Единственная для Зверя (СИ)

— Ну, блин, Андрей, я же сказала!
Супруга отталкивает мою горячую ладонь, подскакивая на кровати. Её серые глаза пылают праведным гневом, как будто я посягнул на что-то сокровенное и мне недоступное, а губы сжимаются в твёрдую злобную линию.
Ну, совсем как фурия!
Но я не привык отступать. Тем более от того, что положено мне по праву.
В два прыжка оказываюсь рядом с супругой, хватая её за тонкие, отчего-то ледяные запястья, и пытаюсь заглянуть в глаза, притянув её поближе.
— Ну, Лисёнок, мне очень хочется…
— А мне нет!
Жена отталкивает меня, выдёргивая свои руки из моих стальных тисков, и встряхивает волосами, создавая из них причудливый вихрь. Я вижу, как по длинной шее супруги разливаются красные пятна, и отчётливо понимаю — она нервничает.
Мне хочется схватить её за нежные предплечья и потрясти как спелую грушу, чтобы она, наконец, стала родной и близкой, как раньше. Ведь ещё пару месяцев назад у нас не было никаких проблем с сексом.
Он был всегда, стоило мне только намекнуть.
— Чёрт, Алиса, в чём дело?
Рычу, ошарашенный жёстким отказом своей супруги, которая сейчас стала больше похожа на восковую фигуру, замерев в нерешительности у комода, и останавливаюсь, нависая над ней как высоченная скала, тяжело дыша.
Она должна, наконец, рассказать мне, что случилось. Просто обязана!
— Ни в чём.
Супруга упрямо мотает головой, собирая свои светлые волосы в аккуратный хвост, и быстро накидывает на свои плечи шёлковый халатик, пытаясь скрыть от моих страстных глаз очертания своего соблазнительного тела.
Стискиваю зубы до боли, чтобы не разразиться нецензурной бранью и выпускаю обжигающий воздух носом, сглотнув вязкую слюну.
Чёрт, так нельзя.
Нужно нежнее.
Я решаю предпринять ещё одну попытку к сближению и подхожу к жене, хватая её за тонкий шёлковый поясок. Щёки Алисы внезапно вспыхивают, как у совсем невинной девушки, а на сочных губах появляется дрожащая улыбка.
Она что, меня боится?
Аккуратно накручиваю шёлковый пояс от халатика на свой длинный палец, наконец, намертво пригвоздив любимую женщину к своему изнывающему по ласкам телу. Член в трусах приветственно дёрнулся навстречу Алисе, мечтая о встрече с её сладкой промежностью, и я чуть нагнулся к волосам супруги, вздыхая их цветочный аромат.
— Лисёнок, ну я же не железный, пойми. Ты уже больше месяца избегаешь меня.
Жена упрямо опускает глаза в пол, впиваясь взглядом в ворсистый белоснежный ковёр, не говоря при этом ни слова. Я пытаюсь говорить как можно нежнее и спокойнее, хотя в душе у меня всё ходит ходуном, а в трусах уже готова разорваться атомная бомба.
— У тебя, то месячные, то голова болит, то ты просто устала. В чём дело, ты избегаешь меня, не пойму?
Алиса закусывает пухлую нижнюю губку тяжело вздыхая, и я понимаю, что жену, скорее всего, что-то гложет и она никак не решается мне об этом рассказать.
Может, заболела?
Прижимаюсь к Алисе, но тут дверь в нашу спальню с шумом отворяется и в комнату вбегает смешная светловолосая девчушка в розовой пижамке.
— Папа, мама, вы уже встали?
Дочка кидается мне на шею, трогательно осыпая поцелуями щетинистую скулу, и я сразу выдыхаю. Ладно, поговорю с женой позже, а сейчас мне уже действительно пора собираться на работу.
Первый день на новом месте — мне никак нельзя опаздывать.
*****
Завязываю узел на галстуке, осматривая себя в зеркало, и вижу в отражении обеспокоенное лицо супруги. Алиса в нерешительности стоит у шкафа и вынимает одну блузку за другой, осматривая их растерянным взглядом.
Что, опять постоянное — мне нечего надеть?
Но супруга упрямо молчит, закусив нижнюю губу, чем ещё больше раздражает меня. Кажется, она тоже несколько раздосадована нашим утренним разговором, и возможно, мы ещё не договорили.
Обязательно поговорю с ней вечером и постараюсь наконец всё выяснить.
А может, стоит пригласить её в ресторан?
Алиса, возможно, переутомилась, совмещая домашние дела с работой и вот результат — разлад в семье. Да и вместе мы довольно давно уже никуда не выбирались, отдыхая поодиночке в разных компаниях.
 
