"Фантастика 2023-147. Книги 1-28 (СИ)
— Ты мне, Верка, на нову шаль не плюй! Поди вон на Киркоровых своих харкни.
— Оне же румыны.
— А я про што? Кстати, како дело-то им шьют?
— Михаил Боярский возмещение требоваит. Дескать, незаконно назвали город Констанца.
— И чо?
— Как это чо? Она евоная жена была.
— Кто?
— Констанция Бонасье.
— Она же за Абдуловым замужем была.
— Пална, ты народ-то не смеши. За Абдуловым замужем Ирина Алфёрова Была, а Констанция Бонасье за Боярским. Разви кино не смотрела?
— В кино был бакалейщик Бонасье.
— Ой, Пална, ты как маленька! Кто такой бакалейщик против Михаила Боярского?
— И вправду.
— Так что засудют моих румынов, как пить дать. Тут или откупайся, или город сноси.
— Город ишшо можно другим именем назвать.
— Каким другим именем, если кино про мушкетёров снято? Там даже песня есть про Констанцию.
— Кино трогать нельзя, — согласилась Валентина Павловна.
Бабушки помолчали, разглядывая подъехавшую к знанию районного суда скромную старенькую серую «Волгу». Не обошли вниманием и два огромных чёрных внедорожника сопровождения.
— Епонски машины, — мечтательно вздохнула Вера Ивановна. — Петровна давеча хвалилась, что епонцы платют хорошо, места занимают мало, а едят ишшо меньше. Наварит им ведро ракушек с нашей речки, и на три дня хватат. Деликатес! За писят тыщ чо бы ево не варить!
— Епонец морепродукты уважат, — согласилась Валентина Павловна. — А Петровна не говорила, за што их судить будут?
— У корейцев спор с ними из-за телевизера.
— Это как?
— Не знаю, но Петровна так и сказала — телеториальный спор.
— Наверно, из-за цены спорят. Корейски телевизеры дешевле будут.
— И машины корейски дешевле, — кивнула Вера Ивановна. — Внуке хочу таку машину купить.
— Заместо зубов новых?
— После них. Роман Юрьич, дай бог ему здоровьичка, ишшо много кого судить будет. Без постояльцев не останемся.
— Епонски-то машины лучшее.
— Больно уж дороги, заразы.
— За это и судят! У себя хошь телевизеры, хошь машины задорого продавай, а на нас наживаться не моги.
— На ананасах тоже наживаются, — оживилась Вера Ивановна. — Ашота на базаре видела? Зубы золоты, цепь на шее толстенная в талец, «Жилуги» тонирована. Истинно те говорю, на ананасах и наживается. Давай на него в суд подадим?
— Сутяжная ты натура, Верка, — покачала головой Валентина Павловна. — Ашот Вазгенович тебе ведь роднёй приходится?
— Ну да, на троюродной сестре золовкиного племянника женат был. Потом-то развелись.
— И што? Развесьтись-то оне развелись, но родство-то всё равно осталось.
— А ведь и вправду, — согласилась Вера Ивановна. — = Пойду-ка я на базар схожу, куплю тот ананас своим румынам.
— Разбалуешь ты их, Верка.
— Дык он ишшо на прошлой неделе с одного боку подгнивший был, авось Ашот по свойски скидку сделат. С одного ананаса и не разбалуются.
— Разви што так.
— Идёшь со мной?
— А пойдём, — Валентина Павловна встала со скамеечки и перекрестилась на здание суда. — Дай бог здоровьичка Роману Юрьевичу.
Посёлок городского типа Мухоедово. Прокуратура.
— Как ваше здоровье, Роман Юрьевич? — секретарь президента с усмешкой посмотрел на судью, маскирующего рвущийся наружу хохот под кашель. — Лекарство какое нужно? Или коньячку употребите.
— Водка нужна, Дмитрий Александрович, — вместо судьи ответил районный прокурор. — Ведь невозможно же на трезвую голову это выслушивать.
— Что именно вы называете словом «это», Андрей Викторович? Как по мне, так вполне обоснованные претензии.
— И художественная литература в качестве доказательства, — прокурор вслух прочитал название на обложке книги. — «Ярославна, королева Франции». Антонин Ладинский.
