Единственная для Зверя (СИ)

— Нисколечко. Толку от него — никакого. За три года он не то, чтобы замуж меня не позвал, но даже переехать к себе не пригласил. Так зачем он мне такой нужен?
— Ну, ты ж вроде его любила.
— Любила, но всему есть предел, даже моему ангельскому терпению.
Зачёрпываю ложечкой сладкое горячее пойло, только по недоразумению именуемое чаем и морщусь, не в силах проглотить сладкий напиток. Наверное, для поддержания гормонов в тонусе мне, пожалуй, хватило бы и полпакетика.
Пожадничала, дурында.
— Жаль, конечно. Я искренне надеялась, что у вас с ним всё срастется, и мы с Ванькой вскоре получим приглашение на свадьбу.
— Забудь!
Пытаюсь придать своему лицу самое невозмутимое выражение лица, которое только есть в моём арсенале, и делаю спокойный взмах рукой.
Даже Даше я не хочу рассказывать, что провела полночи, рыдая в подушку и удаляя наши совместные фотографии из социальных сетей. Димка несколько раз пытался до меня дозвониться, видимо, освободившись от ненадёжных пут, но я попросту отключила звук телефона, сыпля разнообразными нецензурными словами в адрес бывшего кавалера.
Ещё легко отделался, гад — звонки стали поступать примерно через полчаса после того, как я покинула квартиру этого изменщика. А я-то втайне надеялась, что он промучается в неудобной позе до утра, выкрикивая на разные лады моё имя.
Потом выпила полбутылки «Мартини», закусывая нарезанными дольками лимона и киви, и уснула, не раздеваясь, у экрана ноутбука. А утром обнаружила у себя на страничке в одной из соцсетей новую фотографию и статус «в активном поиске».
Ну, пусть так и будет.
Всё, перелистнули страничку.
И забыли. Нужно забыть, и жить дальше.
— Викусь, ты только не нервничай…
Подруга заговорчески округляет глаза, понизив голос до шёпота, и обводит глазами кафе, сканируя посетителей. Она ведёт себя как заправский шпион, и я замолкаю, следя за странными действиями Дашутки. Какая ещё странная идея могла придти в голову моей любимой подружки?
Но, естественно, никому нет дела до двух подруг, шепчущихся за крохотным столиком.
Тогда Дарья осторожно кладёт свою пухлую горячую ладонь, накрывая мою, и слегка хрипит дрожащим от волнения голосом.
— А ты не думала, что на тебе какое-то проклятие?
— Чего?
Прислоняю указательный палец к виску, слегка постукивая им, и ухмыляюсь. Похоже, сладкое не идёт больше Дашке на пользу. Она не только располнела с него, но и начала нести всякую антинаучную ересь.
— Ну, там родовое проклятье или венец безбрачия, я не слишком в этом разбираюсь.
— С ума сошла!
Раздражённо цокаю языком, отламывая от пирожного маленький кусочек и, блаженно закрыв глаза, отправляю его в рот. Подруга уже помешалась на этих всяких экстрасенсорных штуках, наивно полагая, что все эти маги и чародеи в действительности существуют.
— Нет-нет, ты подумай!
— И слышать не хочу!
Выставляю ладонь вперёд, пытаясь защититься от того потока бреда, который сейчас на меня непременно выльется, как из рога изобилия. Я прекрасно знаю, что все воскресные вечера моя подружка проводит у телевизора за просмотром разнообразных телепередач, где никому не известные люди оказываются экстрасенсами и проходят различные испытания. Она даже приобщила к совместному времяпрепровождению Ваню, но он, насколько я знаю, весьма скептически отнёсся к подобного рода телепередаче, махнув на жёнушку рукой.
Ну, нафиг, я в это не верю!
— Я знаю о трёх твоих парнях, и ни один так и не сделал тебе предложения!
— Потому что козлы!
— Все?
— Ну, так вышло. Не всем так везёт в семейной жизни, как тебе!
Опускаю глаза в пластиковый стол, накрытый зелёной клеенчатой скатертью, и начинаю пересчитывать лепесточки у искусственной ромашки, стоящей в миниатюрной вазочке, тяжело вздыхая. Гадание на искусственном цветке конечно тоже — так себе идея, но эта невинная шалость, дурачество, и не более. Я во всё это не верю.
— Любит, не любит. Плюнет, поцелует. К сердцу прижмёт…
Ага, как же!
И, как назло, лепестки заканчиваются на моей фразе «к чёрту пошлёт». Сжимаю руки в кулаки, взвыв от боли — острые ноготки впились в мягкие ладошки, оставив некрасивые красные следы.
 
