Блеф (ЛП)

Эверли продолжала щелкать, пока, наконец, не отпустила мышку и не подняла взгляд.
— Не мог бы ты закрыть дверь?
— Конечно. — Я сделал, как она просила, затем сел на диван, наклонившись вперед и положив локти на колени.
— Это нелегко. — Ее пальцы нервно барабанили по крышке стола, а взгляд то и дело устремлялся к экрану. На что она смотрела? — Я, эм… Мне нужно тебе кое-что сказать. О Кэти.
  
О Кэти? Я моргнул. Я думал, мы будем говорить о нас и об этом чертовски неловком напряжении в комнате.
— Лаааднооо, — протянул я, растягивая слога.
Если это была очередная чушь о том, что они не ладят, я запру их обеих здесь на неделю, пока они либо не убьют друг друга, либо не придумают, как ужиться.
— Хакс, я думаю… — Эверли с трудом сглотнула. — Я думаю, она обкрадывает тебя.
Каждый мускул в моем теле напрягся. Нет. Никогда. Кэти была одной из немногих в этом мире, кому я доверял, и она не стала бы воровать.
— Нет.
Она подняла руку.
— Ты позволишь мне объяснить?
— Ладно, — проворчал я. Объяснение было, но что бы Эверли ни думала, что она нашла, это было неправильно. Кэти не стала бы у меня красть.
— Вчера мне позвонила покупательница. Она была от дамы, для которой ты делал ту работу, ту, что без синего.
Я скривил губы.
— А, она.
— Обычно Кэти отвечает на телефонные звонки, но она была занята в демонстрационном зале, поэтому я ответила.
— Тебе следовало перевести звонок на голосовую почту, как всегда делаю я.
— Ну, я этого не сделала. — Она глубоко вздохнула, словно пыталась сохранить спокойствие.
Это объединило нас двоих.
Мои руки сжались в кулаки, потому что все это недоразумение было пустой тратой времени.
— Женщина хотела заказать еще одну картину, — сказала она. — Она хотела, чтобы ты сделал ее того же размера и в том же стиле, что и ту, что сделал ранее для ее подруги. Лось в лесу.
— Хорошо? — Как, черт возьми, это все приведет к воровству?
— Ну, я не знала, что это за подруга, поэтому спросила имя подруги, чтобы узнать, что это за картина. Только я не смогла найти никаких записей о ее подруге в системе.
— Ты спрашивала Кэти?
— Нет. — Она нахмурилась. — Нет, я этого не делала. Потому что я работала больше месяца, чтобы не спрашивать Кэти о каждой мелочи. Именно поэтому все твои вещи попадают в инвентарный список. Именно поэтому каждый депозит связан с картиной. Я должна была найти эту покупку.
— То, что ты не можешь ее найти, еще не значит, что она ворует. Господи. — Я провел рукой по волосам. — Как ты можешь обвинять ее в этом?
Глаза Эверли вспыхнули, но она положила ладони на стол — мой стол — и продолжила говорить.
— В твоих финансах есть расхождения. Я обнаружила их за последние четыре года. Картины, которые должны были быть проданы дороже, чем указано.
— Я говорил тебе, что Кэти ведет переговоры. У нее есть на это право.
Эверли поморщилась.
— А у меня нет.
— Нет, у тебя нет. — Суровая правда заключалась в том, что она работала здесь всего месяц. Кэти была со мной много лет.
— Подруга заплатила онлайн. Через «ПэйПал», — продолжила Эверли. — И она только что прислала мне по электронной почте скриншот, на котором показана транзакция.
— К чему ты клонишь?
— Денег нет на твоем счете «ПэйПал». Их нет в банке. Почему?
— Откуда, черт возьми, мне знать? Ты должна спросить Кэти.
— Я спрашиваю не Кэти! — Эверли вскочила со стула. — Пропали картины. Клянусь, те, что были у меня в хранилище, исчезли.
— Так это значит, что она их забирает? Черт возьми, Эв, тебе не кажется, что это слишком серьезное обвинение? Ты даже не спросила ее. Ты просто предположила, что она делает что-то, чтобы надуть меня. Она не такая. Кэти не поступила бы так со мной.
— Что-то не сходится. — Она всплеснула руками. — А что, если она взяла картину и продала ее на стороне? Система не лжет. Они должны быть там. Позволь мне показать тебе, как это работает. Можно, я покажу тебе?
