И тысячу лет спустя. Ладожская княжна (СИ)

— Я дам также четыреста воинов. Больше лишних у меня нет. Мне итак древляне на юге не дают дышать спокойно!
— И с древлянами будет все улажено, я обещаю, — лгала Марна, зная, что не может того ни обещать, ни сделать. Ни ей это не удастся, ни Олегу, и уж тем более князю Игорю.
В Полоцке к паре отнеслись более благосклонно. Их не запирали в крепости, и Райан и Марна могли прогуляться по граду свободно. Они зашли в одну из таверн, когда Марна вдруг увидела своего старого друга. Если был он ей другом. Рузи Кара выходил из пивнушки с другой стороны.
— Подожди меня, Райан. Я сейчас.
Марна оставила друга одного за столом и последовала за Рузи. Он уже ждал ее на улице, зная, что она идет за ним.
— Что ты здесь делаешь? Все следишь за мной? — улыбнулась Марна так, будто была рада видеть его.
— Ты думаешь, ты моя единственная забота? — хмыкнул Рузи, не улыбнувшись в ответ.
— Разве есть такие же… как и я?
— Нет. Слава Аллаху, нет. Но я говорил тебе, что разыскиваю дирхамы по всей земле, чтобы вернуть их туда, где они должны быть.
— Меч?.. — догадалась Марна. — Значит, мой дирхам будет последним?
— То-то и оно. Так что торопись, пока мое терпение еще не иссякло. Мне больше нечего тебе сказать. Пока что. Хотя впрочем… почему ты до сих пор здесь, а не бежишь с Райаном в Ирландию⁈
— Я… ты же знаешь, я не могу уйти без сына.
— Все это не имеет значения. Твой сын — не жилец. Если не сейчас, то позже, когда вернешься домой. Ему не место здесь. Он — ошибка.
— Не смей так говорить! — Марна машинально схватилась за рукоять меча, но тут же опустила руку. Рузи Кара рассмеялся.
— Возомнила себя воином? Мне это нравится. Услышь меня, Марна. Если мы распутаем твою петлю… Райан… твой сын и твоя дочь… все они перестанут быть. Их не станет. Их и не должно быть. Оставь эти жалкие попытки спасти призраков.
— Прошу тебя, — голос Марны вдруг стал тихим и жалобным. — Ты ведь и так уже знаешь все… не мучай меня… у меня видения, и я…
— Я был бы рад рассказать тебе все как есть, Марна, но боюсь, что ты этого не выдержишь и наделаешь новых глупостей… Что же говорят тебе твои видения?
— Что я… должна следовать за Райаном… что я должна… не повторить чужих ошибок… что я… — она усмехнулась. — Должна слушать тебя.
— Вот и славно, — Рузи Кара улыбнулся и вдруг обернулся. Он увидел некого мужчину, который бежал вдоль по улице. — Мне пора, Марна.
— Стой!
Но Рузи Кара и был таков. Он бросился вслед за мужчиной, обнажая меч. Видать, еще один «счастливый» обладатель дирхама.
— С кем ты говорила? — Райан показался за ее спиной и взял ее за плечи.
— С ним. С Рузи.
— Идем внутрь. Ты вся дрожишь. Разве холодно?
— Это отчаяние, Райан. Отчаяние.
Они вернулись за свой стол и с лихвой заказали меду. Тогда-то Марне стало чуть легче.
— Давно я не видел тебя такой хмельной, — посмеялся Райан. — Помнишь, как ты украла и выдула у меня весь бочонок с пивом?
— Да, — хихикнула Марна.
— И эта пивная… она так похожа на ту, что… — Райан осмотрелся по сторонам в поисках того же угла, в котором они однажды поддались чувствам в Новгороде.
Глаза Марны блеснули, и она опустила голову, пальцами обняла деревянный пенный кубок.
— Интересно, как там Олег? Справился ли он? — она вдруг заговорила о муже намеренно, чтобы защитить себя от лукавых мыслей. И Райана тоже.
— Скоро мы это узнаем… какой же град следующий?
— Смоленск.
— Так и до Киева недалеко.
— Нет, туда мы не пойдем…
— Древлян боишься?
— Нет. То есть да… но не в этом дело, — Марна подняла глаза на Райана, которые казались еще зеленее под черными волосами. — Киев — для Олега. Ему туда лежит путь и сама судьба…
Из пивной Марна и Райан выходили в обнимку. Он учил ее ирландским песням, и Марна подпевала ему со своим акцентом.
— Что-то мне дурно… — она вдруг взялась за живот и остановилась.
— Перебрала?
