Временная мама (СИ)
— Цветы? — приподнял он бровь. Я как можно равнодушнее повела плечом, а он фыркнул: — Вот уж, действительно — свято место пусто не бывает!
— Это не то, что тебя сейчас волновать должно, — парировала я. Он приуныл, виновато опустил глаза и тихо произнес: — Извини.
— Со Славиком что, ты за ним утром приедешь? — поинтересовалась я, обходя вопрос о его ночевке. Пусть хоть в машине спит.
— Я как раз, хотел с тобой об этом поговорить, — произнес он и сбился. Сглотнул, и повернулся ко мне: — Можно он у тебя пока поживет?
— Что значит, у меня пока поживет?! — округлила я глаза. — Ты в своем уме? Вообще-то, у мальчика родители есть!
— Понимаешь, я пока не могу его взять к себе, и потом, школа, возить его каждый день за шестьдесят километров…
— А ты устрой его в другую школу, с этим ты блестяще справился в прошлый раз.
— Боюсь, посередине четверти не получится.
— Во–первых, всего неделя от четверти прошла, во-вторых, это не мои проблемы, Игорь. Ты вообще себя слышишь, какую ерунду ты сейчас несешь?
— Но я не могу его сейчас взять к себе, пойми, — приложил он пятерню к груди. — Ну, пожалуйста, Лиза, я очень тебя прошу.
— Какие проблемы, отвези ребенка матери, — предложила я решение и поднялась. Шагнула к окну и отвернулась. Видеть его не могу!
— Ей я его тем более не верну! — отчаянно выкрикнул он. — Она снова запретит мне с ним встречаться!
— Когда это она запрещала тебе с ним встречаться? — поразилась я такой наглости и повернулась. — Когда такое было, Игорь?
— Всегда, — уверенно заявил он. — Ты просто всего не знаешь. За каждую встречу с ним я платил. Каждый вывоз ребенка на выходные, платил, а в каникулы она просто наживалась на мне! Я полностью квартиру на неё переписал, чтобы забрать Славку к себе!
— Прекращай на неё наговаривать, как тебе не стыдно. Обо мне ты тоже потом легенды будешь слагать?
— Лиза, это правда, — настаивал он. — Я просто не хотел нагружать тебя своими проблемами!
— Допустим, но ты априори должен их содержать, алименты, в конце концов, выплачивать.
— Алименты, но не гулянки его матери!
— Господи, какое дерьмо ты, Шмаков!.. — протянула я. Он только за этим и пришел, решить проблему с сыном. Похоже, он скрывает его наличие от своей новой пассии, как и от меня когда-то. В ином случае, он бы вывез его так же тайно, как вещи. Я схватилась за виски, колотило ужасно, и покачала головой: — Ты запутался в своих бабах, Шмаков, хорошо, что я уже не твоя. Я даю тебе неделю на решение своих проблем, а сейчас — уходи.
Ушел. Окончательно, бесповоротно, подсвечиваемый дворовым фонарем. Поднял ворот куртки и обернулся напоследок. Я резко присела. Чуда никакого не произошло, программа «Розыгрыш» о наших краях, как и о нас самих, даже не подозревает.
Глава 4
Поначалу я сомневалась, а потом все-таки решилась поехать к родителям. Туда непременно заявится моя сестра, со своим семейством, а она как никто лучше подходит на роль моей «жилетки». Выговориться мне сейчас жизненно необходимо. Если я все выходные просижу в четырех стенах и одиночестве, — Славик не в счет, он лишь провоцировал своим присутствием — я попросту сойду с ума.
Родители жили в пригороде, в частном доме, который построили сами лет десять назад, перебравшись из бетонной коробки, и очень гордились им. Добирались мы на маршрутке. Возможно, следовало взять у Игоря машину, все-таки, вместе её покупали, передвигаться с ребенком и сумками на ней гораздо удобнее. Хотя, по честному, водитель я аховый и без острой необходимости предпочитала за руль не садиться.
У калитки пасся Коля, Лидкин муж, копошился в своей тачке – хобби у него такое. Даже если ничего не сломалось, и машина в принципе ведет себя без нареканий, Коля всегда найдет что ему в ней протереть или поправить. Естественно, зять задался вопросом почему я «без Игорехи», но тут никаких проблем не возникло. Я ответила, что он не смог, Николая мой ответ вполне устроил.
