Ловушка для химеры (СИ)
Он не был горьким и не был сладким, не отдавал специями - Кел бы никогда не перечислила, что Янг насыпал в чашку: вкус был цельным и совершенным. Он не был горячим, но при этом обжигал и согревал до самых кончиков даже не пальцев - волос. Келли почувствовала, как загораются щеки.
- Это твоя магия? - по наитию спросила она, поймав взгляд черных глаз сквозь пар от чашечки, действительно, божественного напитка.
- Одна из... - согласился Янг.
- Такой кофе может приготовить только бог. А... еще нет?
- Есть. Но он будет другим. Кофе как "Виа Калесси", его нельзя выпить дважды.
- Янг, как ты думаешь, кто нас выдал Росомахе? - внезапно спросила Кел.
- Почему тебе пришла в голову мысль о предательстве, моя прекрасная шане? - Янг, надо сказать, совсем не удивился.
- Потому что все это ерунда. Продукты, кухня, ворота. Есть три города на расстоянии четырех дней пути от Школы, если брать дороги. А если рекой - их пять. Мы могли оказаться в любом из них. И въехать через совсем другие ворота. Это ненадежно. А Росомаха точно знала, что мы будем здесь и ловушку готовила именно на нас. На меня. Я знаю графиню Валендорскую достаточно хорошо - она ничего не оставляет на откуп случайности и действует только наверняка. Убедительно?
- Увы, шане... Да, - кивнул Янг.
- Так как ты думаешь - кто?
- Почему ты спрашиваешь меня? Я - неизвестная величина в вашей звезде. Я отказался связать магию. Возможно, это именно я предатель.
- Такая вероятность есть, - согласилась Кел, - и я ее учитываю. И все же я хочу знать твое мнение.
- Если можно - через несколько дней, шане. Ты дала мне пищу для размышлений. Я буду думать. Клянусь, что не скрою от тебя итога своих мыслей. Мы ведь разделили первую чашку утреннего кофе. По нашим обычаям, большей близости не бывает даже между супругами.
Глава 21
- Глава Квирина, благочестивый Азар, милостью Святого Квентина, местоблюститель трона примет вас... - слуга коротко поклонился высокому мужчине в простом шерстяном хафане, перетянутом обычным кушаком. Из под хафана выглядывала льняная рубаха и довольно грубые, крепкие сапоги. На кушаке висела сабля в самых обычных, деревянных ножнах.
Любимый и доверенный слуга благочестивого Азара честно не понимал, почему его Господин, который, безусловно, велик почти как Святой Квентин, а возможно и без "почти", в чьих руках власть почти божественная, чей бархатный бекачан расшит золотом и жемчугом так, что его поднимают вдвоем... почему он не выгнал этого наглого и глупого погонщика. Конечно, глупого! Ни одной жемчужины, даже в ухе. Ни одной золотой бляхи на кушаке. Ни одного, даже самого мелкого камешка на ножнах!
И этот нищеброд удостоен чести лицезреть самого Азара, внимать его мудрости, созерцать его небесный лик... А вместо того, чтобы рухнуть на колени и так ползти в малый зал приемов, этот хичин... он просто кивнул. Просто кивнул Доверенному самого Азара и прошел мимо него, как мимо стенки, пачкая своими сапогами бесценные айшерские ковры.
Прошел мимо Уважаемых Людей, корые с восхода солнца ждут своей очереди, одетые во все лучшее, пахнущие благовониями и почтившие Доверенного слугу мешочками серебра, а то и золота... На Уважаемых он тоже не взглянул!
Как тут было не подслушать?
Мерши скользнул потайным коридором в личную молельню Благочестивого, накинул засов и, отодвинув в сторону богатый золотой Шенгари пристроил ухо к едва заметному отверстию в стене. Голос Благочестивого он узнал сразу - неспешную, важную речь, приличную для главы Квирина с легким оттенком отеческой укоризны:
- ... ожидали несколько большего, - услышал слуга, - Квирин недоволен. Я, конечно, сдержал их, объяснив, что так вышло даже лучше. Самые опасные противники устранены, несомненно, волей Неба. А то, что эпидемия в Шариере оказалась безобидной лихорадкой это, безусловно, знак, что Священный Кесар, облака ему под ноги, с небесного престола благословил родной город.
- Неглупо, - обронил нахал.
