Вынужденная связь (ЛП)

У меня была возможность позвонить Сейдж и рассказать ей о том, что произошло в Пустошах, и я думаю, что реальность того, насколько опасны эти миссии, сильно ударила по нам обеим. Я бы тоже не хотела оставлять своего Привязанного без должного прощания.
Норт бросает взгляд на Гейба и Атласа и твердо кивает им обоим. — Никуда не ходите без нее. Используйте любое оружие или Дары, чтобы вытащить ее, если что-то пойдет не так.
Оба парня серьезно смотрят на него в ответ, Атлас отвечает столь же твердо: — Конечно.
Затем Норт поворачивается, чтобы посмотреть на Нокса, и дает ему такой же кивок. — Ансер, мальчик, и расправиться с Сайласом Дэвисом.
Нокс снова кивает, все еще странно тихий, и тут к нам подходит Киран.
Норт еще раз оглядывает каждого из нас. — Мы готовы отправиться в путь.
Глубокий вдох.
Погнали.
Мы покидаем Убежище, когда солнце садится позади нас, но когда мы прибываем на место с тем самым хлопающим звуком, который эхом отдается в моих кошмарах, уже совсем темно, где бы мы ни находились.
Наступила ночь.
Я благодарна Грифону за то, что он избавляет меня от тошноты, но даже после того, как он закончил, я делаю несколько медленных и ровных вдохов, чтобы не дать панике подняться в моей груди и запустить мои узы.
Все в этом месте знакомо.
Это не похоже на возвращение домой, это чувство возвращения к чему-то настолько присущему тебе, а скорее напоминает погружение в кошмар, который снился тебе годами. Тот, который не покидает тебя, даже если ты уже вырос из этого, и в тот момент, когда он начинается снова, ты покрываешься холодным потом.
Ужасающе.
В воздухе все еще витает знакомый запах. Теплая липкая ночь все так же прилипает к моей коже, и мне требуется каждая капля самообладания, которое я оттачивала годами, чтобы сохранять спокойствие. Слава Богу, что они не привезли сюда Кайри в тот раз, месяцы назад, потому что здесь я была бы бесполезна для Кирана.
Рядом с нами раздается еще один хлопок, когда прибывает вторая группа ТакТим, и я понимаю, что мое время успокоиться подходит к концу. Еще один глубокий вдох, затем еще один. Рука Атласа скользит в мою, и мне нужно дать себе секунду, прежде чем я посмотрю на него.
Он осторожно обращается ко мне через мысленную связь, убеждаясь, чтобы никто больше его не услышал. «Ты в порядке? Если ты не можешь этого сделать, мы можем вернуться домой прямо сейчас. Никому не нужно знать почему».
Я качаю головой, но не отвечаю ему, понимая, что прямо сейчас мне, вероятно, не хватает контроля, чтобы говорить только с ним и чтобы остальные не подслушивали. Мне не нужно, чтобы они сомневались в моей способности сделать все необходимое.
Я могу собраться с мыслями.
Раздается третий и последний хлопок, когда прибывает последняя группа людей, и я жду, пока Норт встретится со мной взглядом и кивнет мне, прежде чем осторожно высвободить свой Дар.
Все, что я делаю здесь сегодня вечером, должно быть осторожным.
Я вижу, как глаза Грифона становятся белыми, когда он тоже начинает оценивать обстановку, и я позволяю своим глазам закрыться, чтобы не отвлекаться, пока составляю карту местности.
Я нахожу Ансера очень быстро, точно зная, где его искать. Найти детей немного сложнее, потому что с тех пор, как меня здесь держали, место содержания заключенных переместили, но, конечно, я нахожу пятнадцать детей среди другой, более многочисленной группы взрослых, и все они находятся в клетках к востоку от лагеря.
Там есть столовая, заполненная людьми, которые обедают, и небольшая палатка, заполненная Щитами. Я не сразу расправляюсь с ними, желая сначала получить полную картину того, с чем мы имеем дело.
Есть все шансы, что Дэвис заметит это через камеры наблюдения или что-то подобное, и я хочу сначала узнать, здесь ли он и где находится. Но это опасно, потому что мне известно, что он почувствует мои узы. Конечно, в последней палатке, которую я исследую, его палатке пыток, с которой я так близко знакома, я нахожу Сайласа Дэвиса и его Привязанную Лидию.
