятежникам, на которых и «повесили» ответственность за эту «атаку».
— Да, господин, — женщина, получив разрешение, подошла к голопроектору, потратила несколько секунд на настройку оборудования, после чего отошла в сторону, позволив Палпатину лично наблюдать развернувшуюся перед ним картину.
— Наши разведчики в приграничных территориях смогли подключиться к трансляции мятежников, которая несколько минут назад началась по Имперскому Вещанию Закуула, — пояснила Слай Мур причину появления в кадре знакомой Палпатину репортерши Элин Тирелл.
— Какое мне до это дело? — брезгливо поинтересовался ученик Дарта Плегаса.
— Трансляция называется «Пресс-конференция Бессмертного Императора Вечной Империи Закуул Рика Доугана», — произнесла Слай Мур. Дарт Сидиус недоверчиво посмотрел на нее, гадая, насколько она поглупела, раз считает, что закуульцы могут провести кого-то таким дешевым трюком.
Не укрылся от него и интерьер, в котором проходила съемка: строго функциональное помещение, без окон и излишеств декора — просторный кабинет с массивным рабочим столом. Но голосъемка на данный момент демонстрировала лишь часть, по-видимому, рабочего кабинета. Остальная, в угоду интриге сюжета, оставалась вне поля зрения тех, кто сейчас во все глаза наблюдал за трансляцией. Которая, судя по счетчику просмотров, уже собрала у экранов головизоров добрую сотню миллиардов разумных. И число желающих поглазеть на происходящее лишь росло…
— … что ж, уважаемые зрители, до начала пресс-конференции всего пара минут, — улыбнулась Тирелл в объектив камер. — И осталось совсем немного, прежде чем… О! А вот и наш долгожданный гость! Бессмертный Император Рик Доуган, который весь последний месяц считался мертвым!
Кадр слегка сместился, демонстрируя, как в кресло напротив ведущей опускается фигура в темно-серых доспехах с наброшенными поверх нее черной с серебряным кантом мантией. Фигура, приложив обе ладони к лицевой маски, отняла ее от головы, явив зрителям хорошо знакомое лицо бывшего джедая, бывшего генерала, моффа, гранд-моффа, предателя… Рика Доугана.
Палпатин почувствовал, как его зубы скрипнули — настолько сильно он свел зубы. Подавшись вперед, правитель Первой Галактической Империи жадно впился взором в трансляцию, наблюдая за тем, как хрустнув костяшками пальцев, единственный разумный за всю историю Небесной Реки, который умудрился обмануть не только джедаев и ситов, но и каждого человека и экзота в галактике, улыбается, демонстрируя свое превосходство над теми, кто поверил в его кончину:
— Благодарю за радушный прием, Элин, но слухи о моей смерти сильно преувеличены…
* * *
От меня не укрылось, что хоть внешне Тирелл и выражала спокойствие, ее пальцы нервно барабанили по столешнице в моем рабочем кабинете в Императорской Цитадели на Кристофсисе.
И делала это профессионально — удерживая объектив своего дрона за пределами своих нервов.
— Меж тем, — заметила зелтронка, — Закуул официально сообщал о вашей смерти.
— Разве может умереть окончательно тот, чей титул — «Бессмертный Император»? — с улыбкой поинтересовался я. Видя замешательство девушки, продолжил:
— Нет, смерть — это лишь начало пути. Но смею заверить — свой титул я взял не просто так. Навскидку, стоит вспомнить, что я и прежде умирал — и не раз. Как видите — живее всех живых.
 
— Поверю вам на слово, — поджала губы девушка, улыбнувшись. — Думаю, наивно будет спрашивать у вас — не поделитесь ли вы секретом бессмертия?
— Наивно, но не глупо, — уточнил я. — Многие знания различных рас сосредоточены в руках Вечной Империи. И смею заверить, тех, кто служит верой и правдой Вечному Трону, мое внимание и возможность продлить свою жизнь, не обойдут стороной.
— Звучит многообещающе, — нервно улыбнулась девушка. — Надеюсь, когда я стану старой и больной, вы вспомните о своих словах.