Ну, ничего удивительного!
Меня можно только к чёрту послать, впрочем, Димка так и сделал.
Подпираю подбородок рукой, задумчиво глядя на отвратительную пластиковую ромашку, посмевшую испортить мне настроение, и закусываю губу.
А вдруг, Дашка права, и справедливое зерно в её странных бредовых умозаключениях всё же присутствует?
Задумчиво кручу на пальце простое серебряное колечко, покрываясь липким потом. Может быть, это и правда. Ведь у меня были отношения с тремя мужчинами и длились они по три года!
Мистика или простое совпадение?
Понимаю, что Дашуткины зёрнышки мистики, которые она старательно взращивала в моей душе настоящего скептика, дали свои всходы и закусываю нижнюю губу.
Да ну, ерунда!
— Ага, ты тоже об этом подумала?
Подруга залихватски подмигивает, загибая пальцы. Кажется, она тотчас прочла мои мысли и решила добить меня статистикой, для пущей убедительности. И пусть со школьной скамьи у ученицы Колокольцевой были нелады с математикой, я прекрасно понимаю, что вся эта арифметика смотрится, мягко говоря, странно.
Вот же чертовка!
— Три мужика по три года отношений. И тебе уже тридцать!
— Да ну, ерунда какая-то…
Мямлю, пытаясь собрать свою волю в кулак, но Дашка продолжает давить на меня своим авторитетом и полной грудью пятого размера. Сердце предательски ухает куда-то в район живота и меня начинает мутить от непонятного ледяного страха, окутывающего тело.
Отодвигаюсь от стола, скрестив руки на груди, наблюдая за яркой жестикуляцией подруги, и понимаю, что дело в чае. Липкий сладкий комок отвратного пойла поднимается по горлу вверх, и я отчаянно сцепливаю зубы.
Нет, только не сейчас.
Дашка не поймёт и, ещё того хуже, обидится.
Вон, как вцепилась в меня своими пухлыми сарделеобразными пальчиками — порвёт, как Тузик грелку, если я не поддамся на её уговоры. Она очень старается вбить в мою хладнокровную голову свои антинаучные взгляды, выпучивая глаза и вращая ими наподобие гипнотического маяка. И где она так научилась? Не иначе, как в своих магических книжках.
— И вовсе не ерунда! А вполне чёткая закономерность!
Сдаюсь.
Может быть, когда Дарья, поймёт, что просто не всем везёт в личной жизни, и никакого мистического подтекста в этом нет, она оставит, наконец, меня в покое?
Легче согласиться. Посмотрим.
— И что ты предлагаешь?
— Есть одна гадалка. Говорят, она сильная. Привороты — отвороты всякие может делать, травы собирает специальные и отвары делает.
— Ага, и живёт, небось, в избушке на курьих ножках?
Хмыкаю, втягивая носом воздух.
— Не ёрничай!
Даша предостерегающе поднимает вверх указательный палец, обрывая меня на полуслове.
Раздражённо цокаю языком, поднимая глаза к потолку, слушая хвалебный отзыв о какой-то деревенской сумасшедшей, возомнившей себя ясновидящей. Ну, ещё этого мне не хватало — таскаться по всяким гадалкам из-за того, что меня бросил очередной парень.
Ну, не бред ли?
Но вслух неожиданно произношу:
— И где она живёт?
— Да где-то в Подмосковье. Могу адресок узнать, если решишься. У матери знакомая есть, так она регулярно к этой бабке наведывается.
— И что, не помогает?
Хмыкаю.
— Ты что, наоборот! Мамкина знакомая уже и замуж вышла, и ребёнком обзавелась, а теперь дом в Подмосковье строит. Не жизнь, а малина!
— Так она и раньше, может, не бедствовала.
— Ага, скажешь тоже! Она раньше уборщицей работала, в кафе туалеты мыла.
 
Кошусь на Дарью, недоумевая, откуда у её матери, которая является довольно успешной бизнес-вумен подобные связи, но опускаю свой вопрос, так и оставшийся висеть в воздухе.
Ладно, меня это не касается.