— Нет. — Я встал, качая головой. — Нет, я не буду на это смотреть.
— Но…
— Нет! — взревел я. — Это чушь собачья, Эв. Это абсолютная чушь. Ты приходишь сюда, разбираешь кучу цифр, и вместо того, чтобы дать Кэти шанс помочь тебе разобраться в них, ты решаешь, что она гребаная воровка.
Краска отхлынула от ее лица, и эти карамельные глаза уставились на меня так, словно я был незнакомцем.
— Ты мне не веришь.
— Нет, я тебе ни хрена не верю.
Она дернулась, и боль, которая была в ее глазах, сменилась яростью.
— Я всегда только и делала, что помогала тебе. Я всегда была честна. И что бы я ни делала, ты мне не доверяешь.
— Мы едва знаем друг друга.
Еще одно вздрагивание. В ее глазах снова промелькнула вспышка. А затем эмоции… исчезли. Ее плечи поникли. На лице появилось безнадежное выражение.
И в этот момент я понял, что обсуждения не будет. Они не смогут ничего исправить.
Между нами все кончено.
— Я хочу развестись, — прошептала она.
Глава 19
Эверли
— Я хочу развестись, — повторила я, когда Хакс не ответил.
Его брови сошлись на переносице.
— Ты можешь… ты можешь подождать? Я только что получил Саванну. Я не хочу, чтобы это выглядело подозрительно, вдруг судья передумает.
Саванна. Это всегда было связано с Саванной. Я знала это. И все же мне было так больно, что я с трудом поднялась на ноги. Значила ли я что-нибудь для него?
Нет.
Как я могла позволить себе забыть, что все это было притворством? Как я могла быть такой дурой и влюбиться в этого мужчину? Потому что он не чувствовал того же. Любая привязанность между нами была плодом моего воображения. Пепел моих испепеленных надежд теперь был разбросан по полу.
Как бы я ни старалась, как бы часто ни доказывала свою преданность, Хакс никогда не впустит меня в свою жизнь. Он никогда не будет доверять мне.
Он никогда не полюбит меня.
— Хорошо, — прошептала я.
Он кивнул, опустив взгляд в пол. И, как истинный Хакс, больше не произнес ни слова.
Стены давили на меня. Воздух был таким тяжелым и плотным, что наполнить легкие было почти невозможно. Если я останусь здесь, то задохнусь, поэтому я бросилась к вешалке для одежды и схватила свою сумочку. Моя рука была уже на дверной ручке, когда тихий голос Хакса остановил меня от попытки сбежать.
— Эв?
Я не обернулась. Один взгляд на него, и я могу рухнуть.
— Да.
— Спасибо.
Он все время повторял «спасибо». Всегда за все благодарил. Но этот раз разбил мое сердце на тысячу кусочков. Я не хотела, чтобы меня благодарили. Я не хотела его благодарности.
Я хотела его самого. Каждый разбитый, сварливый, прекрасный кусочек.
— Так не должно было быть, — прошептала я.
— Нет. Это всегда должно было закончиться именно так.
Не плачь. Пока нет.
— Я думаю, мы неплохо потрахались, верно? Вот и все, чем это было. Просто трах.
Его молчание было невыносимо. Потому что в его молчании было согласие. Подтверждение того, что все, чем я когда-либо была для него, — это средством для достижения цели. Женщиной, согревающей его постель.
Дверь чуть не ударила меня по лицу, когда я распахнула ее и вышла из галереи. Я направилась к заднему выходу, не желая видеть самодовольное лицо Кэти, если войду в выставочный зал.
Она победила. Она получила то, что хотела. Хакс и галерея были в ее полном распоряжении. Она могла воровать прямо у него из-под носа, и это была не моя проблема. Больше нет.
Я достала из сумочки ключи от «Тахо», но мой палец замер на кнопке, чтобы открыть дверцу.
Но машина не моя, она Хакса. И куда я направлялась? К нему домой? Это место тоже было не моим. Я в ужасе попятилась от внедорожника. Бриллиантовое кольцо на моей руке обожгло кожу, и я сняла его, сунув в карман.
У меня ничего не было.
Я потратила те немногие сбережения, которые у меня оставались, чтобы платить Керриган за аренду. Я не нашла оплачиваемую работу, чтобы пополнить свой банковский счет. У меня ничего не было.