— Поговорим об этом тогда, когда придет это отнюдь не близкое время, — с улыбкой заметил я.
Для пресс-конференции пришлось немного поработать над внешностью. В частности — с помощью Кайли и ряда препаратов обработать голосовые связки, избавившись от эха в моей речи. И надеть подобие контактных линз, чтобы скрыть черные глаза. Потому как общаться с репортершей с маской на лице — довольно глупо. Моя главная задача — дать понять населению, что именно я вернулся, а не какой-то ряженный разумный. И с закрытым лицом реализовать задуманное будет очень не легко. Поэтому… Никакой магии, просто наука.
— Думаю, у вас и других разумных накопилось немало вопросов, — произнес я. — Готов ответить на любые из них.
— Раз вы настаиваете, — в глазах девушки вспыхнул профессиональный огонек интереса. — Начнем с самого простого и очевидного — не была ли ваша смерть частью плана по выявлению планет, звездных систем и секторов, что бунтуют в настоящий момент?
— Не скрою, в Вечной Империи имеются планы на практически любые случаи, — заметил я. — В том числе — и направленные на выявление врагов. Как внутренних, так и внешних. Не скажу в подробностях — сами понимаете, это государственная тайна, но было бы грехом не воспользоваться ситуацией, связанной с моей смертью в туманности Утегету, чтобы не провернуть эту небольшую многоходовую операцию. Как видите, замысел себя полностью оправдал. Вечная Империи создавалась мной на основе принципов, которые некоторые решили нарушить, воспользовавшись срежессированным кризисом власти, дабы разорвать государство, по сути своей являющееся едва ли не утопией галактических масштабов, на куски.
— Так понимаю, вы имеете ввиду Королеву Набу Падме Амидалу из сектора Чоммель и ее союзников? — уточнила девушка.
— Не только, — заметил я. — Можно долго перечислять всех, кто попытался воспользоваться ситуацией внутри Вечной Империи, каждую планету, систему, сектор, но какой в этом смысл? Имена предателей известны, и охота за ними ведется.
— То есть, пощады не будет ни для кого?
— Даже вопрос предательства не столь однозначен, как может показаться на первый взгляд, — заметил я, подпуская пласт лжи в свои слова. — Например, Набу и миры сектора Чоммель, стоявшие у истоков мятежа, в настоящий момент оккупированы Имперскими Вооруженными Силами — как и большая часть миров мятежников. Всех, кто поднял оружие ждет смерть — это прописная истина. Но те, кто вовремя одумается, сдастся… Не скажу, что они после этого смогут жить и дальше с тем же комфортом и обеспечением, что Вечная Империя предоставляла своим гражданам до кризиса власти, но по крайней мере, они будут жить. На мой взгляд — разница между смертью за глупые идеи и жизнь, пусть и направленная на искупление своих ошибок — неравнозначные понятия.
— То есть, подход к мятежникам дифференцирован? — удивилась зелтронка. Ага, держи карман шире.
 
— Конечно, — утвердительно кивнул я, солгав и не моргнув глазом. — Я разумный человек и понимаю, что не все мятежники действительно считали, что вера в пропагандистские байки Падме Амидалы-Кловис является правильным поступком. Некоторые последовали за мятежниками из личных интересов, корысти, желания грабить и совершать военные преступления. Но немалая часть из них — просто заблудшие, запутавшиеся в неразберихе разумные. Имперская служба Безопасности, которая в настоящий момент работает в мирах, где подавлены восстания, отделит тех, кто в самом деле принимал активное участие в мятеже и тех, кто стал заложником обстоятельств по тем или иным причинам. Могу заверить, что никто — ни я, ни Темный Совет, ни остальные члены бюрократического аппарата Вечной Империи не заинтересованы в массовых репрессиях лишь потому, что правительство той или иной планеты решило, будто поднять мятеж — это вовсе не наказуемое дело. Наоборот — в сложившейся ситуации я ратую за то, чтобы сохранить как можно больше жизней своих подданных.