Цель оправдывает средства. Том третий (СИ)
И тот факт, что Палпатин переключился с язвительно-уничижительного тона на заискивающе-любезный — тот самый, которым он соблазнял Вейдера все эти годы, говорил о том, что Император решил подсластить пилюлю. В очередной раз намереваясь сыграть на самолюбии бывшего Избранного. Вскружить ему голову и заставить делать то, что он сам считал ниже своего внимания.
Мало кому в галактике был достоверно известен тот факт, что Палпатин так же являлся владыкой ситов, носившим имя Дарт Сидиус, и именно он манипулировал армиями в войне между Республикой и сепаратистами, имея конечной целью свергнуть республиканский строй, сокрушить Орден джедаев и взять галактику под свой безраздельный контроль. Мятежник Доуган пытался очернить Императора, выволакивая наружу его грязное белье, и не сказать, что не добился в этом определенных успехов. Альдераан, Хамбарин, Манаан, Ондерон — можно перечислять сутками системы и сектора в сердце Республики, которые перешли после демарша Доугана под его контроль именно благодаря этим публичным выступлениям. Что же, с этими предателями разговор будет отдельный.
И лишь совсем немногие — Вейдер думал, что ближайшие помощники Палпатина: Слай Мур, Мас Амедда, Сейт Пестаж уж точно в курсе его истинной личности — знали о роли, которую сыграл в тех событиях нынешний ученик Сидиуса: о том, как он помог будущему Императору защититься от джедаев, пришедших его арестовать; о том, как возглавил штурм Храма джедаев на Корусканте (о том что этот «штурм» являлся в первую очередь проверкой для самого Вейдера и скорее всего привел бы к его смерти сам ученик Сидиуса предпочитал не думать).
Припав на одно колено, Вейдер молча смотрел на голограмму своего хозяина. Черные доспехи, шлем, высокие ботинки и плащ не только скрывали от посторонних глаз произошедшие с ним зловещие метаморфозы, но и поддерживали в нем жизнь.
Он ничем не выдавал боли, которую испытывал, находясь в этой позе. Напоминание о последствиях его необдуманных, скоропалительных решений.
— Каковы ваши приказания, учитель? — произнес Вейдер.
И тут же задался вопросом: Неужели такую боль приносит мне этот дефектный костюм? Или тут дело в чем-то ином?
— Повелитель Вейдер, ты помнишь мои слова о взаимосвязи между могуществом и познанием?
— Помню, учитель. Там где джедаи черпают могущество из познания, ситы обретают познание посредством могущества.
Палпатин едва заметно улыбнулся. Да, он снова провел Вейдера, притворяясь любящим и заботливым. В своих доспехах, ставших ему тюрьмой, бывший джедай отчаянно нуждался в чьем-либо одобрении. Похвале, наставлении. Чтобы знать, что он кому-то все еще нужен.
— Ты поймешь это куда лучше, когда продолжишь свое обучение, мой ученик. И я обеспечу тебя любыми средствами, чтобы твое могущество все возрастало, а познание все ширилось. В должное время твое могущество заполнит вакуум, возникший на месте принятых тобой решений, свершенных тобой поступков. Став одним из ситов — настоящим, а не той карикатурой, в которую ты превратился — ты больше не испытаешь нужды в ином спутнике, кроме темной стороны Силы…
Последняя ремарка пробудила в Вейдере чувства, в которых он так и не смог до конца разобраться: переплетение злости и разочарования, печали и горечи…
События из жизни Энакина Скайуокера могли случиться целую вечность назад, и даже не с ним, а с кем-то еще, но их осадок продолжал терзать Вейдера, словно боль в отсеченной конечности.
В своем тайном убежище, за многие световые годы от собеседника, Палпатин наклонился ближе к камере голопередатчика:
— Ты, мой ученик, покажешь мятежникам из Конфедерации и Новой Республики, — Император произносил названия мятежных государств так, словно выплевывал их, — всю рискованность независимого мышления? Опасность, которой они подвергают себя, отказываясь повиноваться приказам.
— Повиноваться вам, учитель, — этот чарующий голос старого-доброго Палпатина действовал на бывшего джедая умиротворяюще. Как и прежде.
— Повиноваться нам, повелитель Вейдер. Запомни это.
