Своя игра. Тетралогия (СИ)

«Поздравляем!  – обрадовалась система. – Враг уничтожен!» 
Ну еще бы. В самом деле уничтожен – лучше не скажешь.
«Вы нанесли мощный рубящий удар с использованием скрытых свойств Дженкуира. Ваша способность?????????????????? возросла на????? пунктов. Навыки?????????? и?????????? усилились пропорционально. Навык владения мечом улучшен на 1 %». 
– А вот и благодать с плюшками, – довольно констатировал я. – Немного за другое, но нам какая разница? Мы своего не упустим – правда, Люц? Не там, так тут возьмем.
– Правда!  – подтвердил конь.
– А давай‑ка я на тебя залезу. Чего‑то мне хочется еще посидеть. Да и сколько можно биться пешим? Давно пора учиться драться с седла. Иначе жди перекоса в скиллах.
– Он у тебя уже есть. И на меня распространяется. Просто не слишком заметен, пока наше развитие корректируется системой. 
– А почему оно корректируется?.. А‑а‑а, вспомнил! Бонус за наше превозмогание всего и вся после поимки меня у лабиринта. Но все равно, зря ты не сказал про перекос.
– У тебя и так забот хватало. 
– А у тебя со мною рядом не хватало? Брось ты это – «у тебя», «у меня». У нас – понял? И кончай меня жалеть. Всегда говори, если что не так, напоминай о важном, не бойся меня грузить. За разговорами, кстати, легче понять, о каких заботах заботиться в первую очередь.
Выехав из Арнаура, мы встали на привал у первого попавшегося ручья. Подошел час обеда, а еще я не хотел прибыть к лабиринту духов уставшим. Беспокойство внушали не стерегущие тайник бесплотные – как раз их опасаться нечего, – а доблестный виконт Грюнберг. Зловредный Гугофон вполне мог устроить долговременную засаду на месте гибели отряда Свэна. Вероятность этого казалась не слишком высокой, но она была: мой прошлый печальный опыт свидетельствовал, что Грюнберг нанимает к себе на службу среднеуровневых, но очень способных магов. И лучше перестраховаться, чем снова в плен попасть. Сыт я по горло всякими пленами. Хватит.
– Эртрикс со встречей тянуть не станет, – сказал я, помешивая ложкой в котелке. – Явится на разборки этой ночью. И он действительно способен стереть нас в порошок. А мы его нет, что бы я ни болтал фуриям.
– Ты это к чему?  – спросил Люцифер.
– Сам не знаю. Наверно, чувствую себя виноватым. Перед тем как оглоушить новостями фурий, я с тобой не посоветовался, даже не предупредил. Спонтанно все вышло. Это плохо. Настоящий воин должен планировать каждый свой шаг и держать себя в руках. А иначе он и не воин вовсе, а вооруженный дурень, опасный для окружающих. В первую очередь тех, кто к нему ближе всего.
– У тебя пока только тридцать восьмой уровень, и ты молод. Станешь старше, поднимешься выше – научишься быть и предусмотрительнее, и осторожнее… А также поймешь, что нельзя все спланировать. 
На последней фразе коня я улыбнулся. Люцифер посмотрел на меня и оскалил зубы в ответной дружеской улыбке.
– Если хочешь знать, какого я мнения о твоей выходке, – мне понравилось,  – сказал он. – Мне вообще нравится твой подход к делам. Продолжай в том же духе. 
– А теперь куда деваться? Конечно продолжу.
Засады у лабиринта мы не обнаружили и разбили лагерь рядом с ним, но подальше от бывшего лагеря Свэна. Иногда души убитых оказываются привязаны к тем местам, на которых покинули тела. На счет Вуда, орка и остальных я не волновался, а вот их командир погиб необычно: от когтей воплотившейся в львицу эгиды, и еще после был «убит» мною повторно. Победа над ним тогда как бы зависла, пока не оказалась записана на меня. Может, и духовно‑разумная сущность управляющего Грюнберга тоже зависла на пути от Срединного Пространства до Мира Теней? Да и не хотел я еще раз ночевать там, где меня пытали.
Растянув между деревьями навес, я заготовил дров для костра, травы для Люцифера, и разложил камни магического круга, оградив ими площадку метров десяти в диаметре. Хватит. Вычитал в базе знаний Айка, что не стоит без необходимости удлинять барьер до предела. Остановит круг Эртрикса в случае чего? Я не знал. Хорошо, что и Эртрикс этого не знает. И он точно не сможет воплотиться в круге – для начала достаточно, уже успокаивает.