"Неглупо!!!" Слуга едва не зашелся в праведном негодовании! Да тебе ли, нищий хичин, оценивать мудрость Благочестивого? Упасть и внимать, не поднимая глаз!
- Квирин принял это объяснение. Но сам я хотел бы знать правду. Ты обешал мне несколько другое. Ты обещал мертвый город и четкий след, ведущий в Империю. Такой, который не сможет оспорить даже Император - Оборотень. И - ты обещал мне смерть маршала Монтреза. Но он жив!
- Благочестивый, - слуга мог бы поклясться, но в голосе хичина прозвучала ирония, - когда разрабатываешь такой сложный план, в мелочах может произойти сбой. Жизнь сложна и непредсказуема. Главное мы сделали - Трон Квентина свободен и скоро его займет достойный потомок Святого.
- Живой Монтрез - это не мелочь, - буркнул благочестивый.
- Не нужно демонизировать врагов. Он всего лишь удачливый вояка... Вероятно, наши подарки ему не приглянулись, такое бывает. Возможно, Монтрез был пьян до изумления. В таком состоянии уже не до любви... как бы ни был красив, покорен и обучен подарок. В замке был бал. В любом случае, в ближайшее время я исправлю это упущение. Золотой Кот ходит по этой земле последние дни, клянусь Троном Квентина.
- Лучше бы ты поклялся тем, что тебе, действительно, дорого, - недовольно проговорил благочестивый.
- Я так и сделал, - невозмутиво парировал хичин, наглый до беспредела. - не беспокойся, Азар. У меня почти все готово. Трон займет достойный Кесар, Фиоль покорится ему, Империя падет к ногам нового Живого Бога, а Монтрез пойдет по уголькам... ой, не завидую я аду.
- Теперь ты демонизируешь врага? - хмыкнул благочестивый.
- Мне можно, - туманно ответил хичин, - мы с ним почти братья. Вдохни, выдохни и помолись, Азар, все остальное уже сделано. Мне потребовалось на это десять лет... но сейчас Химера готова к броску.
Хруст сухих галет разносился по зеркальному лабиринту далеко и, кажется, тоже отражался от стен.
- Ругать будешь? - проницательно спросил принц.
- Оно мне надо? - хмыкнул Марк. Принц не успел облегченно выдохнуть, как Винкер добавил, - сдам вас Абнеру, пусть воспитывает.
Дружный стон мальчишек взлетел к потолку и пошел гулять длинными, запутанными тоннелями.
- Настройке тебя кто учил, Твое Высочество?
Удивительно, но Рами, кажется, смутился.
- Сам учился. По книжке.
- А как книжка называлась? И кто автор?
- "Зеркальные пути". Ойген Окли.
- Все с тобой ясно. Вернемся назад - закопай ее в парке, где-нибудь в болотце с лягушками. А лучше - в Альсоре утопи, - посоветовал Марк, - а учиться нужно по учебнику мэтра Танри: "Портальные зеркала. Расчеты сопряжений". Тогда понимать будешь, что есть основное правило, и его нужно придерживаться всегда, при любых условиях, хоть небо гори - если сопряжения не сходятся, немедленно сворачивай поиск и гаси зеркало.
- А почему?
- А потому, - передразнил Марк, - портальное зеркало - это тебе не форточка в сад: захотел - вылез, расхотел - обратно залез. Это мгновенное перемещение на тысячи лиг через сопряжения, в которых точки связаны с нашим миром хаотично. И ориентироваться можно лишь по специальным маякам. Без них унесет неизвестно куда и хорошо, если целиком. Поисковый импульс ищет именно маяки и если находит все, и все - на месте, лишь тогда провешивается портал.
- Но что с ними может случиться? Я имею в виду - с маяками? - черные глаза Высочества сияли неподдельным интересом.
- Боюсь, не смогу сейчас ответить.
- А почему? Это тайна?
- Точно, - кивнул Марк, - страшная тайна от всех лентяев, невежд и маленьких мальчиков которым воспитатели подсовывают не те книжки. Если я тебе сейчас скажу, что точки сопряжения задаются волновым уравнением Сая, ты спросишь, что это такое. Я тебе отвечу, что это раздел математики, а именно - дифференциальное исчисление, на что ты заметишь, что пока этого не проходил. И на этом разговор закончится. Понимаешь - почему?