Что ж, это идея. Обязательно над этим подумаю.
Целую дочь на прощание, проводя по её шелковистой щёчке своим шершавым пальцем, и нагибаюсь к супруге, чтобы запечатлеть на её губах страстный поцелуй.
Но Алиса сдержанно подставляет мне щёку.
— Ты помнишь, что сегодня — мой первый рабочий день в новом журнале?
— Конечно, хорошего тебе дня.
Сканирую равнодушное лицо супруги внимательным осторожным взглядом и начинаю испытывать какое-то чувство тревоги. Что-то определённо начало твориться с моей женой ещё месяц назад, а я даже не сразу заметил.
Но я всё обязательно выясню.
— Спасибо.
— Пока, папочка!
Варя смешно хмурит носик, подпрыгивая в прихожей в ожидании матери, и расплывается в счастливой улыбке.
— Хорошего дня, солнышко.
Посылаю дочурке воздушный поцелуй, хватая свой деловой портфель и выхожу из квартиры, прикрывая за собой дверь.
Пора.
*****
Путь до издательства, в которое меня переманили, предложив солидный гонорар, занял у меня всего десять минут — что ж, ещё один жирный плюс к тем плюшкам, которые я уже получил от этого перехода.
Будем надеяться, что коллектив там не слишком вредный, не чета прошлому, и мне быстро удастся в него влиться.
Оставляю свою «Сузуки» рядом со зданием, на парковке для персонала и почти бегом направляюсь к стеклянной двери, на ходу нажимая кнопку блокировки дверей. Слышу прощальный сигнал автомобиля, и выдыхаю, припустив бегом.
Несмотря на близость дома к новому месту работы я уже почти опаздываю, перепалка с женой отняла у меня слишком много времени, сил и нервов, всё равно оставив меня в итоге без сладкого.
Ну, ничего, с этим я разберусь чуть позже.
Показываю охраннику на входе свой новенький пропуск, который мне оформили на днях и гордо шествую к лифту, нажимая на полупрозрачную кнопку. Двери послушно раскрываются, пуская меня внутрь хромированного монстра, и я лениво облокачиваюсь на стенку, выжимая кнопку нужного этажа.
— Ааааа, подождите!
За створками лифта раздаётся какой-то нечеловеческий визг и я на миг впадаю в ступор. Ещё никогда мне не приходилось слышать подобный противный ультразвук и захотелось как можно скорее смыться, оказаться подальше от источника шума.
Ненавижу истеричных женщин, устраивающих скандалы на ровном месте и без веского повода!
А этот монстр за дверями лифта, наоборот, не собирался меня отпускать. А наоборот, заколотил своими кулачищами в металлические створки и просунул между ними какой-то грязный ботинок со свисающими комьями грязи.
— Ну же, откройте!
Понимаю, что двери начинают нехотя открываться сами по себе и это наглое существо сейчас всё же ворвётся в кабину лифта, и с ужасом прикрываю глаза.
Чёрт, вот не повезло.
— Неужели было сложно подождать меня?
В лифте раздаётся звенящий стальной голосок и я открываю глаза, оглядывая вошедшую. Изумлённо впериваюсь взглядом в хрупкую девушку, которую я принял за монстроподобное существо.
Правда, небезосновательно.
В этой стройняшке кроется просто стальной стержень.
Она стоит, сцепив свои маленькие перемазанные грязью руки в кулачки, и с вызовом смотрит на меня проницательными карими глазищами. И я бы, наверное, не смог бы отвести взгляда от этих красивых глаз, обрамлённых пышными и чёрными, как сажа, ресницами, если бы не странный вид одежды красотки.
 
Её пальто цвета пыльной розы всё покрыто грязевыми каплями, а колготки выглядят просто ужасно — как будто её окатила грязью с ног до головы одна из проезжающих мимо машин. Дешёвые полуботиночки развалились от того приключения, в которое она, видно, попала, и наружу вылез аккуратный хорошенький мизинчик, покрытый ровным слоем грязи, смешанной с придорожной пылью.