— А что не так? — удивился секретарь президента. — Исторический факт имеет место быть. Анна Ярославна вышла замуж за французского короля? Вышла. Её сын стал французским королём? Стал. А вторым браком- за графа Валуа, представителя будущей королевской династии. Так что Российский Император, как законный наследник Великого Князя Киевского, имеет все основания заявить о своих правах на долю в том наследстве. С процентами за просрочку, разумеется.
Прокашлявшийся судья с лёгким смешком добавил:
— Тогда уж стоит вспомнить, что матерью Анны Ярославны была шведская принцесса.
— Точно!
— А английская принцесса стала женой Владимира Мономаха.
— Вот, можете, если захотите!
— Византийскую принцессу вспоминать нужно?
— Которую?
— Жену Владимира Ясно Солнышко. Ещё одна вышла замуж за Ивана Третьего, но Византии уже не было как таковой.
— Разберёмся и вспомним в самом ближайшем будущем, — заверил судью секретарь президента. — Пока нужно закончить с Францией.
— Они только посмеются над нашими претензиями, Дмитрий Александрович.
— И это мне говорит человек, осудивший Великобританию на обесточивание? — недобро прищурился Дмитрий Александрович. — Пусть смеются, пока мы им свет не выключили. Хорошо смеётся тот, у кого есть доступ к рубильнику!
Судья с прокурором переглянулись, и с пониманием одновременно кивнули. Недавно образованное МВЭ, то есть Министерство военной энергетики, заявило о себе как о серьёзной организации с огромными возможностями и неограниченными полномочиями. Англичане тоже поначалу смеялись, ну и где теперь та Англия? Точнее, она есть, территориально занимая примерно третью часть Лондона, а остальная страна с азартом и применением оружия до сих пор делится на десятки независимых герцогств, графств, и баронств. Редкая информация с того берега Ла-Манша заставляет волосы дыбом подниматься, и не только на голове.
А вчера, говорят, от электричества отключили Норвегию и Швецию. Вроде как у Великого Княжества Финляндского к ним большие претензии.
— Хорошо, — согласился прокурор. — Дело «Российская Империя против Франции» передаём в суд. Кто у нас следующий на очереди, Дмитрий Александрович?
— Мальта, Андрей Викторович. Вот заявление.
— Ага, понятно, — прокурор углубился в чтение представленного документа. Через пару минут поднял взгляд. — С Мальтой вопросов нет, но смущает необоснованно маленькая сумма компенсации.
— Какая страна, такие и компенсации, — пожал плечами секретарь президента. — Не будем жадничать.
— Не будем, — согласился прокурор, протягивая руку за очередной бумагой. — А это что у нас?
— Иск королевства Дания к королевству Испания о нарушении прав на первенство в открытии Америки.
— Чушь какая-то!
— Не скажите, Андрей Викторович! Десять процентов от суммы иска поступят в бюджет Мухоедовского района.
— Да? — заинтересованно воскликнул прокурор. — Какое замечательное и насквозь прозрачное дело со стопроцентными шансами на выигрыш в суде. Роман Юрьевич, не желаете ознакомиться?
— Я занят, — ответил закопавшийся в бумаги судья. — У меня через час заседание.
— Что-нибудь интересное? — оживился секретарь президента. — Заодно и перерыв в работе устроим.
— Калининградский рыбоконсервный завод против правительства Германии. Упущенная выгода из-за минирования Балтийского моря во время Первой мировой войны. Ничего интересного.
— Постойте, ведь в Первую мировую войну никакого Калининградского рыбзавода не было?
— Но минирование было!
— Логично и разумно. Во Вторую мировую тоже минировали.
— Да, но там виновные понесли наказание, а в этом случае нет.
— Согласен, — кивнул Дмитрий Александрович. — Важен не только результат, важна и справедливость.
— И работать не скучно, — засмеялся прокурор.
— Правильно! Если работать весело, и результат получается весомее.
— Ага, весь мир обхохочется, — хмыкнул судья. — А вот как быть с тем фактом, что реставрация Российской Империи ещё не произошла, а иски от её имени уже предъявлены. Мало того, уже и дела выиграны.
— И что? — удивился секретарь будущего Императора, претендующий на будущую должность канцлера Империи. — Между прочим, несмотря на отсутствие бюрократических формальностей, де факто мы получили официальное признание Китая, Монголии и Финляндии. Приветственное послание от японского микадо ожидается ближе к вечеру.