— Да, учитель. — Вейдер на мгновение умолк. Что происходит? Сперва Сидиус втоптал его в грязь, указав его место рядом с собой — как слуги и раба, а сейчас, словно пытается возвысить его, приподнять из того дна, куда собственноручно его засунул? Это что, какая-то игра? Ведь Палпатин знает, что Вейдер — его самый преданный и единственный одаренный на службе. Так почему он продолжает вести себя с ним так, как это делали джедаи. — Стало быть, мне необходимо обрушиться на Фоэрост и сокрушить его?
— Да, мой мальчик.
— Каковы будут ваши указания насчет Раша Кловиса? — затаив дыхание, поинтересовался Вейдер.
— Да… Банковский клан… — Палпатин сделал вид, что раздумывает. — Учитывая, что у нас есть доказательства его сотрудничества с врагами Империи — пусть он станет твоей следующей целью, после Фоэроста. С ним можешь сделать все что, угодно, но богатства Сципио должны стать нашими — я не собираюсь платить по республиканским кредитам. А лишив Конфедерацию денежных вливаний, мы ускорим захват подконтрольных им территорий. Впрочем, меня не покидают мысли, что Доуган получает финансирование оттуда же. Тем лучше — по одному поводу, мы можем ослабить сразу троих.
— А затем, я могу заняться джедаями и казнить каждого из них?
Палпатин метнул на ученика взгляд, исполненный неудовольствия:
— Меня не заботят твои презренные бывшие дружки, мой ученик. — Полностью скрыв лицо под капюшоном, он чуть более взволнованным голосом добавил. — По крайней мере, сейчас — не заботят. Доуган избрал крайне занимательную тактику — он наложил лапу на огромные территории, и сейчас будет давиться, стараясь прикончить сепаратистов, что находятся у него в тылу. Мы поступим точно также. Когда мы избавимся от явных следов мятежей на своих территориях — мы обратим внимание на прочие «государства». И сокрушим их. Но это все будет в будущем, мой мальчик. Сейчас ты должен доказать мне то, что несмотря на свои жертвы и уродство, ты в состоянии быть достойным мантии моего ученика, Темного повелителя ситов. Пришло время показать галактике истинное лицо моего нового полномочного представителя. Как галактика тебя воспримет — зависит лишь от тебя одного.
— Я вас не подведу, Владыка, — заверил его Вейдер.
— Уверен, что так, — кивнул Палпатин. — Пока военное командование формирует для тебя подходящий флот для штурма Фоэроста и охоты за их так называемым «флотом „Оплот“», ты потратишь время с умом — будешь изучать тонкости Темной стороны Силы. Не только то, что можешь — а все, без остатка.
Зачем ему то, чем он не сможет пользоваться? Напрасная трата времени. Не лучше ли ему поступить так, как он это делал, будучи Энакином Скайуокером — отшлифовать до совершенства то, что он может делать виртуозно?
Услышав этот вопрос, Палпатин расхохотался.
— Твои джедайские корни делают тебя ограниченным, мой ученик. Темная сторона таит в себе столько тайн, о которых ты себе даже не представляешь. В том числе — и возможность переселения разума в иное тело.
Вейдер почувствовал как его тело наполняется жаром.
— Повелитель… Это значит, что я…
— Да, мой глупый мальчик, — улыбнулся Палпатин. — Докажи мне, что ты достоин того, чтобы стать моим учеником, и мои слуги воссоздадут для тебя твое прежнее тело. Не думал же ты, что я не сохранил твои обрубки? Нет, Владыка Вейдер. Научись подчинять себе Темную сторону Силы, стань ее аватаром и истинным воплощением — и тогда ты получишь шанс вернуть себе былое тело и силу. Уверен, что твое прежнее тело с новыми, абсолютными знаниями о Темной стороне — вот ключ к тому, чтобы раз и навсегда прикончить Рика Доугана, джедаев и всех тех, кто попытается встать у нас на пути.
Вейдер почувствовал, как в его руках хрустнула рукоять светового меча. Тело наполнилось обжигающей лавой Темной стороны. И под шлемом казалось, что его собственные глаза источают свет.
— Я вернусь с победой, мой господин, — заверил он, уже представляя, как собственноручно сломает шеи каждому из джедаев. Своими настоящими руками.