Юность подарит первые шрамы
– Мистер Эверетт, если мы оставим мисс Кинг, то это будет означать, что мы закрыли глаза на ее распущенность, – послышался голос учителя химии, Валентайн Кроу. – Вы представляете, какой пример мы подадим другим ученицам? Они будут считать, что любое их безнравственное действие останется безнаказанным!
Элеттра стояла у зеркала в дамской комнате, поправляла пучок на голове и даже не подозревала, что в эту самую минуту в зале для совещаний решается ее судьба. Вскоре к ней присоединилась Джелвира, что все утро выслеживала ее, чтобы поговорить с ней с глазу на глаз. Джел давно хотела провести личную беседу с Элеттрой, и если бы Браяр не подняла ей настроение и не наделила ее маленьким запасом сил, проявив заботу и участие, то она, возможно, и не решилась бы на этот разговор, так и сидела бы в своей комнате, погрузившись в мрачные раздумья.
– Элеттра… прости за все.
– Ты явно это делала не из личных побуждений, – ответила Эл. – Я тоже должна извиниться… – В этот момент она вспомнила, как рассказала всем на балу, что Джел пыталась покончить с собой, превратив своим злым языком это страшное событие в ядовитую шутку.
– Мне кажется, только ты можешь сделать так, чтобы мы снова были вместе, – вдруг сказала Джел.
– Я?!
– Поговори с Дианой и Никки, скажи, что ты не держишь ни на кого зла.
– Но ведь это не так!
– Диана бы ничего тебе не сделала, если бы не Никки…
– Да.
– А Никки не поступила бы так с тобой, если бы ты сжалилась над ней.
– То есть ты хочешь обвинить во всем меня? – Элеттра вмиг забыла все ценные уроки, что она вынесла из кошмарных событий в ее жизни. Она заставила себя поверить в то, что теперь, пережив столько всего, ей под силу прощать, слышать, понимать, сдерживать гнев, проявлять благоразумие. Нет, увы… Не окрепла еще ее новая, переформатированная личность, поэтому Элеттра была прежней Элеттрой, с прежними обидами и злостью.
– Нет. Мы все виноваты. И каждая из нас должна признать это и сделать шаг навстречу примирению.
– Ты думаешь, если я скажу Диане, что прекрасно отношусь к ней и к Никки, после всего что произошло, то она тут же побежит к Дилэйн, извинится за все, и у вас снова все будет хорошо?! Нет, Джел. Ты, оказывается, плохо знаешь свою подругу. Гордость Дианы слишком велика.
– Я прошу тебя только попытаться, а дальше будь что будет, – не отступала Джел.
– Прости, Джел… Признаюсь тебе, я безумно счастлива. Такое удовольствие наблюдать, как разлетаются в стороны обломки нерушимого. Нет больше вашей дружбы, эталона, предмета для зависти – все исчезло! Интересно, как же вы теперь будете выживать друг без друга?
Эл откровенно злорадствовала, не понимая, что своими словами доводит Джел до крайней степени отчаяния.
– Элеттра…
– Ни слова больше! Надоело! – крикнула Кинг, и она уже намеревалась уйти, как вдруг Джел резко нагнулась вперед, побледнела. На лице ее застыл ужас.
– Джел?
Представьте, что вам вогнали кол в грудную клетку – вот примерно то же самое почувствовала Джелвира. Она не могла дышать и сказать что-то уже была не в силах.
– Джел!!!
* * *Лишь Джераб и миссис Шпиц были за то, чтобы Элеттра продолжила обучение в «Греджерс». Остальные же не рискнули возразить миссис Маркс и ее ближайшему окружению, хотя и понимали, насколько абсурдна вся эта ситуация.
– Разрешите и мне поделиться своим мнением. Ведь я, как Главная леди, имею на это право? – задала вопрос Диана, после того как все учителя высказались.
– Да, разумеется, Диана, – нехотя ответила Голди.
Уверенной поступью Диана подошла к трибуне, что освободила для нее миссис Маркс.