— Вы как раз вовремя, — встретила мама на пороге. — Пельменей налепили, Лида запускает уже.
— Открытие сезона, — улыбнулась я. Приближалась зима, значит домашние пельмени в этих стенах будут вариться каждые выходные. Для разнообразия их станут сменять вареники, в редких случаях пироги. Мы обнялись, поздоровались, а потом я повернулась к Славику: — Ты чего замер, раздевайся. Давай мне свой рюкзак, унесу в комнату.
— А где Игорь? — поинтересовался отец. Они вместе с сестрицей, высыпали в прихожую. Папа, потирающий руки, и Лидка с шумовкой в руках. — Машину ставит?
— Нет, Игорь не смог, работает. Мы на маршрутке.
— Тьфу ты, ёлы-палы! — досадливо стукнул себя по ляжкам отец. — Даже пять капель пропустить не с кем! И Колька у нас недоделанный!
— Пап! — возмутилась сестрица, тема уже обмусолена сотни раз. Николай – не пьет. Совсем, ни при каких обстоятельствах. «Не любит, не хочет, отстаньте». Лида повернулась ко мне и буркнула: — А позвонить не аллё, я бы Колю прислала? — И перед тем как скрыться в кухне, добавила: — В детскую пока не заходите, Никитка ещё спит, авось за столом спокойно посидим.
Мама покачала головой, присовокупив что-то вроде «одна работа у вас на уме» и выскочила на улицу окликнуть к столу зятя. Мы со Славиком разделись, кинули, в одной из гостевых спален, вещи и побежали мыть руки.
За столом отец продолжал сокрушаться: вроде и семья в сборе, да не в полном составе.
— Андрей, возьми уже и выпей, хватит причитать, — строго отрезала мама. На что папа гордо вскинул подбородок и возмутился:
— За кого ты меня принимаешь, Маргарита. Я в одного не пью.
— Давай, я составлю тебе компанию, — ляпнула я, решив, что мне не помешает снять стресс. Все удивленно на меня уставились, папа пил строго хлебную. Я выдавила что-то наподобие улыбки и добавила: — Буду отдуваться.
— О, Лизок! — ударил в ладоши довольный родитель. — Наш человек!
Я планировала выпить одну, но папа уговорил на вторую, а потом заявил – две не солидно. В итоге, мы выпили по три, мой нетренированный организм немного захмелел. Внутри растекалось тепло, от сорокоградусной, от пельменей и от домашних тоже. Мать с отцом в этом году тридцатилетие семейной справили, а мы едва три года перешагнули. Грустно это всё.
В доме моих родителей Славик бывать любил. Здесь он как будто раскрывался. Вполне себе охотно проводил время в мастерской с моим отцом, особенно любил возиться с Никиткой. Сегодня, без Игоря, вел себя очень тихо, но как только Никитка проснулся, бросился играть с ним.
Ближе к ночи, когда Лидка уложила Ника, мужу под бок, остальные домочадцы разбрелись по своим комнатам, сестрица втянула меня в ванную первого этажа и заговорщицки прошипела:
— Колись, давай!
— О, боги, Лидка, ты ещё нож к горлу приставь, — пошутила я. Он сложила на груди руки и с серьезной миной заявила:
— Нужно будет и приставлю. Давай-давай, выкладывай, что у тебя там стряслось?
— Заметно, да?
— А то. Улыбаешься неестественно, собеседник никакущий, в облаках витаешь, а радостью сто раз бы уже поделилась, выходит… — Она задумалась, подбирая слово, и развела руки: — А ничего хорошего не выходит, душа моя. И это я ещё водку пропустила.
— Зря ты в ментовку не пошла, как хотела, столько таланта пропадает!
Все детство и юность Лидка твердила, что станет милиционером, тогда они ещё не переименовались в полицию, и действительно поступила на юридический, а отучившись, вдруг заявила – профессия не женская и пошла работать в налоговую. Не примени она свой сыщицкий талант, я бы и сама уличила момент для исповеди с сестрой, Лида лишь ускорила.
В общем, уламывать меня не пришлось, я повернула барашек на дверном замке и бросилась ей на грудь:
— От меня Игорь ушел.
— В смысле? — выпучила глаза Лидка и уточнила: — Вы разводитесь?