Юность подарит первые шрамы

– Да, это ее любимая тема, – сказала Рэмисента. – Мама даже написала несколько книг про депрессивное расстройство.
В окно уже стучалось утро, тьма неохотно рассеивалась.
– Что случилось с твоей мамой? – тихо спросила Рэми и вновь приготовилась к атаке.
Но, к удивлению Рэми, Элеттра решила сдаться.
– …Она умерла. Покончила с собой.
– Вот я тупица… Прости меня, пожалуйста. Я столько всего наговорила.
– Все в порядке.
– Ты видела ее во сне?
– Да. Она мне снится почти каждую ночь. Кажется, она хочет забрать меня к себе. Мама планомерно вводит меня в то состояние, которое ее убило.
– Почему она это сделала?
– Я точно не знаю. Тетя Аделайн сказала, что у мамы были проблемы с психикой. Я этого не замечала, если честно. Но я была ребенком, откуда мне было знать, что у людей, оказывается, может болеть душа?..
– Знаешь что? В следующий раз, когда тебе снова приснится кошмар, ложись ко мне.
– Тебе это надоест, – улыбнулась Элеттра.
– Не надоест, – уверенно ответила Рэмисента. – …Все-таки Диана ошибалась насчет тебя. Нет, ты, бесспорно, заносчивая, но вот насчет невыносимой особы я бы поспорила.
– Диана всегда всех настраивает против меня. И ей всегда это удается.
– На этот раз не удалось.
Для Рэми это была всего лишь поддержка, которую она по доброте душевной оказала человеку, что нуждался в ней. Для Элеттры это было первое в ее жизни проявление добра к ней. Все люди сторонились ее, шарахались, как от прокаженной. Рэмисента – единственный человек, что решил пойти ей навстречу и поделиться теплом. Элеттра привязалась к ней в тот же миг.
– Вы давно с ней не ладите? – спросила Рэми.
– С самого детства. Хотя вру… Был у нас период, когда мы хорошо общались. Даже чуть лучшими подружками не стали.
– Ого! Расскажи.
– Я решила увлечься конным спортом. Диана и Никки – ее подруга с короткими белыми волосами…
– Да-да, знаю.
– Так вот, они уже год были в клубе. Я присоединилась позже всех. Диана помогла мне подружиться с лошадьми. Научила меня доверять им, не бояться их. Она всегда меня поддерживала.
– И что же случилось потом?
– …После смерти мамы я… я сломалась. Что-то произошло с нервной системой и психикой. У меня стали дрожать руки. Я пыталась не заострять на этом внимания, старалась смириться с этим и надеялась, что это скоро закончится. Но вдруг… вся школа стала нагло пялиться на мои руки и смеяться надо мной. Некоторые даже пародировали меня. Я злилась и переживала, из-за этого тремор стал еще заметнее. – Элеттра сделала небольшую паузу. Эмоции захлестывали ее, ей стало не хватать воздуха. Так трудно было об этом вспоминать. – Никки проболталась, что Диана пошутила над моим недугом, и с тех пор вся школа издевается надо мной. Она всегда была «королевой», и ее глупые подданные всячески подражали ей. Вот тогда я ее и возненавидела. Все обожают Диану, все считают ее идеальной. Но на самом деле за милой улыбкой скрывается монстр. Она – монстр! Человек так поступить не может! Это же подло, это…
Рэмисента кинулась к Элеттре, заметив, как ту еще сильнее затрясло. Арлиц положила свою ладонь поверх ее. Ей было страшно. Прежде Рэми не доводилось сталкиваться с подобными случаями.
– Тише, успокойся, Эл, все хорошо… Ты имеешь полное право ее ненавидеть. То, что сделала Диана, – бесчеловечно… Когда-нибудь она получит по заслугам.
* * *
Рэмисента и Элеттра вошли в столовую, держась за руки. Это событие шокировало каждую ученицу «Греджерс». По громадному помещению разлетелся шелестящий шепот. Все обсуждали неожиданно родившуюся дружбу.
– Новенькая еще жива? – не верила своим глазам Никки.
– Она стала подружкой Элеттры… – удивилась Джел.
Элеттра обычно завтракала в одиночестве, но Рэмисента настояла присоединиться к одноклассницам. Они сели за стол к Эсси Джефферсон и сестрам Максвелл – Ари и Мэйт. Те их радостно поприветствовали. Затем к ним подсела Орабэль ДеКарло, которая потом пригласила свою подругу – Сагари Пью. Так сформировалась веселая компания, которая мгновенно стала объектом всеобщего внимания.
  