– «Греджерс» – это не просто элитное учебное заведение, где дают потрясающее образование и безупречные манеры. Это наш второй дом. Мои одноклассницы – это мои сестры. И пусть мы часто спорим, соперничаем друг с другом, вы, наши любимые наставники, научили нас всегда быть друг за друга. Что бы ни случилось. И мы следуем вашему наставлению. Несмотря на строгие правила, беспрекословную дисциплину, мы все любим это место, дорожим им и делаем все возможное, чтобы остаться здесь до финального экзамена. Так было, есть и будет всегда… думала я, до этого заседания. Люди, которых я любила, безмерно уважала, готовы вышвырнуть с позором обездоленную девушку. И это вы Элеттре приписываете аморальность? Это ей должно быть стыдно?! Миссис Кроу, вы боитесь подать нам дурной пример, оставив Элеттру. Хм… Лучше подумайте, что произойдет, если вы ее исключите. Я сделаю так, что ученицы «Греджерс» вмиг забудут про порядок, субординацию. Мы превратим это место в самое скверное заведение, какого еще свет не видывал. И можете не пугать нас отчислением. В стране полно приличных школ, которые примут нас с распростертыми объятиями. «Греджерс» потеряет все в одночасье!
– Диана, не боитесь ли вы опередить Элеттру? – прозвучал вопрос от Алессы. – Вам придется ответить за все эти грубые слова.
– Я за все отвечу, мисс Торн, так же, как и вы, вы, миссис Кроу, вы, миссис Ворчуковски, и все остальные, кто поддерживает вашу позицию. Нас, учениц, гораздо больше, чем вас, глубокоуважаемые преподаватели, поэтому не стоит переходить нам дорогу.
– Это уже не просто грубые слова, а настоящая угроза! – неистовствовала Бригида. – Мисс Брандт, опомнитесь, пока не поздно!
– Я могу вам дать такой же совет: опомнитесь! Если вы исключите Элеттру Кинг, – я подниму бунт!
Эсси ворвалась в комнату и закричала:
– Никки!!!
– Ну что опять? – Никки бросила на соседку недовольный взгляд.
– Джел умирает!
В учебном корпусе, возле того самого туалета, где произошел разговор между Эл и Джел, образовалась огромная толпа.
– Сколько минут прошло? – спросила Леда, безостановочно сжимая грудную клетку бездыханной Джелвиры.
– Десять, кажется, – ответила Элеттра.
– Черт…
– Джел! – Никки растолкала взволнованных наблюдателей. Увидев бледную как мел, лежащую на кафельном полу Джелвиру, раскрасневшуюся, запыхавшуюся Леду и Элеттру, что по команде медсестры наполняла воздухом рот Джел, Никки оцепенела от ужаса… – Что с ней?
– Не мешай! – гневно ответила Леда.
Калли распахнула двери зала совещаний и, не обратив внимания на полный негодования взгляд директрисы за то, что та бесцеремонно прервала заседание, отчеканила:
– Миссис Маркс, у Джелвиры произошла остановка сердца. Мы вызвали «Скорую», мисс Дилэйн приступила к сердечно-легочной реанимации.
Не став дожидаться ответной реакции, Калли покинула зал и помчалась обратно в учебный корпус, где вовсю шла борьба за жизнь Джел. За ней бежали Диана, Голди и обеспокоенная толпа учителей.
– Калли, как это произошло?! – спросила Диана.
– Не знаю. Мы все прибежали на крик Элеттры.
Диану поразило странное поведение Калли. Та, казалось, не испытывала ни страха, ни тревоги, ни жалости, ничего того, что разрывало душу Дианы. Но на самом же деле Калли держалась из последних сил. Она едва свыклась с мыслью, что ее мать смертельно больна, что Сафира втянула ее в какие-то темные дела и что ей каким-то образом придется все уладить, а теперь еще тут такое произошло с подругой… Но слезы и истерика вряд ли помогут решить все эти внезапно навалившиеся проблемы, поэтому Калли на время отключила все эмоции и делала все от нее зависящее.
– Скорее! – крикнула Рэмисента, увидев подъезжающую к воротам школы карету «Скорой помощи». – Ну скорее же!!!
* * *Сердце Джел удалось вернуть к жизни спустя двадцать пять минут после начала реанимационных мероприятий. Бригада медиков вызвала вертолет, который доставил девушку в ближайший госпиталь. Позже туда прибыли Диана, Никки, Калли, Эл и Рэми, а также мистер и миссис О’Нилл.
После того как все немного отошли от шока, Диана подошла к Элеттре и молча обняла ее. Для всех это стало новым потрясением. Диана обняла Элеттру!
– Ты спасла ее… – прошептала Брандт.