 
Весточка, едва не заработавшая разрыв сердца в Доме приговоров, деловито порхала по лагерю строго внутри защищенной зоны и училась самостоятельно сворачиваться в свиток. Правильно, маленькая: полезные навыки – наше всё. Давай, тренируйся. Так и прокачаешься постепенно до четвертого уровня. Потом до пятого. Чтоб тебя хотя бы сороки заклевать не могли.
Солнце еще не зашло, но я заметил, что Люцифер подремывает. Посмотрел на него и тоже решил ложиться пораньше. А то ведь гадский демон не даст сегодня выспаться. Пусть я себе часы сна и сократил до шести – их‑то надо взять обязательно.
Первый раз проснулся до полуночи. Прислушался, осмотрел лагерь, подбросил дров в костер и улегся опять. Повторно встал ночью, часа в два. Ну, теперь самая пора явиться Эртриксу. Время подходящее, ночь безлунная, темнотища; какая‑то мерзкая птица покрикивает тоскливо – классика жанра.
Люцифер, понятно, тоже уже бодрствовал, и выглядел таким энергичным, словно мы готовились выступить в поход через минуту. Я положил в огонь припасенные толстые сухие сучья и подождал, пока они разгорятся. Приблизился к границе защищенной зоны и обошел ее по часовой стрелке. Камни при моем приближении по очереди вспыхивали и гасли, сигналя: полный порядок, функционируем.
И вот в нескольких шагах за магическим кругом начал сгущаться мрак. Пламя костра прибило к земле, будто внезапно налетевшим порывом ветра. Мы молча глядели на принимавшую все более четкие очертания фигуру чудовища ростом в четыре метра. Кривые нижние лапы, длинные ухватистые верхние, морда не приведи господи, отверстая клыкастая пасть, рдеющие угли глаз… Наверно, Эртрикс выбрал для воплощения самое устрашающее из доступных ему обличий. И место у лагеря соответствующее – там, где между деревьев было достаточно просторно для самопрезентации.
– Крылья, – сказал я. – Крылья забыл, дятел. Большие такие. С перепонками. Без них образ неполон.
Эртрикс взревел и потянулся к нам лапами. Сверкнули в свете костра крючья когтей. Из пасти вырвалось багровое пламя в клубах дыма.
– А из ушей почему дыма нет? – поинтересовался я. – Оттуда тоже должен идти. А еще из жопы. Кинуть головешку? Сунешь ее в жопу…
– Корчишь из себя храбреца, смертный? – нутряным басом пророкотал Эртрикс.
– Ничтожный смертный, – поправил я. – Всему тебя учи – ни ступить, ни молвить не умеешь… А если хочешь, чтоб я с тобой серьезно разговаривал, кончай ломать комедию. Я ведь перед твоим визитом список высших демонов изучил – тебя в нем и близко нет. А низшему для полноценного воплощения того Годзиллы, что ты нам тут показываешь, потребуется годовой запас маны. Не пытайся нас убедить, что именно столько ты и потратил. Сляпал по‑быстрому примитивный фантом – и все.
– Если думаешь, что я фантом, выйди из круга.
– Нахрена я стану напрягаться? Тебе даже головешку в жопу не засунуть, потому что головешка настоящая, а жопа виртуальная. Конечно, кое‑какие воздействия ты способен сымитировать. Вплоть до смертельных. Однако лишь за счет внушения. Например, готов допустить, что ты меня задушить можешь. Но только если я поверю, что задыхаюсь.
Эртрикс шагнул вперед и сразу оказался у самой границы круга, а из‑за его роста и сгорбленности казалось, что голова уже частично внутри. Ан нет – еще не внутри! Хочешь сунуть? Не хочешь?..
– Кончай спектакль, говорю, – сказал я. – Разумные привыкли вас бояться, и считают, что демоны супермогущественны, суперужасны и суперхитры. Между тем вся ваша власть по большей части держится на страхе, обмане и дешевых спецэффектах. Уясни себе: со мной такая фигня не прокатит. Не сомневаюсь, что ты на многое способен. Но давай сразу договоримся: не пытайся взять меня на понт. Хочешь на меня повлиять – придется реально напрячься. Только сперва подумай, а стоит ли оно того.