— Нет, что-то другое…
Райан погладил ее по спине.
— Боже… — Марна упала на колени.
— Что мне сделать, банши? В чем дело⁈
— Она снова здесь.
 
— Кто?
— Анна.
— Разве ты не обещала покончить с грибами⁈
— Клянусь!.. Клянусь, не брала в рот ничего…
— Твари, — Райан оглянулся на пивнушку. — Это мед? Это тот Рузи⁈ Мерзавец!
Райан тут же пьяной и мягкой рукой достал меч и пошатнулся.
— Нет… нет… хмель был чист.
Марна подняла мокрые от слез глаза на нянечку. Та молчала.
— Ничего не скажешь на этот раз⁈ — крикнула она Анне.
— Марна, что мне делать? — Райан рвал и метал. — Я сейчас же перережу там всех!
— Нет… помоги мне… помоги мне… — слюни текли изо рта Марны. — Моя фляжка на поясе…
Райан тут же приподнял Марну, рукой залез ей под живот, снял фляжку и напоил ее водой.
— Полегчало?
— Нужно подождать.
Райан усадил Марну о стены хмельной и сел рядом с ней, прижав ее к своей груди. Вёльва смотрела на нянечку, которая стояла вдалеке и ждала вопросов.
— Все еще не легче?
— Нет.
— Попей еще.
И Марна пила еще, но видения только становились более четкими.
— Что-то мне совсем… — и тогда она начала захлебываться собственной рвотой.
Райан, на на шутку перепугавшись, уложил Марну на живот и бросился в пивную просить помощи и знахарки. Знающую старушку пришлось ждать с полчаса, и все это время Марна блевала у дверей в пивнушку, отпугивая посетителей. Та опоила ее травами, и Марна уснула, полностью опустошив желудок от всего, что там было съедено и выпито за день. Никаких грибов в этой жиже не нашлось.
Райан нес Марну на своих руках в лагерь, и Радима, которая ждала их двоих целый день, нахаживая круги вокруг очага, бросилась на помощь. Вёльву уложили в палатке, и Райан остался с ней один, приказав всем держаться от палатки подальше.
— Моя банши, — он гладил ее по черным волосам и целовал ее в затылок, пока Марна спала на боку без задних ног. — Потерпи еще немного, и я увезу тебя от всех бед.
Радима, подслушивающая все это время у палатки, всхлипнула и бросилась в лес. Там-то и нашел ее Неждан.
— Ты хотела убить ее, а только сделала хуже. Теперь твой красавчик и спать будет с ней?
— Оставь меня!
— Я хочу тебя, Радима! — Неждан схватил ее руки, когда она попыталась ударить его. — Что в нем такого, чего нет во мне⁈
И тогда Радима, в беспамятстве от своего горя, бросилась на Неждана с поцелуями. Там-то, среди папоротников, они и возлегли.
Когда Марна очнулась, она нашла себя в объятиях Райана и не смела пошевелиться. Его тяжелая рука лежала на ее животе, и в животе том было приятно и горячо. Она положила свою ладонь поверх его руки, и Райан дрогнул, зашевелился, снова поцеловал Марну в затылок.
— Как ты, банши?
— А как ты, трэлл? — шепнула Марна.
— Уже хорошо. Боялся, что потеряю тебя.
Марна сглотнула ком в горле, почувствовав, как Райан убрал волосы и коснулся горячими губами ее шеи. Тогда тепло от живота поползло по всему телу, и кончики пальцев на ногах свело. Его рука скользнула по ее бедру. Марна перевернулась на спину, и Райан склонился над ее лицом.
— Что если я буду осторожен?.. — спросил он ее шепотом, и глаза Марны ответили за нее.
Он расстегнул ремень на ее мужских штанах, не сводя глаз с Марны, а затем и свой. Она помогла снять с себя штаны, и Райан опустился ниже, покрывая поцелуями ее живот, а затем и бедра.
Марна выгибала спину, чувствуя его язык в себе, сжимала челюсти, чтобы не стонать и не позволить никому нарушить их мгновение.
— Кто научил тебя такому? — тихо посмеялась она.
— Ты ревнуешь? Не стоит.
Райан вернулся к ее лицу и вошел в нее медленно.
— Я так хотел этого целый год. И целый год я не касался никого, я обещаю. Быть может, только себя, представляя, что это ты.
Марна поцеловала его, чтобы сдержать свой стон, и Райан обнял ее за спину, усадил на свои сильные ноги. Они двигались медленно, чтобы продлить удовольствие и возможности Райана. Трэлл целовал ее губы, щеки, глаза.