Впоследствии Эл и Рэми все же держались от всех подальше. Они никого не хотели впускать в свой мир. Но ученицы наконец-то изменили свое отношение к Кинг. Если Рэмисента что-то в ней разглядела и даже осмелилась завязать с ней дружбу, то может, Элеттра не такая уж и плохая?
– Глупая девчонка. Я ведь ее предупредила… – сказала Диана, сверля глазами Эл и Рэми.
– Она выглядит счастливой, – заметила Калли.
– Это ненадолго. До тех пор, пока Элеттра не вонзит в нее свои острые зубки, – улыбаясь, ответила Диана.
  
Глава 6
 
– Они просто издеваются над нами, – проныла Джел. – Нужно еще как минимум две жизни, чтобы успеть выполнить всю домашнюю работу…
– Точно, – кивнула Калли.
Девушки покинули учебный корпус и направились в сторону фонтана, чтобы хоть немного успокоить нервишки после трудного учебного дня.
– Вашу ж мать… – сказала Диана, резко остановившись.
– Джулиан, вы меня просто очаровали! – хихикнула Голди Маркс, прижимая к себе пышный букет пионов.
Джулиан ворковал с ней у всех на виду. Патридж не мог остаться незамеченным: приехал в «Греджерс» в элегантном черном костюме, с уложенными волосами, гладко выбритый. Он ни на секунду не переставал пленять всех своей улыбкой.
– Это и есть твой Джулиан? – спросила Никки.
– Он самый, – ответила Диана, ощущая, как живот стонет от внезапного чувства тошноты.
– Не такой уж он и страшный, как ты говорила, – сказала Джел.
– Даже Голди растаяла, – добавила Калли.
– Диана, подойдите к нам, пожалуйста! – крикнула Маркс.
Настроение Брандт вмиг улетучилось.
– Удачи… – обняв Диану, сказала Никки.
Диана подошла к директрисе и Джулиану, что едва не подпрыгнул от радости, увидев ее.
– Привет, – сказал он, вручив Диане такой же, что и у Голди, букет.
– Добрый день.
– Диана, Джулиан попросил меня отпустить вас с ним до вечера, – улыбаясь, сообщила Голди.
– И миссис Маркс любезно согласилась выполнить мою просьбу, – подмигнул Патридж.
– Вы отпускаете меня посреди учебной недели? Это же против правил?
– Милая, ради вас и такого галантного молодого человека, я могу пойти против правил. Тем более Джулиан пообещал мне, что с ним вы будете в безопасности.
– Я это гарантирую, – тут же отозвался Джулиан. – Иди собирайся. Я подожду тебя.
Диана так крепко сжала букет, что стебли цветов стали трещать. В этот момент она представила, что ее руки сжимают его шею.
Брандт вернулась к Джулиану спустя десять минут. Надела первое, что попалось в шкафу, – простое шелковое платье терракотового цвета. Макияж обновлять не стала, и так сойдет. Над прической тоже не думала, просто распустила волосы. Диана хотела всем своим видом дать понять, что ей безразлично это свидание, безразличен Джулиан. Но Патридж, увидев ее, вновь обомлел. Длинные шикарные черные волосы подпрыгивали с каждым ее шагом. Шла она грациозно, словно пантера, а превосходное платье сексуально облегало ее великолепную фигуру, подчеркивая все ее достоинства.
– Это парень Дианы? – задала вопрос Рэмисента, которая, как и все ученицы, провожала взглядом пару.
– Похоже на то, – ответила Элеттра.
– Мило смотрятся.
– …Трудно поспорить, – признала Эл.
– Тебе нравится мексиканская кухня? – поинтересовался Джулиан.
– Я индифферентна к ней.
– Мы с тобой поедем в «Ранчерос». Шикарный ресторан, тебе понравится!
Джулиан просто сиял от счастья. Диане было отчасти его жаль, ведь ей даже стараться не хотелось хоть чуточку проникнуться к нему. Она понимала, что все девушки мечтают о таком парне как Джулиан. Все ей завидуют. Но знали бы все, что каждый раз, когда Джулиан прикасается к ней, ее сердце желает остановиться, дабы спасти от мучений свою хозяйку.
– Представляешь, уже через неделю я буду ассистировать на операциях! – воодушевленно рассказывал он.