 
Блядь.
Я распахиваю глаза и встречаю взгляд Норта, открывая свой разум для остальных, чтобы передать им как можно больше информации о картировании. Мне все еще не очень хорошо дается это, однако я ощущаю, как Дар Грифона вливается в меня, помогая осветить необходимое.
«Черт», — излагает Атлас по мысленной связи, и все поворачиваются, чтобы посмотреть на него.
Лидия здесь.
Я переглядываюсь с ним, прекрасно понимая, что это значит, но Грифон и Норт оба хмурятся.
«Кто такая Лидия?» — спрашивает Гейб.
Атлас отвечает: «Лидия Привязанная Сайласа, и она не та, с кем мы хотим иметь дело сегодня. Если бы у нас был выбор, я бы сказал, что мы все должны идти домой, но возвращение Ансера не подлежит обсуждению».
Грифон непонимающе смотрит на нас. «Лидия обладает силой низкого уровня».
Атлас качает головой. «Нет, это не так. Лидия отказывается использовать свою силу в тех областях, где о ней могли бы узнать все, но она определенно обладает силой, и это не то, с чем мы хотим иметь дело».
Норт смотрит на Грифона, а затем выдвигает: «В чем ее сила? У нас мало времени, прежде чем нас здесь заметят, Бэссинджер».
Я отвечаю за него: «Внушение. Я не знаю, как еще это называется, только то, что она Нейро и такова ее специализация. Если она подойдет к вам достаточно близко, то может заставить вас сделать что угодно. Я была свидетелем того, как Лидия заставляла мужчин и женщин убивать себя или членов своей семьи просто по ее предложению. Все, что эта женщина хочет от вас, она заставит вас сделать. Она недостаточно сильна для моих уз. Нет, если только Дэвис не поделится с ней своей силой. Я видела, как он делал это раньше, и есть все шансы, что он сделает это снова, особенно если вы подойдете достаточно близко, чтобы убрать его».
Норт оглядывает всех нас, а затем говорит Атласу: «Насколько велик ее радиус действия? Он такой же, как у Дэвиса? Это не так сильно меняет наш план. Просто там будут две движущиеся цели, от которых нам нужно держаться подальше, но послать теневых существ разобраться с ними».
Атлас пожимает плечами. «Не знаю точно, но я бы сказал, по крайней мере, то же расстояние, что и у Дэвиса».
Норт напряженно кивает мне в ответ. «Сделай это, Привязанная. Устрани Щиты и всех остальных, кто представляет угрозу. Мы выдвигаемся».
* * *
Все начинается совершенно нормально.
Я устраняю Щиты и еще четырех Одаренных, которые сильнее большинства других, находящихся здесь. Все остальные находятся на уровне, который вполне позволяет тактическим командам справиться с ними самостоятельно. Как только мы чувствуем, что барьеры Щитов падают, Норт дает сигнал всем выдвигаться, и они исчезают в темноте ночи по направлению к лагерю.
По моей коже ползут мурашки, и я отчаянно хочу пойти за ними.
Но не могу.
Я остаюсь позади с Гейбом и Атласом, мой собственный Дар все еще действует и следит за происходящим, особенное внимание уделяя местонахождению Дэвиса. Я держу свою мысленную связь с моими Привязанными открытой, но стараюсь не лезть в их головы. Мне не хочется быть отвлекающим фактором, из-за которого кого-то из них убьют.
Атлас держит свою руку в моей, крепко сжимая ее, наблюдая за происходящим моими глазами. Гейб, с другой стороны, занят наблюдением вокруг нас. Его глаза приобрели янтарный цвет дракона, и мне невероятно интересно узнать, что он может видеть с их помощью, но с этим придется подождать.
Вокруг нас раздаются выстрелы и крики, и я чувствую ужас от происходящего из-за детей в лагере. Травма от того, что я пережила здесь, в данный момент слишком свежа в моей голове, коробка, в которой я ее храню, разбита и вытащена на поверхность. Каждая рана на моей коже, каждая кость, которая была сломана и срасталась без обезболивания, каждый допрос, который длился часами с тысячами порезов и ожогов, — все это стоит у меня перед глазами.